Россия крепостная

С подачи большевиков сейчас в России думают, что крепостное право было чем-то вроде североамериканского рабства. Но это были отнюдь не отношения раба и хозяина, а сыновей и отца. Многие крестьяне не хотели никакой «свободы». Да, иногда помещик порол крестьянина; так и отец же порет свое непослушное чадо. Никита Михалков

Вот интересно, когда человек так говорит, готов ли он – ежели вдруг что, реформы, воцарение, апокалипсис – стать именно крепостным? Чадом, так сказать. Ну да ладно, это все присказки, лучше про книгу расскажу.

Книга совершенно оглушительная. Что бывает, когда одному человеку дают полную, практически бесконтрольную власть над другим?

Два века Россия была крепостнической страной. Обычно рабовладельческие общества возникают при завоевании одного народа другим, то есть захватчик и побежденный, что называется, чужие друг другу люди. В России же хозяева и рабы зачастую были соотечественниками, "людьми одной крови, одной веры". Автор описывает закрепощение "холопов" как внезапный и незаконный отъем прав и свобод у огромного числа людей.

Несколько сотен тысяч «благородных» российских помещиков по воле правительства стали олицетворять собой и государство, и нацию. В то же время миллионы ревизских душ в России именовались не иначе как «хамами» и «хамками», «подлыми людьми». А понятие «народ» в его действительном возвышенном смысле встречалось только в поэтических сочинениях, обращенных к далекому прошлому. (...)крестьяне рассматривались просто как одушевленное средство для обеспечения своему господину необходимых условий для жизни, «приличной благородному дворянину».

Описана и проанализирована вся последовательность событий: как и почему образовался в России крепостной строй, откуда взялись владельцы-дворяне, что собой представляла повседневная жизнь крестьян, отчего возникали и как происходили крестьянские бунты и восстания.

Но эта книга отличается от многих других исторических исследований тем, что Тарасов рассматривает крепостническое общество не только с политической и экономической, а еще и с социальной, психологической и морально-нравственной точек зрения. Проще говоря, на что способны обычные люди, если дать им полную власть над своими ближними, уверенность в том, что это не ближние, и пачку индульгенций авансом.

Главной опасностью стало развращающее влияние крепостничества на общественные нравы (...) Между «добрым» и «злым» помещиком была очень тонкая, трудно уловимая грань. Их объединяло гораздо больше общих черт, чем разъединяло различий. И главным, что было общего — являлась неограниченная власть над людьми, портившая от природы цельные характеры, развращавшая вседозволенностью, уродовавшая души самих «благородных» душевладельцев (...) неограниченная господская власть и воспринятые с детства сословные предрассудки оказывались выше человеческих привязанностей.

При этом удивительный парадокс:

Особенностью этого быта было то, что проявления крайней жестокости в нем нередко соседствовали с прекрасной образованностью, чадолюбием, набожностью и хлебосольным гостеприимством русских помещиков. Запарывали насмерть крестьян, почитывали на досуге «Евгения Онегина» или томик Тургенева и потчевали гостей домашними наливками одни и те же люди.

Чувство вседозволенности было настолько сильным, что отпор со стороны жертв вызывал у хозяев не только страх или ярость, но и удивление. Так помещик, постоянными порками доведший старика-крепостного до самоубийства, искренне недоумевал, почему двое сыновей умершего, прежде исправные слуги, пришли в неистовство, «стали оказывать барину своему грубости» и грозились убить его и себя.

Повседневная жизнь в ту эпоху была полна того, что сейчас мы называем правонарушениями и уголовными преступлениями: телесные наказания от «заурядной» порки до настоящих пыток, насилие и растление, доведение до самоубийства, изнурение трудом, произвол всех видов. Как правило, наказания не следовало, да и преступлениями эти дела не всегда считались. Убийц, растлителей и изуверов в лучшем случае строго распекали или требовали покаяться в церкви. Тех, кто просто бил прислугу по щекам и заставлял работать на износ, и вовсе не трогали. Дворянство было опорой трона, и вторжение в ее "домашние дела" грозило верховной власти потерей этой самой власти. Вторглись и отменили уже тогда, когда другого выхода не было, волна народного возмущения грозила превысить все границы. Это, кстати, было для меня новостью, со школы запомнилось куда более наивное "потому что царь пожалел крепостных и захотел им помочь".

«Россия крепостная» вообще полна «неудобных» фактов. Написано просто, понятно, логично, и при этом живо и образно. Много цитат из документов той эпохи: из уголовной хроники, дипломатических донесений, императорских писем, крестьянских челобитных, из личных записок современников, воспоминаний, художественной литературы. Рекомендую.

