Марина Цветаева: Воспоминания дочери. Письма

Аля (Ариадна), дитя моего детства, чудная девочка <...> Два дара: слово и карандаш (пока не кисть) <...> И похожа на меня и не-похожа. Похожа страстью к слову, жизнью в нем (о, не влияние! рождение), непохожа – гармоничностью, даже идилличностью всего существа (о, не от возраста! помню свои шестнадцать). Из писем М. Цветаевой

Люблю Алю. Нет, не за то, что она — дочь Марины. Люблю Алю за ту страшную, горькую судьбу, что выпала на её долю, за её мужество и стойкость, за кристальную ясность взгляда, за одиночество и умение хранить верность. За имя и вот за это, Алино стихотворение, написанное шести лет от роду:

МНЕ

Я устала быть госпожой. Мне приятнее быть рабой. Чтобы руки владели косой, А глазища — слезой.

Я устала быть госпожой, Мне приятнее быть рабой, Чтоб привычной рукою прясть Перед смертию лен.

Чуть-чуть цитат, чуть-чуть стихов

Оно одно из моих любимых, самых-самых... Иногда мне кажется, что я люблю его больше, чем все Маринины стихи. И вот ещё одно, тоже прекрасное:

Вы стоите как статуя старая Оперевшись на саблю. И я, листик с кленового дерева, Облетел к суровым ногам.

Листик с кленового дерева, что упал к суровым ногам — как всё-таки похожи эти слова на детское пророчество всей Алиной жизни! Талантливый ребёнок, переживший вместе с Мариной страшные годы гражданской войны, голод, чуть не обернувшийся ранней гибелью, потом — эмиграцию, возвращение на Родину вслед за поверившим в новый режим отцом, долгие годы лагерей, ссылки, боль и утраты... Обо всём этом Аля писала. К дневникам её, маленькую, приучила мать. Уже в своих детских тетрадях Аля давала емкие характеристики окружающих её людей, родственников, друзей Марины, её самой:

Моя мать очень странная. Моя мать совсем не похожа на мать. Матери всегда любуются на своего ребенка, и вообще на детей, а Марина маленьких детей не любит... Она пишет стихи. Она терпелива, терпит всегда до крайности. Она всегда куда-то торопится. У нее большая душа. Нежный голос. Быстрая походка. У нее глаза почти всегда насмешливые... Декабрь 1918

Из ссылки Аля писала письма. Самая её известная переписка — с Борисом Пастернаком — роман в письмах, где Алино литературное мастерство достигло своего апогея и было признано её талантливым адресатом:

Ты — писательница, и больно, когда об этом вполголоса проговариваются твои письма <...> Старайся уже и сейчас, несмотря на недосуг, набрасывать что-нибудь в прозе... Из письма Б. Пастернака

Во второй, Тураханской ссылке Аля писала стихи, о которых мало кто знает и которые были для неё больше чем само творчество:

Все бы ничего, если бы не пожизненно бедная моя жизнь. И вот эти стихи для меня — какое-то свидетельство того, как человек вытаскивает себя из отчаяния..."

В трёхтомнике "История жизни, история души", составленном Руфью Вальбе, они наконец-то опубликованы. Жаль, что я ещё трёхтомник не читала...

В тайге прохладной Ребячей радостью, Ребячей сладостью Встречают ягоды.

Черничные заросли, Брусничные россыпи. Мол, живите до старости, Мол, ешьте досыта! Мол, кушайте, други! Мол, счастливы будьте! Мол, только пригубьте! Мол, не обессудьте!

Не хочу вас, заросли! Не желаю, россыпи! Не хочу — до старости! Не желаю — досыта!

Мне б яблочка российского разок куснуть, В том доме, где я выросла, разок уснуть!

Люблю Алю!

Не отпускают меня они - мама и дочка. Много думаю, додумываю, домысливаю, представляю.

Вообще Марина Цветаева уникальна еще и тем, что воспитала двух детей. Какой гений-творец сделал это еще? Толстые-Достоевские не в счет, они ведь своими детьми не очень занимались, а здесь - день за днем, неразлучные существа. И какую бы счастливую (наверняка!) жизнь могла бы прожить Аля, воспитанная именно такой, если бы не жуткие внешние обстоятельства. Не знаю, была ли бы она настолько же гениальна, насколько ее мать. Возможно, в живописи, в которой делала такие успехи? Но то, что Цветаева наделила ее лучшими возможными качествами - совершенно точно. Крепость духа, открытость, стойкость, умение видеть и чувствовать, созидательность, оптимизм, чувство юмора - в ней все это было. Если б не было, не перетерпела бы наверняка.

Поэтому Аля достойна любви и сама по себе. Даже не принимая во внимание гениальность матери. Переписка ее с Пастернаком - отдельное художественное произведение. Печальное, тревожащее, красивое очень, душевное. Лучшее, что я читала в этом жанре.

Воспоминания о матери, конечно же, снова лучшее - из того, что написано о Марине Ивановне вообще. Ведь совершенно точно - никто не знал ее лучше дочери и, может быть, мужа. И потому что дочь помнила многое, и потому что описала все с любовью, и потому что дочь обладала даром слова и слога и читаем мы не сухую биографию, а живой рассказ.

Грустно расставаться. Люблю обеих, Алю особенно. Мариной восхищаюсь и жалею, Алю люблю.