Отзывы о книге Тень Филлиды

Я уже читала у Леонида Андреева произведение религиозно-философской тематики "Жизнь Василия Фивейского". И снова писатель касается вопросов, на которые сложно найти ответы. Либо у каждого они будут свои. Роман о жизни габбая Иуды из Кариота в целом повторяет евангельское повествование о его апостольстве и последующем предательстве. Кто не знает Иуду, чьё имя превратилось из собственного в нарицательное? Пожалуй, слишком оскорбительное имя, варварское, звучащее с неким презрением. Вот только интересно преподносит Андреев образ богоотступника. Будто вращает перед зрителем его фигуру с разных сторон, выворачивает наизнанку душу Иуды Искариота. Мол, поглядите, всё не так, как вам кажется. Присмотритесь и пересмотрите. За отвратительной и отталкивающей внешностью скрывается любящая, легкоранимая натура. А его греховные поступки — всего лишь попытки обратить на себя внимание, быть ближе к Христу, стать лучшим из лучших его учеников, незаменимым апостолом.

Никого так не раскрывает писатель, как Искариота. Всех остальных действующих лиц Леонид Андреев рисует где-то позади, почти фоном. Немного о Петре, несколько фраз о Фоме, даже Иисус не забирает на себя столько внимания, как этот одноглазый и колючий тип. Но меня сложно переубедить. Пытаюсь, как автор, найти свои оправдания Иуде, увы, не нахожу. Порой мне встречались такие люди: подставить, но умело выкрутиться, обвинив кого угодно, лишь бы смыть с себя чувство греха. И до последнего ждать отмены последствий своих же действий — верх цинизма и трусости. Поцелуй, отравленный ядом лжи, предательства, стал точкой невозврата. Дорогой в ад?

И все — добрые и злые — одинаково предадут проклятию позорную память его; и у всех народов, какие были, какие есть, останется он одиноким в жестокой участи своей — Иуда из Кариота, Предатель.

По умолчанию в ад. Но получилось ли у Андреева внести сумятицу во всеобщее мнение? На мой взгляд, да. Ведь откуда-то же вертится в моей голове вопрос: "Почему это называется любовь? Когда один предаёт, а другой заведомо знает и принимает предательство"…

Первым делом хочется отметить великолепную обложку от издательства " Аркадия" и черно- белые иллюстрации Ольги Исаевой. Они  идеально передают  атмосферу каждого рассказа и подчёркивают красоту описаний жизни во времена средневековья.
Герои этих историй будто живые, очень яркие и заризматичные, находчивые и хитрые. Порой казалось,что они сошли со страниц сказок и легенд,весь в конце каждого рассказа есть мораль.
В этом сборнике есть придворные интриги, битва за власть, неравные браки, женская хитрость и всепрощающая любовь. Не на последнем месте оказываются философия,религия и моральные ценности той эпохи.
С автором была знакома лишь по крупным историческим романам,но его малая проза не разочаровала. Она завораживает своей изящностью, лёгкостью слога и поэтичностью.

С историей про Иуду я был ознакомлен очень поверхностно. Знал только про предательство, и что в итоге Иуда сам и повесился от мук совести(?). Да и эту историю знают абсолютно все и будут вспоминать её веками, я уверен. Нет в истории предательства страшней. Интерпретация Андреева шикарна, я сразу проникся и не мог оторваться до самого конца этой повести. Иуда конечно тот ещё предатель, но не было ли это испытанием для всего народа? Для ближайших учеников Иисуса, что клялись в вечной любви и хотели занимать подле него место до самого конца, хотя к тому же Петру вопросов у меня сначала не было, хоть как и предсказывал Иисус:

Говорю тебе - Петр, не пропоет петух сегодня, как трижды отречешься от меня.

В итоге так и получилось. Да и в принципе если бы не Иуда, то и не произошло бы Воскресение Христа, и не уверовали бы люди окончательно, хотя они его до этого и погубили. Иуду я не хочу конечно оправдывать, но уж как-то пренебрежительно отнеслись к нему ученики Иисуса, даже не узнав человека, веря всяким слухам насмехались над ним, говорили как он безобразен. В этом рассказе как-то уж глупы они и трусливы, хотя может я уж слишком предвзято отношусь. Всё-таки они ученики. А самое смешное, что во время спора Петра и Иоанна Иуда не соврал, говоря, что будет возле Иисуса до самого его конца. Пока ученики спали, ели, тряслись за свою шкуру, боясь прихода стражей, пока тем временем Иуда почти не спал, не ел, не пил. Он всё время находился недалеко от Иисуса. Предав Иисуса он предал и себя, предал вечному позору своё имя. Позор итак ходил за ним по пятам, но теперь тянется он за ним из века в век. А ведь если бы он не предал, то возможно стал бы одним из лучших учеников Иисуса. Хорошая тема для размышлений, определенно 5 и рекомендую к прочтению.

