Диалоги с Иосифом Бродским

"Вот это вот нужно читать, а не все то," - написала я подруге, начав слушать диалоги с Бродским. А потом отправила еще одно сообщение вдогонку: "Вот это и то, что написали те, о ком здесь идет речь". Сама, конечно, взялась за детектив после. Но все мы слабы духом в каких-то вопросах.

А вообще отличная книга. Из тех, которые стоит прочесть, чтобы понимать суть эпохи. Конечно, Бродский где-то лукавит. Хотя... Возможно, это просто точка зрения спустя годы.

Для меня самым большим открытием была глава о бегстве из СССР балетного танцовщика, драма его расставания с женой. Прямо до слез. Конечно, не оставили без эмоций и главы об Ахматовой (особенно та часть, где речь идет о ее отношениях с сыном и о похоронах Анны Андреевны) и Цветаевой. Сразу захотелось схватить книги и читать, читать запоем. Только не в метро. И не с перерывами каждые пять минут на звонки. То есть никогда?

А еще увидела Италию глазами Бродского, и так захотела в нее, зимнюю. Правда, и весенней буду рада через два месяца, но все же....

Отличная книга. Настоящая. Из тех, что надолго.

Первый опыт чтения интервью, перенесенного в большой книжный формат.

При последовательном чтении глав издания сложилось впечатление, что опрашивал Волков Бродского не в той же последовательности, в какой они представлены. Некоторые ответы поэта, его отсылки к другим частям беседы или слова "мы еще вернемся к этому" указывают на данный факт. Мне кажется, это говорит о том, что: во-первых, Волков, как составитель и первый редактор издания, перетасовывал расшифрованные интервью, подчиняя их расположение своей авторской мысли и ранее задуманному тематическому плану расстановки акцентов на основных линиях жизни поэта; а во-вторых, это просто является следствием того, как сложно было расплетать клубок знакомств и встреч в жизни гениального человека.

Не стоит забывать, что существует критика волковских изданий "интервью на магнитофон". После его магнитофонной беседы с Шостаковичем появились первые опровержения слов интервьюируемого от хорошо знавших его друзей. Появляется вопрос — насколько сильно Волков подвергает редакции слова своих собеседников? Что он еще убирал из слов Бродского, помимо его вечных "да?" в конце предложений. Из-за невозможности сравнить печатную версию интервью с её магнитофонной записью, критики советуют информацию из интервью подвергать критическому осмыслению.
Сквозь мнения Бродского о других явственно просматривается его личность, и иногда за этим не видно и другого. Хотя Бродский активно настаивает на неважности его биографии в его, как поэта, жизни, но мы то знаем, он закрыл свой архив, на 50 лет. Незадолго до смерти Бродский написал письмо в отдел рукописей Российской национальной библиотеки в Петербурге,где хранится, в основном, архив поэта до 1972 года, в котором попросил закрыть на 50 лет доступ к его дневникам, письмам и семейным документам. Что-то там есть такое, что является большим, чем его нежелание "драматизировать свою судьбу", как он говорил Волкову. Кстати, срок запрета истечет в 2045 году.
Интересно и то, как он отвечает на вопросы Волкова о людях в своей Нью-Йоркской жизни и называя поименно своих приятелей, обходит того же Довлатова и круг людей, которые были с ним близки. Видно, что Бродский в своей гордыне активно причисляет себя к сильнейшим гениям своего времени и всячески подчеркивает то, как панибратски он общался с Оденом, Исайей Берлином, Ахматовой, Барышниковым (называя его "Мишей"). При этом, во всех других моментах лукавит, яростно вычеркивая себя из списка "великих поэтов" или великих деятелей эпохи.
Много интересных наблюдений и мыслей дарит слушателю Бродский. Все таки у него, как у умного и гениального человека, свой особенный взгляд на культуру и историю, с которым не мешает ознакомиться для расширения своих границ и представлений. Ценную мысль кристаллизовал поэт: большинство главных русских гениев культуры жили и творили за границей своей великой страны — Герцен, Тургенев, Баратынский, Гоголь, Горький, Куприн, Шаляпин, Стравинский, Рахманинов, Шостакович, Шагал, Кандинский, Барышников, Дягилев, Нуриев, Баланчин, Бунин, Набоков, Солженицын, Довлатов, Газданов, Адамович, Бродский.. Список более чем внушительный. И хотя многие из них уезжали по разным причинам и на разное время, кто-то навсегда, а кто-то лишь в конце жизни, результат был один — русскому гению спокойней живется в отрыве от своей Родины, а русская культура от этого не теряет, а лишь приобретает. Как, впрочем, и другие культуры. И Бродский старается обдумать, почему же так складывалось. При этом
Бродский не касается политики.
Бродский не говорит о своих врагах.
Бродский старается не говорить о себе, но что есть воспоминания твоей жизни как не ты сам.

