Всякий вполне реально воспринимал, например, тёплые цвета, холодные цвета, жёсткие цвета. Это значит, что в данном восприятии (мы его должны назвать мифическим) теплота и холод воспринимаются зрением, они видимы. Почему это не есть самая реальная видимость и мы должны считать это метафизикой? Я могу слышать (и всякий слышал) сталь, ибо кто же не знает стального голоса или серебристого голоса? Напрасно теоретики музыки говорят только о высоте звука. Звуки не только высоки, но и тонки, толсты, а греки говорили прямо об острых и тяжёлых звуках. Далее, звуки несомненно бывают большого объёма и малого объёма, густые прозрачные, светлые, тёмные, сладкие, терпкие, мягкие, упругие и т.д. По-моему зрением можно воспринимать мягкость и нежность, вес и вкус вещи. И от этого ни зрение, ни вкус не становятся метафизическими, хотя они несомненно получают тут мифологическое значение.