Знаю, что многие воспринимают этот очерк Брюсова, как карикатуру на советскую систему. Только я попросил бы не торопиться с выводами, и сначала взглянуть на дату написания - 1905 год.

Мир еще доживает свой самый длинный, на тот момент, благословенный период. Да, местами возникают конфликты, разгораются войны, бродят мысли и умы, но, тем не менее, есть некий общий каркас, который объединяет и сохраняет, кажущуюся вечной, конструкцию. Мировые войны и глобальные революции, меняющие облик привычного мироздания, еще впереди.

Но гениальные умы чувствовали, что зреют неразрешимые конфликты, прозревали появление новых лекал, по которым решительные закройщики будут перекраивать ветшающее мировое платье.

Брюсов точно предвидел, что главной ареной грядущих мировых сражений, станут умы людей. Именно за них развернутся самые ожесточенные схватки. И, на основе создаваемого единого ментального пространства, возникнут новые империи. Во многом он оказался прав, в образе его Республики Южного Креста присутствуют черты будущего коммунистического устройства, фашистского режима, либеральной демократии и, самое интересное, корпоративного доминирования постиндустриального общества.

Главная идея, созвучна идеям социал-демократов, утверждавшим, что буржуазия вырастила своего могильщика - пролетариат. Суть идеи Брюсова в том, что государство, пытающееся наладить полный контроль за социальной и культурной стороной жизни общества, обречено на катастрофу - могильщиками, используя терминологию эсдеков, выступят сами граждане тоталитарной системы, и главной движущей силой будет дух противоречия. Это стремление противоречить погубит кажущееся сильным гособразование.

Брюсов оказался тысячу раз прав. Когда перекрыты все клапаны, чувство противоречия начинает преобладать даже над ощущением довольства или недовольства. Ровно по этой схеме рухнул, казавшийся незыблемым, Советский Союз, когда граждане готовы были броситься в любую авантюру, лишь бы покончить с довлеющей системой - разразилась катастрофа не слабее описанной Брюсовым.

Те же тенденции можно сейчас обнаружить в нашей - постсоветской России, они же наблюдаются в Евросоюзе, набирают обороты они и в США. И всё это не может не тревожить, потому что "дух противоречия" неминуемо приведет эти общества и мир в целом к новым катастрофам.

И я не знаю, можно ли это как-то предотвратить, потому что, те, кто у власти, наивно надеются держать всё под контролем и дальше, а те, кто "под властью" не в состоянии контролировать свой дух противоречия, потому что это в природе человека. Давление нарастает, сопротивление навязываемому порядку и укладу усиливается, и в какой-то момент сдерживающие контуры рушатся и начинается "эпидемия", уничтожающая систему.

Очень сложно давать какую-то оценку такому неоднозначному и провокационному произведению. Мнения разные, да и меня не так зацепило, чтобы я провёл полноценное исследование. Не получается даже выделить какую-то главную тему. Сам Андреев будто старательно уходит от ответа и своей субъективной оценки. Кажется, что этот вопрос “Кто прав?” задают именно читателю. Но давайте о сюжете.

Переда нами интерпретация евангельской истории о предательстве Иисуса Иудой. Сам Иуда предстаёт перед нами скорее двуличным. Его лицо буквально поделено надвое. Он слеп на один глаз. Остальные постоянно напоминают ему о его недостатках, поэтому и характер его двойственен. Апостолы обвиняют его в воровстве и лжи, что действительно является его недостатками, но Иуда так любит Христа, он так предан ему, что эта мысль не даёт ему покоя. Именно Мысль. Есть даже произведение с таким названием у Андреева, где он рассуждает о том, что мысль заразительна, она всепоглощающая и может свести с ума (что не так давно показал нам Нолан в фильме “Начало”). И эта мысль поглощает Иуду. Ему даже не важно, за сколько он продаст своего учителя. Ему важно, послужить Христу, помочь искупить грехи человечества. Он выполняет свою, особую миссию, хоть и сознание заполняется корыстными мыслями. Эта корысть и приводит его к одинокой ветке в конце произведения. Он надеется, что Иисус поймёт и посадит Иуду рядом с собой, потому что тот его самый преданный ученик, готовый и на согрешения ради высшей миссии.