Есть много разных книг о Бродском. Есть большая книга интервью, весьма любопытные воспоминания Людмилы Штерн, и так далее..
Но именно эта книга дает развернутое представление о том, что Бродский думает, какие у него взгляды.
А временами, ощущение, что нет, это Бродский мне говорит, не Волкову, на мои вопросы отвечает.
Думаю, если и можно найти книгу, дающую эффект присутствия, максимально приближенный к документальному фильму "Прогулки с Бродским" в Венеции, насколько это возможно, то это именно эта книга.

«Способность видеть смысл там, где его, по всей видимости, нет — профессиональная черта поэта»
⠀
Соломон Волков, «Диалоги с Иосифом Бродским»
Conversations with Joseph Brodsky, 1998.
Издательство ЭКСМО, 2013. — 448 стр.
Оценка: 5 из 5
⠀
Быть поэтом равносильно выворачиванию своего нутра на публике, откровению посреди не понимающих тебя людей, тяжкому труду и мукам творчества, поиска того самого, что ты хочешь и должен высказать. И Бродский задал тот уровень высказывания, которое тебя поднимает до высочайшего в литературе, в области "изящной словесности". Если поэзия есть "сливки" в литературе, то Иосиф смог задать высочайшую планку читателю.
⠀
Жанр "диалога" не так распространён в русскоязычной среде, как в западной литературе, и я благодарен Соломону Волкову, который не только написал книги по культуре Петербурга и другие свои исследовательские работы, но создал повод для появления "диалогов" с замечательными людьми. Читать этот сборник бесед с гениальным и таким близким здесь Иосифом стало сущим наслаждением и пиром в литературном и эстетическом плане.
⠀
«Всякий раз, когда истина вам преподносится, вы либо от неё отмахиваетесь, либо начинаете поэта, преподносящего вам эту истину, ненавидеть. Либо, что ещё хуже, вы обрушиваете на него золотой дождь наград и стараетесь его забыть»
⠀
Иронично, откровенно, критично и с небывалым размахом душевности и самоанализа рассказывает поэт о себе, о времени, о прошлом и настоящем в этих «Диалогах». Школа, фабрика, работа в морге, геологические экспедиции, суд, поселение в деревне в далёкой северной глуши, батрачество, возвращение и переводы... Фактологическая канва жизни Бродского проходит здесь лишь как повод для разговора, размышлений о писательстве, о поэзии, о высказывании своего личного видения мира и вещей. С поэтом иначе нельзя — метафизическое для него важнее и существеннее видимой истории и физической составляющей.
⠀
«Поэзия есть искусство метафизическое по определению, ибо самый материал её — язык — метафизичен. Разница между метафизиками и неметафизиками в поэзии — это разница между теми, кто понимает, что такое язык (и откуда у языка, так сказать, ноги растут), и теми, кто не очень про это догадываются»
⠀
Жизнь Бродского можно условно разделить на "до эмиграции" и "после". Неким апофеозом можно называть Нобелевскую премию по литературе в 1987 г., но поэт не любил шума (эти события внесли больше хаоса в его жизнь, чего он не любил). И что меня больше всего поразило в близком знакомстве с этим удивительным человеком, так это его чувство языка, тонкость данного ему чутья! С каким интересом читаются главы о поэтах Элиоте, Одене и Фросте! Какой предельной откровенностью и душевностью проникнуты две главы, посвящённые общению с Анной Андреевной Ахматовой! Бродский много вспоминает всего неприятного, связанного с СССР, КГБ, заключением, но это не рассказы обиженного человека, здесь полно иронии и сарказма. Так же дело обстоит и с неприятными ему людьми (например, общение с поэтом Евтушенко, которого он называет "Евтух"). Тем и ценны эти встречи — биографией из первых уст, напрямую. И я жалею только о том, что эти "диалоги" уже закончились, что их невозможно возобновить, но поэт живёт в своих стихах, это самая что ни на есть биография поэта.
⠀
«У поэта перед обществом есть только одна обязанность, а именно: писать хорошо. То есть обязанность эта — по отношению к языку. На самом деле поэт — слуга языка. Он и слуга языка, и хранитель его, и двигатель»
⠀
«Советская власть торжествовала во всех областях, за исключением одной — речи»
⠀
Мода на Бродского сегодня в кино, в музыке, в нашем пространстве, думаю, не особо понравилась бы ему самому. (Возможно, это даже несколько принижает поэта, стихи которого невозможно просто оценить, прочитав пару строчек про комнату, которую не следует покидать). Для меня Бродский — это и есть эпоха и язык, неразрывно друг с другом связанные. И я считаю такие книги о нём бесценными.
⠀
Очень советую «Диалоги с Иосифом Бродским» всем ценителям языка и русской литературы, вообще литературы как явления культуры и нашей с вами жизни.
⠀
«Нет ничего бездарней, чем рассматривать творчество как результат жизни, тех или иных обстоятельств. Поэт сочиняет из-за языка, а не из-за того, что "она ушла". У материала, которым поэт пользуется, своя собственная история — он, материал, если хотите, и есть история. <...> Биография, повторяю, ни черта не объясняет»

