Сборник Н.П.Вагнера “Сказки Кота-Мурлыки” у меня лежал непрочитанным с самого детства. Я помню, что делала к ним подход лет в 8 - безуспешно, лет в 10 - то же, в 12 - опять неудача. Но сейчас я решила всё-таки сделать усилие и прочесть сказки не ставшего широко известным русского сказочника. И иначе, как "прорваться сквозь книгу", к сожалению, назвать процесс её чтения у меня не получается.
Начну с того, что меня восхитил талант автора в подборе лексики. В сборнике более 30 сказок. Есть среди них подобные русским народным сказкам (например, “Дядя Бодряй”), и для них подобрано соответствующее построение предложений, используется исконно русская речь. Есть сказки с восточным колоритом, и при чтении действительно складывается впечатление, что читаешь либо перевод индийских или арабских сказок на русский, или же где-то нашли неизданную ранее сказку Гауфа (например, “Царевна Нанджана”). Есть сказки, написанные так, будто их писал западно-европейский сказочник, Андерсен или Гофман (“Фанни”, “Мила и Нолли”), или похожие на сказки Братьев Гримм (“Старый горшок” или “Папа-пряник”). Действительно была восхищена талантом автора писать такие разные по стилю сказки, видно, что он был невероятно начитан и тонко чувствовал стиль, в котором хотел создать произведение.
Но вот содержание сказок меня всякий раз повергало ну не в шок, но в какое-то подавленное состояние. Практически все они так или иначе о смерти, тлене и безысходности. К примеру, в первой же сказке “Сказка” колдун похищает жениха царевны, та идёт спасать его, и колдун за спасение жениха берет с царевны плату в виде молодости и красоты, та без раздумий отдаёт всё, потому что Елизар же её полюбил за душу, а не за молодость и красоту. Елизар выходит из плена, но не узнаёт старушку, даже не обращает на неё внимания, потому что да, он всё-таки полюбил царевну за молодость и красоту... Безысходность и тлен.
Если в сказке встречаются двое детей или влюбленные, можно быть уверенными, что кто-то из них умрет, да и второй тоже умрёт, от горя. Если встречается какой-то один ребенок, то он непременно смертельно болен и мы наблюдаем за его угасанием.
Автор постоянно давит на чувство вины читателя. Он обвиняет при этом буквально всех подряд. Богатые виноваты по умолчанию, потому что они богатые и им очень легко забыть о нуждающихся. Бедные, впрочем, не лучше, можно привести сцену, когда царевна Нанджана из одноименной сказки попросила своего жениха Нассана принести скатерть-самобранку, тот с риском для жизни это сделал, а бедняки пришли со всех сторон и так объелись и обпились, что в пьяном угаре разодрали скатерть на мелкие кусочки, так что Нанджане, желавшей, чтобы не было бедных и голодных, не оставалось ничего иного, кроме как лечь и умереть.
Одно из произведений меня вообще повергло в шок. Сказка “Новый год” вначале звучит, как история о мальчике Гришутке, который буквально сам себе проложил путь из бедности, не испугался зайти в богатый дом, заявить о себе, попросить о помощи, не постеснялся её принять и направить полученное на помощь другим бедным, но в конце наш Гришутка сидит старый и понимает, что он так и не смог победить бедность, вот она стоит перед ним в виде чудища, а за ней стоит “еще более страшное чудище с пейсами”... Вот кто во всём виноват... Я понимаю, что эти сказки писались больше 100 лет назад, но точно ли стоит вот это тащить сквозь годы? (Читала издание 1991 года).
И в целом, я не могу понять, на кого автор нацеливал свои сказки. Для детей 8-10 лет они не очень подходят, поскольку в них сплошная смерть и тлен. Дети постарше уже не читают сказки, они больше тяготеют к приключениям, ну а для взрослых слишком много обвинений: все плохие, кем бы ты ни был. Хотя нет, ты хороший и тебя стоит пожалеть, если ты прямо сейчас бедный или в моменте умираешь. Наверное, из-за этого сказки и не получили такой уж большой популярности.
20 понравилось
