Любовь

Сразу скажу, что читала и оценивала книгу с позиции агностика обыкновенного, для которого Бог - явление очень абстрактное: может быть, Он и есть, но, поскольку прикоснуться к Нему невозможно, а другие подтверждения Его присутствия в моей жизни очень и очень условные и относительные, утверждать это, как и отрицать Его существование, я не берусь. Поэтому все, что автор говорит относительно любви именно к Богу, для меня практически китайская грамота. Но вот рассуждения Льюиса о Любви-даре и Любви-нужде, о привязанности, дружбе и влюбленности довольно интересны. И понятны, потому что речь идет об обычных отношениях между людьми. И взгляды автора на эти самые отношения мне близки, я согласна с ними. Даже с рассуждениями о разных видах удовольствия или о важности "духа" и "настроения" для любителей природы. Кстати, тут несколько позабавило, что понятие любви к природе особенно важно для англичан и русских - я всегда думала, что способность наслаждаться абсолютно любыми видами природы не зависит от национальности - только от состояния души. Как бы там ни было, эссе чего-то сильно нового мне не открыло - я просто познакомилась с некоторыми взглядами Клайва Стейплза Льюиса как убежденного христианина, и в целом это было довольно интересно.

Для кого эта книга? Для всех. Fin.

P. S. Отдельно хотелось бы сказать о главе "Дружба". Есть у меня кореш - атеист-материалист-рационалист. Но в общем-то неплохой человек. Так вот он регулярно листает всякие статейки типа "наука объяснила то-то, наука расписала то-то". И зачитывается литературой по личностному росту - всякие эти суперэффективности, тайм-менеджменты и прочая каллиграфия, простому человеку чуждая и далекая. Так вот его там учат, будто бы дружба есть некое подобие рыночных отношений - есть две стороны, есть взаимная выгода, есть "товар", псё. И он вроде как умом это принимает, а нутром - уж я надуюсь - нет. Человек он далеко не глупый, аморальности в нем не больше, чем у остальных. К чему я это? Да к тому, что сегодня институт дружбы находится под непрерывным огнем со стороны "просвещенного человечества", и тексты вроде Льюисовской "Дружбы" сегодня нужны более, чем когда-либо. Особенно если учесть, что чем выше уровень "толерантности" общества, тем выше вероятность, что множество случаев зарождающейся дружбы свернут не туда и выродятся в противоестественные половые союзы.

P. P. S. Глава о патриотизме полнится мыслями, которые я с месяц назад встречал в "Пути духовного обновления" И. А. Ильина. Это очень, очень занятно. Надо бы проверить для полной убежденности, но, кажется, оба автора использую в качестве подтверждения своей позиции один и тот же отрывок из Евангелия.

P. P. P. S. Льюис в первый раз на моей памяти упоминает в тексте Честертона. Учитывая то, что сегодня в мире литературы они воспринимаются буквально как братья (а кого еще мы вспомним в первую очередь, говоря о религиозных писателях Англии?), это премило.

P. P. P. P. S. В качестве вердикта. Отличное, тонкое, острое рассуждение. Книга из тех, что, так сказать, расставляют все по полочкам. От К. С. иного ожидать и не приходится.

У К.С. Льюиса читала только "Хроники Нарнии", в которых есть, но не сильно режет глаза, религиозный подтекст. В принципе не знакома с идеологией автора, отношусь к его творчеству положительно. Писатель в своих рассуждениях о жизни, любви, поведении людей проявляет себя как гуманист, христианин и философ.

Христианин согласится, что наше духовное здоровье прямо пропорционально нашей любви к Богу; а эта любовь по самой своей природе состоит целиком или почти целиком из любви-нужды. Понять это нетрудно, когда мы просим простить наши грехи или поддержать нас в испытаниях.

Нейтральна к его мнению, но текст сильно пестрит религиозным посылом. Местами автор в своих рассуждениях заходит в какие-то глубины, о которых даже не думаешь.