Ценность книги в том,что она построена в формате интервью с Бродским. Все мы знаем что интервью в журналистике — один из жанров в форме разговора журналиста с социально значимой личностью по актуальным вопросам. Можно ли по этому диалогу построить портрет Иосифа Бродского? Не думаю,но сделать определенные выводы о его личности - да.

Говорят,что Волков грешит выдуманным диалогами и деталями.Но доказано это  не было ,как и не была предъявлена запись с голосом Бродского.
К тому же Бродский крайне болезненно относился к изучению его биографии.Опасался,что интерес к его поэзии подменится интересом к личным аспектам жизни и стихи будут казаться плоским вариантом автобиографии.

Книга для меня была интересной,но не простой. Бродский говорил:

Так и чтение "Диалогов" требует определенной осведомленности в истории страны и представление о людях которые обсуждались в интервью.
Как вы понимаете эта не книга которую можно прочесть на одном дыхании

Я не заметила пафоса в диалогах с Бродским. Человек определенного таланта при обсуждении темы своего творчества ( в котором он разбирается и добился успеха) может позволить себе определенные высказывания.

В 1978 году Соломон Волков, так же как и Иосиф Бродский, эмигрировавший в США, начинает посещать вольнослушателем лекции Иосифа Бродского в Колумбийском университете, в которых он рассказывает о своих любимых поэтах: Цветаевой, Ахматовой, Роберте Фросте, У. Х. Одене. Так возникает идея книги в форме диалогов.

Именно размышления об этих поэтах и становятся главной темой книги, хотя здесь найдется достаточно много и биографической информации. Вот чего диалоги совершенно не касаются, так это личной жизни и семьи Бродского, темы, которую по-видимому намеренно избегали. Сам Бродский в диалогах высказывает свою точку зрения о том, что творчество поэта должно рассматриваться отдельно от его личности и биографии, восприниматься как совершенно самостоятельное произведение.

