Цитаты из книги Эротикон

Одними личными удовольствиями не вычерпаешь жизни, как моря - кубками веселого пира.

Трудно молчать человеку, испытавшему слишком много.

И, воображая своё тело простёртым, всё в крови, на оснеженной траве, испытывал я умиление перед собою и нежную к себе жалость, как дитя, которому читают о муках святых.

Нет хуже слепого, как тот, кто закрывает глаза.

Эммануэль опять выхвалял свою Италию и особенно дома веселия в Венеции, но Августин уверял, что нет места лучше Нюренберга, так как там недавно закрыли женский монастырь и все монахини перешли в публичные дома.

" Между тем то были те самые времена, о которых теперь говорят: кто в 23 году не умер, в 24 не утонул, а в 25 не был убит, – должен благодарить бога за чудо. "

Фридрих же с самых ранних лет предавался чтению, как упоительной страсти, за что и почитали его в нашем городе не то юношей полоумным, не то человеком опасным.

Если сделал я некоторые успехи в изучаемой науке, то во многом был я обязан доброму старику, который хотя и мечтал о превращении свинца в золото, не забывал, однако, добывать серебро из чужих карманов более обыкновенными способами.

пополнил свое образование беспорядочным чтением, преимущественно сочинений гуманистов

Добрые и милостивые господа! Не извольте гневаться на моего дурня: у него меланхолия с детства.

...столь же опасно, если высокие мысли, найденные людьми учёными, становятся достоянием народа, как если бы детям для игры раздавать кинжалы.

Я посмотрел искоса на монаха, и мне показалось, что он улыбнулся, ибо, как я знал, слово «милость» всегда означало в таких обещаниях «милость для судей» или «милость для страны», как слово «жизнь» означало обычно в обещаниях инквизиторов – «жизнь вечную».

Обо всем таком могут говорить только люди, которые никогда и не понимали, что значит верить. Кто хотя один раз лично испытал, с каким счастием погружается душа в бога, – не подумает никогда, что надо ковать пики или точить серпы.

Я в Париже, Живу, как денди. Женщин имею до ста. Мой член, как сюжет в легенде, Из уст переходит в уста.

Также указал я графу на возможность, что некоторые боги древности, пережив столетия, достигли нашего времени и что не кто другой, как Поджо Браччолино, повествует о древнем боге Тритоне, изловленном на берегу Далмации, где местные прачки заколотили его насмерть вальками.

...вдруг превратился из спутника сомнительного чародея в писца у сомнительного гуманиста.

...ибо нет силы более мощной в нашем мире, чем воля, которая способна совершать и невозможное, и чудеса!

Я всегда не высоко ценил знание, почерпнутое новыми поколениями из старых книг и не проверенное исследованием действительности.