На самом деле мертвецы — вполне миролюбивый народ. Им не до нас, мягко говоря. А оживший мертвец из мифа — это просто персонификация прошлого. Когда оно оживает и вторгается в настоящее, время портится. Оно становится ядовитым и сокращает жизнь. Ожившее прошлое может оказаться смертельно опасным…

Ну, положим, я всегда был мечтателем, зато мечты у меня высочайщего качества; я уже давно обнаружил, что все они сбываются: рано или поздно, так или иначе, причудливым каким-нибудь образом, через пень-колоду, а то и вовсе через задницу, но сбываются. Непоеменно. Неотвратимо. Блин.

У всякого города, – вдруг понимаю я, – есть невидимый близнец, тень, двойник, отражение. Не только у Москвы. Эту диковинную изнанку почти невозможно увидеть, но, когда мы обнаруживаем в собственном сердце любовь или, напротив, внезапную, необъяснимую неприязнь к незнакомому городу, мы, сами того не ведая, описываем впечатление от первой встречи с его тенью.

Макс Фрай Энциклопедия мифов, К-Я