В крепостном состоянии находилось в разное время от половины до ¾ населения России.(с)

Что мы знаем о крепостном праве в России? Если откинуть общие фразы о бесправном положении крестьян, об отмене крепостного права в 1861 году, о ставшем нарицательным имени Салтычихи и романтизированной искусством истории крепостной актрисы, ставшей графиней, о трогательном отношении Пушкина (известного певца свободы, посвятившего «лиру народу своему») к его няне, почти ничего. Когда возникло крепостное право, как оно стало узаконенным и почему? Единовременно ли оно появилось или процесс закабаления ПОЧТИ ВСЕХ жителей России не может быть четко обозначен хронологически? Как на практике складывались отношения наших свободолюбивых поэтов, писавших стихи о народной воле и угнетенных крестьянах между двумя балами, охотой и игрой в карты? Как складывались судьбы талантливых крепостных, получивших образование, иногда за границей, благодаря либеральным взглядам своих хозяев, не собиравшихся давать им никогда волю? Искусство (книги, фильмы, картины) показывает нам чаще всего две крайности в этом вопросе: либо все в черных красках, либо все с оттенком ностальгии, когда о неразумных крестьянах заботился хозяин-батюшка, а любовь молодого помещика и крепостной красавицы неизменно сулила ей улучшение жизни (помимо покоренного сердца господина). Б.Ю.Тарасов в своей книге, опираясь на документы, постарался представить картину «народного рабства» во всей красе, так сказать, но при этом с объяснениями (что, когда, как и почему).

В школе как-то упускают вопрос, как получилось, что чуть не все население России оказалось вроде как и не населением, то есть не народом. И это понятно: можно объяснять «исторически сложившейся ситуацией», «экономическими особенностями развития страны», иногда даже «религиозными мировоззрениями» (и такое я встречала), – короче, все можно подвести к идеализированной идее борьбы за свободу. Но это хорошо для малых детей, не задающихся вопросом, почему беспомощная нищая выжившая их ума старуха колотит своих двух крепостных, благодаря которым она вообще еще и жива? Почему нищий помещик, у которого и сапог-то порой нет, все равно ВЛАДЕЕТ ЛЮДЬМИ? Разве это объяснимо с точки зрения экономики? Но на самом деле есть понятие ЗАКОН. Глупый или разумный, фиктивный или реально исполняемый, замалчиваемый или известный всем и каждому – закон кем-то издается. И крепостное право, если обратится к историческим документам, тоже возникло на вполне законных основаниях. Сначала что-то одно оговорили и узаконили, потом что-то другое подредактировали, потом третье разъяснили (по поводу чего не было ясности в первом и втором документах), потом окончательно все привели к единому знаменателю – все крестьяне принадлежат полностью своим господам. А законы принимались в 17-18 веках – в век ПРОСВЕЩЕНИЯ в России. И полнейшее, окончательно узаконенное личное рабство крестьян, по сути приравнивание их к ИМУЩЕСТВУ движимому, произошло благодаря указам, подписанным самыми просвещенными в истории России монархами. Вот так радели за народ и процветание России… Крепостных не считали людьми, не учитывали, что они умеют мыслить, чувствовать. Это было обыкновенное средство для обогащения, живое орудие труда, ценившееся ниже рабочего скота (скот-то загубить можно при ненадлежащем уходе, а крестьянину ничего не сделается – ну, помрет один. Так главное, чтобы он успел семью завести – на его место еще родятся). Отдать замуж крестьянку можно было в 18 лет. Понятно, не ради ее блага, а чтобы грех прикрыть и число крепостных увеличить. А.С.Пушкин, который был не только русским поэтом, но и обыкновенным российским помещиком, пишет:

Осмелюсь заметит одно: возраст, назначенный законным сроком для вступления в брак, мог бы для женского пола быть уменьшен. Пятнадцатилетняя девка и в нашем климате уже на выдании, а крестьянские семейства нуждаются в работницах…

Вот так вот, о людях как о скотах… О чувствах, понятное дело. Речи не шло обычно. Одна барышня пыталась поговорить на эту тему со своими девками крепостными, любопытсвовала, по любви или иначе как пары сходятся. Долго девушки не понимали вопроса, вспылила барыня:

«– Ах, ну как же вы не понимаете! – воскликнула барыня. – Ну, значит, по страсти! – По страсти, по страсти, – вдруг оживившись, закивали женщины. – Известно – кого назначит барин, или бурмистр, с тем и под венец! А если заупрямишься, так выпорют кучера на конюшне, прямо страсть!

