Страж

– О чем ты сейчас думаешь?

– О нас с тобой, – ответил я. – Воображаю, что мы дети. Оставшиеся вдвоем. Одни-одинешеньки. Больше никого не осталось.

– Но ведь мы не были знакомы, когда были детьми?

– Может, не были, а может, и были. Откуда нам знать? Любящие друг друга всегда находят какой-то способ соединиться, и необязательно в этой жизни.

– А с каких пор ты начал... Мы были очень влюблены друг в друга? – Она прижалась ко мне теснее.

– Может быть, были. А может, нас связывало нечто другое. Скажем, родственные узы.

– Это было бы тоже прекрасно. Мне бы хотелось в такое поверить. Так утешительно было бы думать, что на самом деле никого не дано потерять.

Она допила виски. С изумлением я обнаружил, что мне ужасно не хочется, чтобы она ушла. Я начал подыскивать тему для разговора, которая могла бы заставить ее остаться, но беседа наша вдруг совершенно иссякла. В течение, как показалось мне, долгого времени никто из нас не произнес ни слова. Мы сидели и молча глядели поверх стола друг на друга.

– Вы очень странно смотрите на собеседника; вам об этом уже говорили? – сказала она наконец, и голос ее прозвучал хоть и громко, но неуверенно. – Вы его словно бы не видите.

– Да я с вас глаз не свожу.