И на вопрос “Кто прав?” можно ответить: "Никто". Иуда обманул сам себя, он считает лишь себя правым. Даже здесь он соврал, только уже самому себе. Он является двойственным персонажем, и безумие буквально раскалывает личность Иуды надвое. Он, вроде, и хочет остановить процессию, и надеется, что апостолы вмешаются, но нет. Всё идёт так, как надо. Как предназначено.

Не секрет, что любовь каждый проявляет по-своему. К сожалению, не всегда разумно и благородно. И не всегда окружающие понимают, что это было выражение любви, а не просто жестокий недальновидный поступок, изменивший, однако, если не ход истории, то общепринятое представление о ней.
Имя Иуды из Кариота обычно соотносят с предательством, но повесть Леонида Андреева разбивает устоявшиеся взгляды, и  читатель с удивлением осознаёт, что Иуда так неоднозначно выразил  свою любовь к Иисусу. В книге показано то фатальное неразделенное чувство, которое сметает  всё на своём пути. Именно любовь, а не жажда наживы,
подталкнула, по мнению автора, Иуду к роковому поступку.
Сразу оговорюсь, что всё нижесказанное является рецензией на книгу, а не разбором религиозных учений.
Реализуя замысел написать  "нечто по психологии предательства", автор остановился на общеизвестном сюжете. Но описал  мотивы действий Иуды, так, что меняется трактовка событий, да и значение самого предательства воспринимается по-другому.
Начнём с основного вопроса, а были предательство? Как можно предать того, кто открыто проповедует, не делая секрета из своего учения и не таясь?  Кого знает в лицо  огромное количество людей, про которого известно служителям церкви?  Он никому особо не нужен, да и сам не прячется.  Для первосвященника Иисус Назарей - один из многих бродяг, философствующих перед зевакам ради подаяния.   И тут проявляется Иуда.
Безобразный, мерзкий и лживый Иуда, который, возможно впервые в жизни, поверил в  доброго, красивого, утончённого Иисуса, полюбил его и предпринял всё, чтобы доказать всем его святость. Пытаясь придать Назарею значимость в глазах церковников,  Иуда вынуждает власти действовать, что приводит не к всеобщему прозрению божественной сути пророка, а к его мучительной казне. Автор просто потрясающе расставляет акценты и смысловые нюансы. Описывая  Иуду, он неоднократно подчёркивает его отталкивающий внешний вид и  подлую натуру, подкрепляя   образ перечислением неблаговидных поступков. Он неприятен со всех сторон, но, не знаю в силу гуманизма  или идиотизма, вдруг ловишь себя на мысли, что в душе начинаешь  оправдывать Иуду, сопереживая в большей степени ему, а не тому, кого он отправил  на мучения.
Повесть вызывает странные, противоречивые чувства, чтобы разобраться в которых мне пришлось сначала прослушать книгу, а затем ещё и прочитать её (благо размер небольшой). Трактовка событий вполне возможна, тем более, что за давностью лет истины нам не узнать. Но тогда получается, что роль предателя должна быть пересмотрена. Ведь возможно, что без Иуды,  Иисус, затерявшись в пёстрой толпе философов и мятежников, прожил бы долгую жизнь, и никогда не стал бы тем, кем мы его сейчас воспринимаем. тИуда просто столкнул  Иисуса в бессмертие, превратив его в Образ.
Такой шаг в историю самостоятельно не сделать. Нужен очень сильный антипод.
Я не определилась, чем эта книга была для автора: дерзкой провокацией или попыткой переосмыслить церковные догматы. Для меня она стала Открытием.
Автор обыгрывает известный христианский сюжет, поэтому, чтобы прочувствовать глубину и силу произведения, нужно хотя бы в общих чертах знать Евангелие.