А.В.Суворов, славившийся своей любовью и поистине отеческим отношением к солдатам (тоже, кстати, крепостным в большинстве своем людям, не своей волей ставшим гордостью и защитой Отечества), тоже вполне НОРМАЛЬНО относился к крепостному праву, практично и порой с юмором (ох, и дорого же обошелся его юмор людям его!). Так, например, он дает распоряжение старосте закупить недорогих девок для того, чтобы оженить своих крепостных парней: «Лица не очень разбирай. Лишь бы здоровы были». Домашнюю скотину на развод так покупают обычно… Кто по любви сходился, тоже счастье нечасто видели. Известный русский поэт Тредьяковский судился, незаконно удерживая чужую жену у себя в услужении и не желая ее отпускать к мужу – хорошая работница просвещенным людям ох как нужна, и плевать, что ее судьба превращена по его самодурству в трагедию! А многие помещики вообще не думали, что их крепостные – как ЛЮДИ, умеют чувствовать. Когда они видели горе родителей, навеки разлучаемых с подросшими детьми – очень удивлялись… Но о воспитании крестьян заботились. Так, например, прогрессивно настроенный князь Щербатов, историк и общественный деятель, тоже приложил руку к ухудшению итак уже бесправных и несчастных людей: фабрики, основанные на труде крепостных (чья судьба была еще горше деревенских крепостных, хотя это кажется немыслимым), являлась благом, так как позволяла «помещикам полнее осуществлять отеческую заботу над крестьянами, склонными к лени и пьянству». Иллюстрации этой «заботы» в книге приведены. Был еще один рабовладелец, отстаивавший свои права на людей, – русская право-славная церковь. Казалось бы, крестьянам, принадлежащим церкви, должно быть легче: все-таки к Богу ближе, да и не один самодур-господин, а целая община отрекшихся от всего земного людей ими управляет. Но на деле это был САМЫЙ СТРАШНЫЙ ХОЗЯИН. Вот лишь один пример христианского смирения и человеколюбия к себе подобному:

Монастырская неволя была пуще панской… Вместо лошадей у монахов служили они: на них и воду возили, и землю пахали.

Продолжать? Без надежды жить нельзя. И крестьяне тоже верили в истину, надеялись на правду. И иногда жаловались даже самому царю! (и что удивительно, до царских РАБОВЛАДЕЛЬЦЕВ жалобы даже ДОХОДИЛИ реально!!!). Но чаще всего это заканчивалось очень плохо для правдоискателей. Случай с осужденной в конце концов Салтычихой – весьма спорный пример добродетели власть имущих. Во-первых, это дело длилось так долго, что многие просители тоже пострадали, а во-вторых, ее наказали не ради «бедных» крестьян, а потому что заботились об имидже за границей – «что о нас в Европах думать станут?». Почему же цари и тем паче царицы не принимали практически никаких мер по обузданию зарвавшихся хозяев? Почему не исполнялся закон о «неразделении семей», хотя он существовал? Они же не были. В самом деле, зверями? И все видели. И все понимали…

Правительство старалось не вмешиваться во взаимоотношения помещиков с крепостными, поскольку было заинтересовано в абсолютной власти землевладельца над крестьянами в имении для исправного внесения ими платежей в государственную казну

Ничего личного, как говорится. Это просто бизнес. И гуманность была в их сердцах, и человеколюбие: «положение собственного народа, находящегося в жестоком рабстве и безрезультатно взывающего в монаршей милости, не мешало императору Николаю I деятельно заботится о положении чернокожих невольников в Северной Америке». Над книгой «Хижина дяди Тома» барышни проливали слезы. А потом прижигали щипцами и отправляли на конюшню своих крепостных девок, виноватых лишь в том, что сами они встали не с той ноги… Кстати, если уж среди православных на Руси-матушке найдется такой упырь, что не осознает бесчеловечности работорговли, то вынужден он будет подчинится указу 1842 года, ЗАПРЕЩАЮЩЕМУ РОССИЙСКИМ ПОДДАННЫМ ПОД УГРОЗОЙ НАКАЗАНИЯ УЧАСТВОВАТЬ В ТОРГОВЛЕ НЕГРАМИ! И не торговали ведь. Все, как один. слушались царского милосердного указа. Негр, ступивший на русскую землю, автоматически становился свободным! Русский, сбежавший со своей земле, если был пойман спустя ДЕСЯТИЛЕТИЯ, возвращался хозяину (вместе с семьей, автоматически становившейся рабами). Гуманность гуманностью, а об экономике тоже думать надо… Меня тема крепостного права интересовала давно – наверное, сказалось то, что я иногда слышала скупые рассказы людей, чьи прадеды и прабабки жили на бывших монастырских землях – память народная долго хранит все… Но эту книгу я бы посоветовала всем, кто интересуется историей России. Ведь большинство из нас (в силу все тех же пресловутых исторических условий) – отнюдь не потомки дворян. Да и крепостное право, отмененное на бумаге еще в 1861 году, фактически существовало еще в середине прошлого века (видоизменившись, естественно). Наверное, ее было бы неплохо включить и в курс школьной программы по истории… Читается легко, приводятся выдержки из документов. Конечно, некоторые вещи кажутся нарочито подчеркнутыми (примеры «борцов за свободу народа», бывшими одновременно яркими представителями крепостников, например), но, может быть, полезно иногда взглянуть на «наше все» и его соратников с иной позиции, отличной от общепринятой и намертво укоренившейся в официальных версиях? Может быть, полезно иногда задать себе вопрос: «почему это БЫЛО?» – и попытаться ответить себе на него ЧЕСТНО? А для этого нужно осознать, понять и обдумать… В общем, читать всем. Это история. А историю нужно знать!

