Автобиографии, биографии, мемуары, которые я хочу прочитать
Anastasia246
- 2 080 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Когда я начинал читать эту книгу, то почему-то первая мысль была такая - Симонов пытается оправдаться. Или оправдать. Кого? Что? Ответ искал в дальнейших страницах, и ощущение постепенно таяло. Правда, медленно. И растаяло только тогда, когда повествование зашло уже не о Сталине, а о Жукове и остальных командующих.
Но казалось, ох казалось! Казалось всё-таки, что задумал это своё произведение Симонов только для того, чтобы оправдать какие-то свои поступки в сталинское кроваво-мясорубочное время. А где-то оправдать и самого Сталина, чтобы посредством этого немного обелить и себя. Но обелить от чего? В книге по большому счёту не найти ничего такого постыдного, за которое Симонов мог бы разорвать на себе рубашку и крикнуть "казните, люди добрые". Ну, были разного рода ошибки, были случаи отдельного малодушия, но ничего такого страшного в этой немного автобиографии не нашёл.
И только к концу, когда задумался над таким простым названием "Глазами человека моего поколения" ("Размышления о И.В.Сталине в моём экземпляре не стоит), да заново перечитал предисловие, всё стало на свои места. Книга - это просто объяснение многого, уже забывающегося тем, кто помнит, как всё это было. Кто не просто хочет сказать правду (или почти правду), а кто пытается эту правду ещё и осмыслить. Осмыслить поведение Сталина, его жизнь, его понимание ситуации. Наконец, его значительную роль в развитии литературы. В судьбах литераторов. Рассказать об отдельных эпизодах, которые могли стоить писателям голов, но головы остались-таки на плечах...
Вообще-то читать было очень любопытно. У нас много есть романов и мемуаров о кровавом Иосифе, но поди-ка, поищи что-нибудь, что так раскрывало его участие в литературе! "Важнейшим искусством для нас является кино", - сказал как-то Ленин. Сталин кино не отвергал, но он-то точно понимал значение литературы в самой читающей стране. Разве даром что-ли в его время было столько литературных журналов? Разве даром литературные произведения печатали даже центральные газеты?
Кстати, кто мне подскажет? У нас сейчас печатаются повести и рассказы в центральной прессе? А то я, журналист, центральную прессу (кроме "Гудка") стараюсь не читать. Я вообще не знаю, если честно, есть ли сегодня центральная пресса, и что она собой представляет.
А вообще обожаю читать мемуарную публицистику. Если её пишет мастер слова, это всегда интересно. Ты словно окунаешься в дух эпохи (конечно, если автор не врёт). Так что словно бы и со Сталиным сидел, и Жукова словно лично слушал. И сам вместе с ними рассуждал не только о литературе, но и о том, почему у нас было всё так, как было. Почему Сталин не верил разведданным, и хотя войну все ожидали, но оказались к ней совершенно не готовы. И каков был ход войны, не будь "дела военных" в тридцатых годах, когда репрессировали всю верхушку военачальников.
***
И ещё немного - уже не о книге, уже о Сталине.
Есть такая расхожая фразочка - мол, история всё расставит по своим местам. Знаете, что она означает? Что пройдёт время, события забудутся, и о них будут судить не по воспоминаниям очевидцев, а по некоему абстрактному образу, смягчённому временем (всё плохое, как известно забывается). А эти образы уже не будут ничего общего иметь с их прототипами. Через это проходят все великие люди и все великие события. Пересмотр итогов Великой Отечественной войны - тому пример. Попытка реанимации фашизма в отдельно взятых провонявших уголках Европы - тоже. А Сталин... Что-ж, возможно Сталин тоже пройдёт некую реабилитацию в народном сознании. И тут не помогут ни воспоминания Симонова, ни романы Солженицына, Рыбакова, Нарокова и прочих. А там уже и до Гитлера недалеко.
Господи! Не дай дожить до такого!
p.s. А ещё только что вспомнил, что когда-то Путин про Ельцина сказал (после его смерти), что история ещё даст ему справедливую оценку. Ну-ну... Всё из той же оперы!