Евангельский Иуда – это, прежде всего, предатель Христа и, вдобавок, вор (якобы крал из ящика для пожертвований). Но даже у евангелистов образ Иуды неоднозначен и противоречив. Во-первых, Иисус принял Иуду в число ближайших сподвижников и поручил "ящик", это говорит об определённой степени доверия. Во-вторых, Иуда после предательства раскаялся, вернул деньги и покончил с собой. Отрицательным персонажем он стал лишь вследствие совершённого предательства, мотивы которого для евангелистов были непонятны. А потому они объяснили поступок Иуды вмешательством Сатаны, который вошёл в него во время Тайной Вечери – такой вот «рояль в кустах». В версии Леонида Андреева действия Иуды получили убедительную мотивацию – может быть, впервые в мировой литературе. И чем ближе к концу, тем ужаснее становится от мысли: к каким страшным деяниям может привести безответная любовь!.. Унижение, предательство на смерть, самоубийство – и всё это во имя неразделённого, призрачного, но огромного чувства… И никакого раскаяния не было. Какое же в любви раскаяние?!

Есть произведения, на которые сразу западаешь. Таковым для меня еще давно стала повесть Брюсова "Республика Южного Креста". Относительно короткое произведение, своего рода антиутопия. Суть - автор рассказал о трагедии некой республики в Антарктиде, возникшей на основе сталелитейных заводов. а погибла она из-за эпидемии. Люди оказывались пораженными некой странной болезнью. Когда человек хочет сделать что-то одно, но совершает совершенно противоположные поступки. Вот такой посыл! Надо же было его придумать - этот посыл! Такую завязку. Ну а потом стремительно разворачивается действие. Сумасшествие охватывает все больше и больше людей. кто-то сопротивляется этому почти всеобщему безумию. Но в итоге уникальная технологическая республика гибнет. Каждая сцена написана блестяще. Каждая сцена повести апокалиптична. Каждая несет в себе напряженность. И в каждой - талант Брюсова. Вот такая концентрированная литература, динамичная, сильно написанная фантастика. Фантастика - антиутопия. Фантастика настоящая, сильная. Фантастика совершенно для своего времени новаторская и оригинальная. На мой взгляд, это достояние мировой литературы. Как, впрочем, и рассказы Брюсова. Но о них надо говорить отдельно. Они больше, чем кусочек рецензии. Они явление литературы. Но "Республика Южного Креста" хотя бы в силу своего большего объема заслуживает отдельного слова о себе. Но почему, почему ее не экранизируют? Ведь это же, черт возьми, на поверхности! Зачем искать какие-то нелепые фантастические сценарии, которые потом выливаются в жалкие и слабые фильмы, когда есть такое произведение?

Повесть Леонида Андреева «Иуда Искариот» (1907) — это не попытка переписать Евангелие, а предельно напряжённое психологическое и философское исследование: что происходит с любовью, если она требует признания и первенства. Андреев берёт канонический сюжет и снимает с него привычную однозначность, чтобы показать трагедию человека, который хотел быть самым верным — и выбрал для этого путь предательства.

На мой взгляд, в центре повести — не корысть и не просто предательство, а гордыня, принявшая облик неоценённой преданности. Иуда у Андреева одержим желанием быть первым среди первых возле Христа: не просто одним из учеников, а тем, кто докажет свою любовь самым невероятным и решительным поступком.

Сокровенная мечта 12-го Апостола, хранителя казны, — оказаться первым в Царствии Небесном, опередив Петра и Иоанна. И в этом желании уже заложена подмена: любовь становится сделкой, требованием, испытанием для других. «Я сделаю невозможное, а вы увидите и, наконец, признаете мою исключительность» — вот логика, которая ведёт Иуду Искариота к роковой черте.

Особенно выразительно Андреев обыгрывает сцену предательской сделки с первосвященниками. Тридцать сребреников здесь — не столько плата, сколько насмешка: такой суммой было принято оценивать раба. Так Иуда словно бросает вызов системе, измеряющей людей деньгами, и одновременно проверяет мир на прочность. Он хочет увидеть, как поведут себя люди, когда их Учитель окажется в руках власти.

В поступке предавшего есть и вера, и неверие: он надеется, что чудо случится, что небеса разверзнутся и все наконец поймут, кто перед ними. Одновременно он будто заранее не верит в человеческую преданность и хочет эту неспособность к вере сделать видимой.