Тема рабства в Америке снова и снова всплывает и в книгах и кино, у нас же почему-то об этом не принято вспоминать. Я сбилась со счета, сколько книг я прочла о чернокожих рабах, и всего 3 о русских крепостных. Поэтому начала читать эту книгу. В книге автор приводит системный анализ явления крепостного права, приводит воспоминания современников, исторические и юридические аспекты, страшную статистику. Не раз я откладывала книгу от отвращения, ужаса и гнева. Все знают про Салтыкову, но не все знают что она вовсе не была исключением, просто такое ничтожное количество преступлений доходило до суда. И которые доходили обычно заканчивались лишь внушениями, либо в совсем уж кошмарных случаях заключением в монастырь. Уровень насилия и садизма был таким зашкаливающим и таким обыденным. И если в 17-18 веках можно было списывать это на невысокий уровень образования и азиатскую дикость, то в 19 веке таких оправданий уже не было, и тем страшнее то, как уродует человека абсолютная власть и безнаказанность. Люди, всесторонне образованные, знавшие по несколько европейских языков и читавшие европейскую литературу, не чуждые либерализма на словах, и даже читающие "Хижину дяди Тома" и порицающие американских рабовладельцев (вершиной этого был акт о запрещении участвовать в работорговле Николая I и его щедрое дарование свободы каждому чернокожему, ступившему на русскую землю). Но эти же люди засекали до смерти за ничтожные нарушения, а то и вовсе за хмурый взгляд, растлевали малолетних, отнимали невест у законных мужей, устраивали настоящие гаремы, продавали собственных детей от этих бесправных женщин и отправляли больных и стариков в Сибирь, еще и умудряясь получать за это выгоду как за рекрута. Разврат также был нечто такое распространенное явление, что им даже гордились и приглашали друзей разделить "удовольствия". Отдельная тема - это крепостные театры, художники и музыканты. Их жизнь была порой еще трагичнее обычного крестьянина. Только что высеченная актриса должна была изображать смех и радость или будучи совершенно бесправной рабой изображать графиню, а то и царицу. Нравственное насилие было одной из пыток, для многих более страшная физической расправы. Тяжелее всего было читать о самоубийствах детей 8-10 лет, которые от безысходности и полного непонимания противоречивых и вздорных требований предпочитали умереть, чем снова и снова подвергаться насилию. Уровень произвола был настолько широк и жесток, что к 1857 году число закрепощенных снизилось на 10%, то есть происходил настоящий геноцид собственного народа. Народные восстания, с подачи Пушкина навеки заклейменных бессмысленными и беспощадными, вовсе не были таковыми. Для меня наоборот было удивительно узнать насколько человечнее и в рамках "законодательства" Пугачева действовали повстанцы. В отличие от "благородных" помещиков, которые на каждом шагу нарушали законы и все им сходило с рук. Еще удивительнее, что за все годы крепостного ига люди так и не смирились с тем, что они должны быть вещью. Была жива чистая вера в то, что свобода есть, но ее просто украли и она обязательно вернется. Это один из самых вдохновляющих выводов из книги - невозможно сделать из нации раба, хотя и можно сломать многих людей, человек все равно будет стремиться к свободе. Даже после отмены крепостного права, совершенной вынуждено Александром II, так как все мыслящие люди понимали, что крах подобной системы неизбежен и скор, и повлечет за собой и падении империи и императора. К сожалению, стереотипы были еще так сильны и реформа привела, при формальном освобождении, к экономическому закреплению крестьян и в общем к их ограблению, правительство как всегда защищало только интересы помещиков. И крушение империи таки произошло, и падение это было великое. Все мы до сих пор расхлебываем последствия этого социального расслоения на господ и чернь, и отношения к закону, что дышло, когда богатым можно все. Книгу очень рекомендую всем, свою историю нужно знать, пусть горькую и постыдную. Хотелось бы чтобы и в современной художественной литературе были попытки осмыслить и передать дух той эпохи.