В преддверии 75-летия Великой Победы невозможно не прочитать книги о Великой Отечественной войне. С огромным уважением отношусь к Константину Михайловичу Симонову. Понимаю, что эта последняя книга вышла уже после смерти писателя. Она не была им закончена, поэтому фактически редактировалась по записям Константина Михайловича. Главное, что передано текстом, это непередаваемая симоновская интонация, предельно искренняя и честная.
В первой части книги Симонов практически изложил свою автобиографию. Тем более, что сам автор не планировал написанное для опубликования, а предназначал рукопись к сдаче в архив «с долей надежды на то, что и такого рода частные свидетельства и размышления одного из людей моего поколения смогут когда-нибудь представить известный интерес для будущих историков нашего времени». Для меня было очень интересно читать эти удивительные по своей откровенности строки, потому что Константин Михайлович безусловно является нравственным авторитетом для всех, кто знает его как журналиста, писателя, поэта, драматурга, общественного деятеля.
Честность позиции Симонова для меня заключается в том, что он пишет от лица человека своего поколения. Можно сколько угодно рассуждать о Сталине, но всё это умозрительные разговоры, а поделиться мыслями о нём так, как это делает Константин Михайлович редко, кто может. Писатель, неоднократно встречавшийся со Сталиным, говорит о своём видении, своих чувствах, даёт свои оценки и представление о нём. Конечно, это не документ, но очень важные свидетельства реального очевидца и участника событий, наделённого способностью поделиться своим видением. Некоторые критики пишут, что Симонов кается. Для меня очевидно, что он пытается честно разобраться и поделиться своими личными ощущениями и мыслями. Как мне кажется, подобные рассуждения дорогого стоят. Автор не претендует на историческую правду, а всего лишь высказывает свою точку зрения. Да, и может ли быть абсолютно объективная историческая правда? Картина исторического процесса времён Сталина может быть только соткана из многочисленных документов, работ добросовестных историков и свидетельств очевидцев. А мнению Симонова я безусловно доверяю, потому и читать его воспоминания настолько интересно.
Вторая часть «Сталин и война» состоит из бесед Симонова с выдающимися советскими военноначальниками, Маршалами Победы. Легендарные личности – Жуков Г.К., Василевский А.М., Конев И.С. И с адмиралом флота Исаковым И.С. Конечно, все они оставили свои мемуары, но Симонов приводит свои интервью, сделанные в 1965 году к 20-летию Победы. О Жукове пишет более подробно, так как встреч с ним было несколько с 1950 по 1967 годы. Это уникальные интервью с командующими ВОВ, так как Симонов, как никто другой, был способен в разговоре с любым человеком вызвать того на редкую откровенность, задать именно те вопросы, которые раскрывали наиболее полно личность собеседника. Отдельные подробности и детали очень интересны. Особенно для читателя, далеко не в первый раз читающего воспоминания участников ВОВ, знакомого со многими аспектами и непростой историей как до войны, так и после неё.
Свидетельства каждого из военноначальников уникальны, насыщенны личным опытом удивительных личностей, стоявших во главе Красной Армии, спасшей мир от фашизма. Бессмысленно славословить и восхищаться этими людьми. Только слова безмерной благодарности можно повторять и повторять в их адрес, в адрес всех советских людей, вынесших на своих плечах эту ни с чем не сравнимую войну.

Безумно интересно! Просто невозможно оторваться! То есть я, конечно, понимаю, что, возможно, одинока в своей любви к нехудожественной литературе, но это было действительно интересно.
Мемуары — такая штука, что в принципе готов к тому, что автор займётся приукрашиванием и редактированием реальных событий в свою пользу. Но Симонову я поверила. Не знаю, почему. Какая искренность была в его рассказах. Ни одного доказательства, но чисто по ощущениям — нельзя не поверить. Тем более тема — впечатления о Сталине современника... Сами понимаете, какая тема. Сейчас, когда общественное мнение разошлось на два полюса: "Сталин - дьявол во плоти!" и "Сталин - наш царь и бог!" - оба с обязательной добавкой "А кто считает иначе, тот - быдло!", безумно интересно почитать независимое мнение от человека, который в общем-то видел этого самого Сталина собственными глазами и испытал плюсы и минусы его руководства на себе. Хотя это не главная причина, почему я прочитала эту книгу.
Очень жаль, что автор не успел закончить мемуары. По его плану, первая часть должна была содержать только факты о Сталине, пересказ событий с его участием, свидетелем которых был Симонов, а во второй расположились бы его суждения и выводы. Но увы, Симонов не успел даже вычитать первую часть — из второй же не написано ни строчки. Безумно жаль! Конечно, фактов достаточно, чтобы делать выводы самому. Но мне очень хотелось услышать и его мнение. И самое главное, ничего уже не поделаешь…
В конце книги после собственно расшифровок записей Симонова составители добавили ещё несколько интервью автора с известными советскими военачальниками. Это тоже интересно, хотя после того, как с головой закопался в жизнь и смерть Сталина, переключиться на Великую Отечественную войну непросто. Так что впечатление немного смазано. Но книгу это не портит.
Книгу очень рекомендую любителям творчества Симонова, читателям мемуаров и интересующимся тематикой. Написано хорошо: много фактов и живой язык, скучать не приходится.

— Что с вами говорить? Вам что ни скажешь, вы все: «Да, товарищ Сталин», «Конечно, товарищ Сталин», «Совершенно правильно, товарищ Сталин», «Вы приняли мудрое решение, товарищ Сталин…». Только вот один Жуков иногда спорит со мной…

Общий ход войны у всех нас на памяти. Нет человека, который бы не знал, куда мы отступили в сорок втором — до Волги, и куда мы пришли в сорок пятом — в Берлин; и какие столицы Европы мы освободили от фашистов — Варшаву, Софию, Белград, Бухарест, Будапешт, Вену, Прагу — через три года после того, как фашисты входили в наш Минск, в наш Киев, в наш Калинин, в наш Севастополь.
И о каком бы дне войны мы ни писали — о ее первом или о ее последнем дне, и в каком бы пункте ни происходило действие наших книг — в осажденном Сталинграде или в окруженном Берлине, — мы всегда должны держать в своей памяти и в своих чувствах весь ход войны, все ее испытания, все ее поражения и победы.
Нельзя писать о падении Берлина, забыв о Минском шоссе сорок первого года, и нельзя писать об обороне Бреста, не держа в памяти штурма Берлина, хотя павшие в сорок первом так и не узнали об этом.

Что такое внезапность?
Трактовка внезапности, как трактуют ее сейчас, да и как трактовал ее в своих выступлениях Сталин, неполна и неправильна.
Что значит внезапность, когда мы говорим о действиях такого масштаба? Это ведь не просто внезапный переход границы, не просто внезапное нападение. Внезапность перехода границы сама по себе еще ничего не решала. Главная опасность внезапности заключалась не в том, что немцы внезапно перешли границу, а в том, что для нас оказалась внезапной ударная мощь немецкой армии; для нас оказалось внезапностью их шестикратное и восьмикратное превосходство в силах на решающих направлениях; для нас оказались внезапностью и масштабы сосредоточения их войск, и сила их удара. Это и есть то главное, что предопределило наши потери первого периода войны. А не только и не просто внезапный переход границы.














Другие издания