Образ этот хорош тем, что сразу вводит нас в центр парадокса. Дети любят мать любовью-нуждой, но и материнская любовь – нужда, мать в ней нуждается. Если она не родит, она умрет, если не покормит – заболеет. Ее любовь – нужда, но нуждается она в том, чтобы в ней нуждались. К этому мы еще вернемся.

На каждую мысль автора наваливается ком других идей. Это запутывает, поскольку забываешь о чём изначально говорил писатель, куда ведёт. Например, в главе про дружбу вы найдёте что-то вроде этого:

Толпа никогда не бывает совершенно права, не бывает она и совершенно не права. Совсем неверно, что люди вступают в дружбу только спеси ради. Но спесь действительно угрожает всякой дружбе. Самая духовная любовь подвержена духовной опасности. Если хотите, дружба уподобляет нас ангелам; но для того, чтобы вкушать ангельский хлеб, человеку нужен тройной покров смирения.

Есть предложения, которые можно просто выкинуть. Зачем уточнять то, чего не будет в труде, будто мы не можем прочесть и убедиться сами? От этого возникает впечатление, что текст искусственно растянут.

Очертим поле действия. Мы не будем вдаваться здесь в тонкости международного права. Когда патриотизм становится бесом, он, естественно, плодит и множит зло.

Автор заостряет внимание на том, о чём, по его мнению, должны задуматься люди, поднимает темы милосердия, привязанности, дружбы, влюбленности, проблемы добра и зла. А ещё вводит категорию любви к тому "что ниже человека". В тексте очень много того, что нужно принимать на веру как в каком-то богословском учебнике.

Природа не учит. Истинная философия может иногда использовать то, что дала природа; но урока философии природа не даст. Природа не подтвердит никаких философских выкладок; она поможет понять и показать, что они значат.И не случайно. Красота тварного мира естественно дает нам, отражая, красоту нетварного.

Язык плавный, но будто поучающий. В те времена, когда издавались книги К.С. Льюиса, это творение было более актуально. Уж не говоря о том, сколько раз автор обращается к идеям Священного Писания.

Когда я говорю «облекать», я совсем не имею в виду метафоры и тому подобное. Дело в другом: многие, в том числе и я, не учились у природы богословию. Природа не учила меня тому, что есть Всемогущий Бог и Слава Божья. Я поверил в это иначе. Но природа показала мне, что такое «слава», и я не знаю до сих пор, где бы еще я мог это увидеть. Я представлял бы себе «страх Божий» очень грубо и просто, если бы не испытал истинного страха в горах или в лесу.

Впечатления после прочтения двоякие. Книга написана красивым грамотным языком, но большая часть текста у меня вызывала лишь недоумение. В работе есть рациональное зерно, местами много психологии, умных мыслей. Но для автора вера стоит в основе всего в жизни. И естественно, истинная чистая любовь для него только одна. В чём мы с ним однозначно расходимся. Но, если вы не любите философию или не особо религиозны, лучше не стоит. Думаю, что по приведённым в рецензии цитатам вы сможете понять, нужно ли оно вам. Книга короткая, читается быстро. Содержание зацепит глубоко верующих людей. Если вас не смущает дидактизм, и вы хотите узнать больше о взглядах писателя, почитать можно.

Мечта о том, что цель наша — рай земной любви, заведомо неверна; или же неверна вся христианская жизнь. Мы созданы для Бога. Те, кого мы любим в этой жизни, потому и пробудили в нас любовь, что мы увидели в них отблеск Его красоты, доброты и мудрости. Я говорю не о том, что нам предстоит отвернуться от близких и обратить взор к незнакомцу. Когда мы увидим Бога, мы узнаем Его и поймем, что Он присутствовал во, всех проявлениях чистой любви. Все, что было истинного в наших земных связях, принадлежало Ему больше, чем нам, а нам — лишь в той мере, в какой принадлежало Ему. На небе нам не захочется и не понадобится покидать тех, кого мы любим. Мы обретем их всех в Нем и, любя Его, полюбим их больше, чем теперь.