Интриги и казни (комплект из 2 книг)

Петр Васильевич Полежаев прославился как автор цикла романов "Интриги и казни" из истории XVIII столетия, в котором рассказывается о трагической борьбе за трон Российской империи. В первую книгу включены романы "Престол и монастырь" - о подавлении стрелецкого бунта и "Царевич Алексей Петрович", продолжающий тему борьбы бояр против Петра I.Во вторую книгу включены романы, завершающие эпопею "Интриги и казни" из истории XVIII столетия. В романе "Фавор и опала" рассказано о недолгом царствовании Пе...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,0

1 оценка

5
0%
4
100%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 1Хотят прочитать 1

Рецензии

PrekrasnayaNeznakomka
14 июня 2014
Данный цикл правильней было бы назвать "Идеалисты и реалисты". Идеалистам здесь всегда отводится роль жертв, а вот реалистам, то есть людям, прекрасно ориентирующимся в окружающей обстановке, ценящим то, что имеют, и упорным в достижении поставленной цели - роль палачей, либо помощников палачей, либо помалкивающих свидетелей чужого палачества, либо, в крайнем случае, жертв других палачей, но это когда они. почивая на лаврах, утрачивают чувство реальности.
А других вариантов у автора нет.
Поскольку его история - это не история:
-сильных исторических личностей,
-взаимодействия сильных исторических личностей и народа,
-народа, живущего в ту или иную историческую эпоху,
-самой эпохи в её разнообразных и во многом сложных проявлениях.
А история маленьких трагедий отдельных лиц, раздавленных железной пятой эпохи, причём вне всякой зависимости от эпохи.
И вот этот-то фактор непременно надо учитывать. когда читаешь подробные и довольно толковые, в общем-то описания тех или иных событий.
Вместе с тем Полежаев обращает внимание читателя на интересные моменты, историками часто упускаемые:
"Престол и монастырь"
Причиной бунта стрельцов стали не столько интриги Милославских (хотя и без них не обошлось - кто же спорит), сколько постепенный закат их когда-то былого могущества. Уходили в небытие их привилегии жёстко, окончательно и бесповоротно. И государство рано или поздно прибрало бы их к рукам. Чем собственно и занялось ещё при Софье - вспомним о тщательном выпиливании предводителя стрельцов Хованского.
"Царевич Алексей Петрович"
При всей своей попытке дать реквием по Созерцательной Допетровской Руси, Которую Мы Потеряли и Алексею как её представителю имеется какое-никакое, но понимание: возврата к старому нет, ибо в мировоззрение людей было внесено много нового, и с этим ничего нельзя было бы поделать, а самого правителя-созерцателя страна просто пережевала бы, а потом выплюнула его несчастные косточки.
"Фавор и опала"
После смерти Петра ввиду отсутствия способного править наследника правила бюрократия. Бюрократия. надо сказать, нисколько Петру не оппозиционная и даже наоборот по-своему талантливая. Тот же Меншиков. Тот же Остерман, заключивший очень выгодный Ништадский мир... Однако в отсутствии ярко выраженного лидера и общей идеи между ними начался срач из-за государственной кормушки. В результате получилось... что получилось.
"Лопухинское дело"
В эпоху дворцовых переворотов, когда царские головы летели только так, подозрительность правителей, естественно. росла. Репрессивный аппарат - креп. А вот репрессии, соответственно, увеличивались. Такой подход давал крупный козырь в руки тому, кто желал воспользоваться ситуацией, сведя счёты либо получив денежный или карьерный профит.
Был ли у полежаевских идеалистов-жертв другой путь? Вероятно, был. Например, работать. Не лезть, куда не просят. Не чирикать, попав в дерьмо. Но всё пошло так. как пошло. А кто прав, кто виноват - это пусть решит читатель.
Читать далее
5 понравилось
0
380