СПОЙЛЕРЫ!
https://s7.wampi.ru/2018/08/20/a_6856dbc4.jpg">
Я сделал всё и всё оставил, В моей игре почти нет правил, И мой герой не держит строй И лезет на рожон... (с)
Революционная книга, как часто это утверждалось. Ан нет, этого качества для меня в ней ни на грош. Хотя в свое время было популярным раздувать вокруг этого творения Войнич ненужный революционный огонь. Эта книга о разных аспектах людских отношений и о жизненном пути человека, о выборе и о любви.
Тысячи раз до меня задавались вопросом, кто же неправ в истории отца и сына? На мой взгляд, оба. Повзрослев, увидев прочитанное новыми глазами, я поняла для себя одну вещь – ну нельзя, невозможно предать свое дитя. И душа моя полна негодования, когда перед моими глазами проходят сцены, где в темной камере сын просил отца, кричал ему в след: «Вернитесь, падре, я не вынесу!» Но падре не вернулся, он ушел подписать приговор своему ребенку. Да, так правильнее, так спокойнее, так его вера будет удовлетворена. Я не вижу в воззрениях Монтанелли истинной веры, ибо убить сына, предать военно-полевому суду, это еще одно предательство, это насилие, которого так боялся священнослужитель. Боялся, но совершил его в отношении своего сына. Ах, да... правильный падре не хотел разрушить свою веру, уйти из лона святой церкви, предать возложенную на него миссию. Но не предал ли он все свои убеждения, когда тридцать лет назад нарушил обет безбрачия? Не предал ли он свою веру, когда сын рос во лжи? Как жилось тебе, Монтанелли, когда ты считал, что твой сын утопился? Нелегко? И вот спустя долгих тринадцать лет сему сеньору дарована возможность всё исправить. Ребенок жив и он просит любви, просит поддержки, хоть вокруг него как шипы его острые, злые слова и непримиримость. Но шанс все исправить так и остался неиспользованным. Никогда не пойму, зачем на этот свет рожать детей, если ты потом не можешь дать им любви, поддержки, теплоты, если не можешь укрыть их от вьюг и зим? Да, Артур требовал многого, но надо было мир перевернуть, но освободить его, придумать что-нибудь, помочь своему сыну, и наконец-то проявить отцовскую любовь на деле, а не в пафосных словах... И еще ведь твой сын верил в тебя, как в честного человека, образец для подражания, на кого нужно равняться. Но оказалось и здесь ложь, в итоге впечатлительный мальчик отказался от веры, ведь сеньор Монтанелли врал ему. Можно бесконечно расписывать эту тему и негодовать, но проще признать тот факт, что Монтанелли просто недостаточно любил Артура. Слова, слова, пустозвонство, наносное и не более.
Недолюбленный, одинокий, покрывшейся броней цинизма, надевший маску, бросающий колкие и едкие фразы, прошедший через тяжкие испытания. Овод, Артур, Феличе... Изменившийся, ожесточившийся, но все так же ждущий в своем сердце любви, настоящей, искренней. Стоит только вспомнить его письмо к Джемме, как он поцеловал ее руку, как он бледнел при виде его любимого (все еще любимого) падре. Вот чего стоит быть настолько чистым, открытым, верящим в идеалы, в порядочность людей в девятнадцать. А потом раз... и в один день все разрушено. Джемма, которая даже не захотела выслушать, проще ударить по лицу, все разрушив этим, как будто мы живем сто раз на свете и потом это можно будет исправить. Как часто люди, не желая выслушивать других, губят и свою, и чужую жизнь. Этим грешили и Джемма, и сам Артур. Падре, который лгал, столько лет лгал, продолжая заниматься тем же, ведь тайна была скрыта, казалось довольно надежно, а объяснения – это отдельные сложности. Так что требовать от юноши, когда в раз все рухнуло в его жизни? Да, да, сбежать, далеко, отомстить всем, и сделав еще больнее этим самому себе. Смог бы Артур спустя такой долгий промежуток времени простить своих любимых, таких нужных ему людей? Я думаю смог. В его прощальном письме Джемма снова превратилась в Джим, а значит преграды из прошлых ошибок разрушены, хоть и возведены новые преграды, которые уже никогда не исправить. Ведь теперь Артур уж действительно умер. И Монтанелли, его предательство тоже могло бы быть прощено, не соверши он нового. Можно, конечно, считать, что максимализм Овода сам привел его к к такому финалу. Но не в ответе ли мы за тех, кого приручили (ассоциации с известной сказкой-притчей)? Не спорю, Овод во многом жесток, требователен, но не заслужил ли он за все эти годы любви? Настоящей любви, что сможет помочь своему ребенку, своему дорогому ребенку, по которому плакалось столько, о котором было столько снов, столько слез пролито. Оказалось, что нет.
Короткая, яркая жизнь, на надрыве, жизнь в постоянных поисках, в постоянной войне с самим собой, с врагом. Жизнь в стремлении быть любимым, что спрятано так глубоко. Быть любимым, искренне, по-настоящему и не только на словах. Но Артур умер, Овод умер. И осталась опустошенность от всего случившегося, пустопорожность всей жизни, всей потускневшей борьбы за идеалы . Суета сует, обычные будни, тяжелые, как жаркий, знойный летний день, что оглушает. И ни капли перемен. Пустота.
Then am I A happy fly, If I live Or if I die. (с)
308 понравилось