Какое же это неоценимое сокровище, разговоры с таким великим человеком, записанные на пленку и воспроизведенные в книгах! Ведь можно надеяться, что в этом случае информация максимально достоверна, не искажена неправильным пониманием или догадками автора. Также хочется подчеркнуть, что это полноценные диалоги, а не обычное интервью: Соломон Волков здесь полноценный собеседник, который хорошо знаком со многими личностями, о которых говорит Бродский, высказывает свое мнение и позицию, которые иногда даже противоположны мнению Бродского.

Итак, разговоры начинаются именно с автобиографии: детство и учеба. Ну кто бы мог подумать, что Нобелевским лауреатом по литературе будет мальчик, не закончивший и восьмого класса, который в 15 лет пошел работать фрезеровщиком, а потом работавший в морге и котельной?! Большое внимание уделяется жизни в Петербурге, особому значению в влиянию Петербурга на развитие творческой молодежи. Из автобиографического также обсуждается «процесс Бродского», ссылка на Север и эмиграция в США, жизнь в Нью-Йорке и даже кулинарные предпочтения (Бродский очень любил китайскую кухню, которую готовят именно в США). Этот человек побывал и в тюрьме, и в психушке, причем первую однозначно предпочитает второй.

Когда же начинается обсуждение поэзии, а именно Фроста и Одена, то мне стало как-то некомфортно, ведь об этих английских поэтах я слышала в первый раз, тогда как Бродский выделяет их как величайших поэтов. К моему облегчению, Бродский сам и признает, что у нас действительно мало известны эти поэты и настаивает, что прочитаны они должны быть именно на языке оригинала, ведь ничто перевод не меняет так сильно, как стихи. Из русских поэтов для Бродского на первом месте несомненно стоит Цветаева, уважает он Ахматову, Мандельштама, Пастернака, а вот Тютчеву любви Бродского досталось куда меньше.

Очень неожиданно от поэта было увидеть вот такую цитату, такую простую и такую важную:

Думаю Бродский своими рассуждениями вызвал именно те чувства, которые и хотел! Читать новых и перечитывать так хорошо знакомых старых поэтов! Ну и, конечно, стихи самого Бродского!

Иосиф Бродский неоднозначная личность, неоднозначный поэт – его поэтическое сознание балансирует, как и его стихотворения на грани. По большому счету он отвергает принятые общественностью нормы, дискредитирует их в своих лирических произведениях.
Иосиф Бродский воспринимал свою лирику самодостаточной и не нуждающейся в объяснениях критиков. Много высказывался на этот счет, подчас весьма ядовито. Под конец своего жизненного пути, Иосиф Александрович стал допускать необходимость комментария для «молодых читателей». Стихи создаются в истории, и многие явно или скрыто присутствующие в тексте исторические реалии со временем неизбежно начинают нуждаться в пояснении.
Отношение Бродского к таким известным поэтическим личностям как А. С. Пушкин, О. Мандельштам, А. Ахматова, Евтушенко, С. Симонов и др. неоднозначно, и часто не совпадает с установочным и нарочито принятым в обществе, что и подтверждает существование самого Бродского как отдельного поэта, вне времени и вне какого-либо течения.
Бродский сам себя на разных этапах своего творчества характеризует по-разному, например, как автора «Остановки в пустыне» - «человек с ещё какими-то нормальными сантиментами, который расстраивается по поводу потери, радуется по поводу внутреннего открытия…»; и Бродского теперешнего, у которого нет теперь «ни тех сантиментов, ни той открытости, ни тех локальных решений…»
Рассуждения о добре и зле в поэзии, о том, что есть самое главное зло, которого поэт всячески старался избегать – предсказуемости. И что эта предсказуемость и является одним из главных условий поэтического творчества, однако Бродский действительно избегает её, смешивая возвышенное с низким бытийным, где грубость обыденного мира обрамляется в красочную поэтическую форму «лирики Бродского».