Белый пудель

Жулька также принадлежала к очень распространенной поро­де маленьких собак, тех тонконогих собачек с гладкой черной шер­стью и желтыми подпалинами над бровями и на груди, которых так любят отставные чиновницы. Основной чертой ее характера была деликатная, почти застенчивая вежливость.

Мужчины моей страны умны, верны и трудолюбивы. Но -прости им Бог- и те и другие безобразны.

Николай Евграфович никогда с таким аппетитом не обедал, как в этот
день... После обеда, когда Вера принесла Алмазову в кабинет стакан чаю, -
муж и жена вдруг одновременно засмеялись и поглядели друг на друга.

• Ты - чему? - спросила Вера.
• А ты чему?
• Нет, ты говори первый, а я потом.
• Да так, глупости. Вспомнилась вся эта история с сиренью. А ты?
• Я тоже глупости, и тоже - про сирень. Я хотела сказать, что сирень

Но Вере было мало того, что он рассказал. Она заставляла его еще и еще
раз передавать ей в подробностях весь разговор с профессором. Она
интересовалась самыми мельчайшими деталями: какое было выражение лица у
профессора, каким тоном он говорил про свою старость, что чувствовал при
этом сам Коля...

- Здравствуйте, Томми, - произносит девочка и кланяется головой. Оттого, что слон такой большой, она не решается говорить ему на "ты". - Как вы спали эту ночь?

В качестве главы дома он занимался исключительно тем, что закладывал и перезакладывал то одно, то другое недвижимое имущество, не заглядывая в будущее с беспечностью избалованного судьбой гран-сеньора.

Впрочем, мужа своего Ирина Алексеевна не уставала даже и теперь тайно, но мучительно ревновать.

Любовь - лучшая учительница языка.

<...> С ней случилось что-то странное, необъяснимое. Если бы собаки обладали способностью сходить с ума, я сказал бы, что она помешалась. <...>

"Я хотела сказать, что сирень теперь будет навсегда моим любимым цветком..."

Боже мой! Хотя бы раз в жизни попробовать сосульку. Должно быть, изумительный вкус.

Мысль о самоубийстве совершенно ясно встала в его голове. Но он не ужаснулся этой мысли, ни на мгновение не содрогнулся перед мраком неизвестного.

Это была длинная, но при этом коротконогая девица, с огромной лошадиной бледной мордой... Совсем неизвестно, где рок фабрикует людей такой наружности и такого характера.

Аркадий Николаевич рассердился и велел отыскать хорошего тапера, но кому отдал это приказание, он и сам теперь не помнил. Этот «кто-то», наверно, свалил данное ему поручение на другого, другой – на третьего, переврав по обыкновению его смысл, а третий в общей сумятице и совсем забыл о нём…

Она отказывала себе во всем необходимом, чтобы создать для мужа хотя и дешевый, но все-таки необходимый для занятого головной работой человека комфорт. Она бывала, по мере необходимости, его переписчицей, чертежницей, чтицей, репетиторшей и памятной книжкой.