Состояние Российской империи

Французский «солдат удачи» Жак Маржерет служил двум русским царям – Борису Годунову и Лжедмитрию I. В его записках всё чётко, сухо, по-военному. И сам капитан прямой как палка. Но это неплохо, т.к. он, если чего-то не знает, не придумывает небылицу, а честно говорит: «Я не знаю, меня там не было.» Зато очень подробно пишет о том, в чём разбирается – войско, жалованье, лошади.
Россию Маржерет увидел большой богатой страной; очень впечатлила его царская казна. Капитан отмечает веротерпимость, борьбу со взяточничеством, что приговорить человека к смертной казни могут только после суда в Москве. А вот русский народ для француза варвары: невежды, грубияны, развратники, и какими словами он нас только не называет )). Автор пишет, что в России не существует дуэлей, но при этом «грубый народ» не морду друг другу бьёт, а идёт в суд.
Царей Маржерет называет императорами. Да, по нашим понятиям царский титул равен императорскому, но императором в европейском понимании первым назвал себя Лжедмитрий.
В записках создан двойственный образ Бориса Годунова. Он хороший и плохой, справедливый и подозрительный, умный и лукавый, и страна при нём благоденствовала, и тираном он был. Кажется, когда Маржерет служил Годунову, то считал его хорошим правителем, а потом произошло явление «царевича Дмитрия»… А Лжедмитрию Маржерет не устаёт петь дифирамбы. Допускаю, что дело не только в возможном сближении Франции и России, но  располагающий нравом европеизированный «император» действительно французу ближе и понятнее. У капитана несколько страниц ушло на изложение своих мыслей по поводу «подлинности» Лжедмитрия, и, мне кажется, в них есть зёрна истины.
P.S. Наёмник он и есть наёмник. Мы Маржерета 6 лет кормили-поили, а потом, как говорится в подписанной Дмитрием Пожарским грамоте: «Яков Маржерет, вместе с польскими и литовскими людьми, кровь крестьянскую проливал и злее польских людей, а в осаде с польскими и с литовскими людьми в Москве от нас сидел, и награбився государские казны, дорогих узорочей несчётно, из Москвы пошёл в Польшу…»