Парадоксально, но именно жажда славы делает Иуду самым узнаваемым персонажем евангельской истории. Он действительно стал «первым» — но не в том смысле, о котором мечтал. Его имя знают все, оно звучит громче имён апостолов, но эта слава — мрачная, проклятая, лишённая признания, которого он так жаждал.

Андреев подчёркивает одиночество Иуды: даже его чудовищный и одновременно отчаянный поступок не приносит ему желанного подтверждения любви Учителя. Апостолы не понимают его логики, народ не видит в нём героя, а Христос не выделяет его среди других. Разве только своим знанием его рокового предательства. Создаётся впечатление, что Иисус оберегает Иуду от нападок остальных учеников, чтобы сохранить его для свершения неизбежного предательства.

В этом непризнании — самая горькая часть трагедии: Иуда хотел, чтобы его заметили, оценили, назвали самым преданным братом, но оказался лишь тем, кого проклинают.

Отношения Иуды с апостолами, Иисусом и толпой раскрывают разные грани этой трагедии. Апостолы у Андреева — не злодеи, а обычные люди, чья тихая верность пасует перед страхом. Толпа любит Христа, пока это безопасно, и легко отворачивается, когда ситуация становится опасной. А сам Христос, зная о грядущем предательстве, принимает его смиренно, как неизбежную необходимость. В этой спокойной покорности особенно остро ощущается несовместимость двух типов любви — требовательной, гордой, ищущей первенства и той, что «не ропщет, не ищет своего».

Финал повести звучит как логическое завершение этой драмы. Самоубийство Иуды — не акт отчаяния, а признание того, что его «подвиг» оказался никому не нужен, а его жажда признания не нашла отклика. Он не может жить в мире, где его поступок не был понят, и не может вынести того, что так и не получил главного — признания своей исключительной преданности. Предателя принять не могут ни ученики Христа, ни власть, ни первосвященники, ни народ. Он сам себя принять не может. Вряд ли Иуда не предвидел свою судьбу. Думаю, он знал.

«Иуда Искариот» остаётся одной из самых напряжённых и неудобных книг о природе добра и зла, о том, как легко высокие мотивы могут искажаться гордыней. Андреев не оправдывает предательство, но показывает его как трагедию человеческой души, в которой любовь, лишённая смирения, становится разрушительной силой. И в этом парадоксе славы, когда имя Иуды знают все, но никто не слышит его боли, и кроется главная сила повести: она заставляет задуматься о том, чем настоящая преданность отличается от жажды быть замеченным.

— Он сам хотел этой жертвы. И жертва его прекрасна!

— Разве есть прекрасная жертва, что ты говоришь, любимый ученик? Где жертва, там и палач, и предатели там!

Иуда Искариот — предатель. Эти слова знает каждый ребенок с пеленок, даже не догадываясь о их смысле. Казалось бы, что это неоспоримый факт, это правда, передаваемая из поколения в поколения, из уст в уста всеми добрыми и плохими людьми, но Андреев считает по-другому.

Я не хотел писать эту рецензию из-за простой причины: во мне было пусто, после прочтения этой повести я просто не знал о чем думать о Иисусе, Иуде, апостолах, и вообще о всей этой ситуации. Не могу не согласиться с Горьким, который сказал:

Леонид написал рассказ „Иуда Искариот и другие“ — два дня мы с ним говорили по этому поводу, чуть не до сумасшествия, теперь он переписывает снова. Вещь которая будет понятна немногим и сделает сильный шум.

Стоит ли это судить за правду? Как за отрывок или его потерянную/ переписанную часть евангельских сказаний? Конечно же нет. Это просто написанная за две недели повесть Андреева, после чего он отдал ее Горькому, а тот любезно заметил исторические и фактические ошибки... И только после кропотливых исправлений Андреева, мир узрел точку зрения начинающего поэта и драматурга, который обратился к непростой теме, к теме, о которой не то что написать, но и думать даже никто не посмеет — это религия. Это устоявшееся мнение о предательстве Иуды, доброте и искренности апостолов, святости и чистоты Иисуса Христа. А тут Андреев со своим противоположным мнением: горячо любивший Иисуса Иуда, трусливые и эгоистичные апостолы, и он... ищущий мучительной и верной смерти, дабы доказать всем, что он Бог, но в то же время не лишенный по канону здравого смысла и рассудительности.

Это было мое первое знакомство с творчеством представителя Серебряного века русской литературы. И однозначно не последнее.