Цитаты из книги Избранное

Кто бросает друзей, отходит к врагам.

Солдат руководствуется приказом командиров, а не чувствами... Совесть – это не ваша забота!.. Совесть для солдата прикрытие трусости!

Долг я выполняю, а долги возвращаю

Любовь любви рознь, не всякое чувство способно питать душу

«Только любовь не знает предела... Только любовь приближает нас к богу, к вечности, к блаженству...»

Неведение было мучительно, но оно оставляло место надежде...

Если разведка предохраняет нас от происков врага внешнего, то трибунал призван защищать от врага внутреннего.

Мы-то, мужчины, покрепче будем... а у баб сердце мягкое что масло...

Только твердость в вере спасает человека. Вера – это спасительный мост, перекинутый через пропасть отчаяния, – она связывает мятущуюся душу со всем мирозданием, связывает человека с богом. Только твердость в вере может стать достойным проводником по жизни, начиненной дьявольскими соблазнами...

Хоть бы ты проглотил все книги на свете, не станешь умней...

Никакая наука не в силах убить в человеке бога

Как вы смеете называть себя румыном, если сражаетесь против своих братьев...

Чех. да еще с подмоченной репутацией, берется хлопотать за румына! Это уже само по себе подозрительно...

Государственные интересы превыше интересов отдельного человека...

Но сидеть сложа руки – это тоже смерть, жизнь только в деятельности!..

Да, да... законность жива... а человек мертв...

Дожили... были солдатами, а теперь могильщиками заделались... Ну дела!..

Жалеть изменника – значит потакать измене!..

Цивилизация сохранила с древних времён лишь одну форму отношений - войну. И довела её до такого совершенства, что лицом к лицу сражаются миллионы людей и за один миг можно уничтожить тысячи и тысячи жизней. А благами такой цивилизации пользуются лишь кучка привилегированных семейств, мающихся от скуки и пресыщения. Для полутора же миллиардов остальных людей цивилизация является вечно обновляющейся формой порабощения.

Апостол смотрел в ее широко открытые темные сияющие глаза, от которых, казалось, вся комната наполнялась нестерпимым блеском.