Под пурпурными стягами

Слышали ли вы фразу «Чтоб жили вы в интересные времена!»? Уверена, что наверняка и не раз. Кому её только не приписывают: то древнему китайскому мыслителю и философу Конфуцию, то министру иностранных дел Великобритании 20-х годов прошлого века сэру Остину Чемберлену, а то и его отцу, влиятельному политику Джозефу Чемберлену. Даже Терри Пратчетта не обошли с его романом из цикла о вселенной Плоского мира «Интересные времена». Между тем не столь важно её происхождение, чем скрытый в ней смысл, который на любых языках мира звучит как проклятие. Ведь что чаще всего ассоциируется у нас с неспокойным временем/переменами? Реформы, война, экономический кризис, безработица, голод, рост преступности, вынужденный риск, депрессия и т.д. Перечисленное, в сущности говоря, составляет неотъемлемую часть жизни. Разница в том, что при тех или иных обстоятельствах подобное протекает быстрее и менее безболезненно, кто-то может никогда с этим не столкнуться (но при этом не может об этом не знать), а для кого-то оно превращается в норму... Взять, например, Лао Шэ. Он-то, действительно, родился и жил в интересные времена!

«Под пурпурными стягами» - это семейно-исторический и отчасти автобиографичный роман Лао Шэ, в основе которого лежит пекинское общество на закате Цинской империи, управлявшейся маньчжурской династией, - последней империи, включавшей весь Китай, на смену которой пришла Китайская республика. Несмотря на то, что в книге описывается повседневная жизнь людей того времени (1898-1899 годы) от лавочников и духовных лиц до представителей знати, её главными героями становятся члены семьи писателя, принадлежавшие к Восьмизнамённой армии - маньчжурским военным, которые познали лишения бедности, ужас падения личности и искажения народных обычаев. Отсюда и название романа, которое в дословном переводе означает «Истинно красное знамя».

Изображение «正紅旗» / Истинно красного знамени (флага)

Роман не завершён. По некоторым источникам Лао Шэ прекратил над ним работать в 1962 году, оставив 11 глав, в которых успел рассказать лишь о своём собственном рождении в преддверии Праздника весны (иначе говоря, Китайского Нового года). Тем не менее это нисколько не умаляет его гениальности. За яркое жизнеописание быта вкупе с иронией и просветительской мыслью его по праву можно сравнить с работами Ч. Диккенса и Ф.М. Достоевского. Каждый персонаж, а в книге их не мало, раскрыт мастерски: нежный и честный отец, бережливая и простая мать, резкая и высокомерная тётя, старший зять, упрямый и ведущий праздную (какую он мог её себе позволить) жизнь, как и его отец, покорная старшая сестра (тогда в порядке вещей было думать, что «материнская семья обязана помогать замужней дочери, потому что дочь вроде как бы товар с наценкой»), завистливая и неразумная свекровь, консервативных взглядов старик-лавочник, неопытный и хитрый американский пастор, страдающий чревоугодием... Когда-то все они принадлежали к своему миру, отличающемуся происхождением, культурными традициями, семейными устоями и положению в обществе. Знаменные маньчжуры дорожили своей свободой, дававшей им возможность делать всё, что заблагорассудиться. Они были уверены, что такая жизнь пришла к ним от предков (то есть это их право) и преподнесена как вечный дар, которым они как потомки должны непременно пользоваться. Стать ремесленником для знаменного маньчжура означало начисто потерять чувство самоуважения, приблизить себя к китайскому народу. Когда же династия Цин распадалась на части, их судьба была одинаково плоха. Непонятно, кто из них главный, поскольку каждая история уникальна, интересна и тесно переплетена с жизнью другого. Возможно, что сам автор в образе младенца? Этого мы уже не узнаем.

Признаюсь, не ожидала, что роман мне понравится, причем настолько, что сейчас я планирую прочесть другие произведения автора. Если вы проходите мимо только потому, что боитесь нагромождения терминологии и тяжело запоминающихся китайских имён, то да, их здесь предостаточно, однако роман читается очень легко и увлекательно, вы их и не заметите.

Незаконченный роман имеет ярко выраженный автобиографический оттенок. Лао Шэ создаёт объймную картину мира в старом Китае, и картина эта не из самых приятных.

Остатки манчжурской знати обнищали и находятся в плену у диких предрассудков («У нас, у знаменных, это не принято! Если можно ничему не учиться, значит, не учись!»). Понятно, что в таком состоянии общество уже не сможет долго просуществовать.

Подобные заявления на фоне растущих долговых обязательств и активного вмешательства иностранцев во внутренние дела страны — самые тревожные симптомы. И длинные списки прозвищ и титулов «вечных чиновников» и «счастливых полководцев» выглядят скорее насмешками над былым величием страны, проматываемым бестолковыми потомками.

Рассказ о событиях первых месяцев жизни автора в ретроспективном ключе добавляет повествованию теплоты и мягкости архивных фотографий. Всё происходящее демонстрируется как бы пожелтевшей от времени фото или кинохроникой, что добавляет атмосфере уюта.

Подобный контраст между теплотой детских воспоминаний и странными и, порой, страшными событиями может показаться очень близким тем, кто родился в самом начале девяностых.

К сожалению, произведение осталось неоконченными и оборвалось как раз тогда, когда закончилась экспозиция и начал развиваться сюжет. К сожалению, мы никогда не узнаем, какую судьбу уготовил Лао Шэ для храброго и задорного Фухая, к чему приведёт сопротивление Шичена и как закончится конфликт лавочника и американского пастора-протестанта.

Однако, даже в таком виде, в романе содержится много интересных деталей из пекинского быта на рубеже веков и изложены эти детали в крайне интересной манере.

Прочитав название, я подумала наверное что-то политическое - идеологическое, но к счастью нет.
Это воспоминания мужчины, о своем детстве, семье, многочисленных родственниках их обычаи, культура.
Мне очень тяжело далось запоминание имен, а тем более их чинов, уж очень специфические слова.Но все же книга мне понравилась, были смешные моменты, забавные случаи. Я искренне сочувствовала сестре главного героя (да-да, имен я совсем не запомнила) та еще ей свекровь попалась, да и муж транжира. Понравилась тетушка с ее любовью к азартным играм и вкусной пищи, своими нравоучениями и спорами со свекровью своей племянницы.
Я очень много для себя узнала о жизни простых китайцев, и не смотря на то что у нас разные менталитет, обычаи, культура, герои не казались мне чужими, и я понимала каждого из них.