Отель с привидениями

#Готика_ЭЭ

Помимо остальных моих проектов в жанре рецензий (книгофильмы и Венеция), начинаю также изучать жанр готики. Это безумно интересно мне и, надеюсь, будет небезынтересно вам. Как я когда-то упоминала, в этом жанре нет "окончательного", программного произведения, с которым сравнивали бы все остальные, значит будем выяснять, какие элементы, как отыгрывают в произведении.

Джон М. Фолкнер - Утраченная скрипка Страдивари  

Пока не села за комп и не посмотрела на ЛЛ, когда писалось произведение, была уверена, что это конец восемнадцатого века. Для конца девятнадцатого (1895) - это ОЧЕНЬ плохо. В конце 18-го законы жанра только нащупывались, в конце девятнадцатого были определены и неоднократно выстебаны. Фолкнер словно слепой нащупывает в темноте приёмы, но на самом деле это выглядит так, будто он слепо шарит в бальном зале, забитом народом и залитым светом. Я в самом начале и могу сказать, что пока он просто выглядит странно. Как только начнёт якобы в слепом замешательстве хватать дам за декольте, его надо будет вывести и начистить морду.

Двое студентов в Оксфорде тесно дружат (шшшшип), оба увлекаются музицированием. И когда играют некую галльярду, то от кресла доносится скрип и появляется ощущение чьего-то присутствия. Как быстро догадались бы студенты о привидении и начали бы шутить на этот счёт (молодые здоровые парни)? Мгновенно. Но только в четвёртой главе один из них видит призрака, а так как рассказывает его сестра, то упоминает, что брат так никогда и не оправился от этого потрясения. Молодые здоровые читатели конца девятнадцатого века при этом сами дико ржут. Путём размышлизмов на полторы страницы, его друг приходит к выводу, что призрака вызывает мелодия (читатели девятнадцатого века в глубоком фейспалме от выводов Адмирала Ясенбуй, читатели двадцать первого века тяжело вздыхают: "Эттто будет тяжко"). 

Это та самая сестра , которой брат рассказал о призраке. Ооооох. Жанр на момент данного произведения, появился сто лет назад. Излишния пафос вызывал хохот. Но Фолкнер вроде как специально нагнетает тонны ужасного и комичного пафоса. Зачем? Пока не знаю.

Добавлю, что пока самым ужасающим для меня в повести является структура. Сперва сестра рассказывает про свою пафосную реакцию. Потом говорит, что брат просто не мог скрывать, тайна тяготила его. А потом рассказывает при каких обстоятельствах он выдал ей, как видел призрака. Знаете, это как сперва давать реакцию персонажей на скример, а потом этот скример показывать.

***

Ахах, что ж, видимо, я на середине произведения. И я поняла, почему так много пафоса. Это викторианский шовинизм, как его изображают в современных сериалах))) Так как речь идёт от имени сестры главного героя Джона, то всё снабжено громадным количеством "что приличествует девушке"))) Забавно, так как дальше меня ждёт повесть Уилки Коллинза, который хотя и писал раньше лет на тридцать, создавал на редкость активных героинь.

Итак, Джон нашёл скрипку Страдивари в стене, где скрылся призрак. И никому не сказал, где он её нашёл (иначе бы, видимо, университет предъявил бы на скрипку права). А потом они с сестрой поехали к подруге сестры, в которую влюблён Джон. А там он теряет сознание, так как во время вспышки молнии снова видит призрака. И заболевает на полгода мозговой горячкой (да ладно, блин, женщин выставлять тонкими созданиями, автор отлично показывает, что самая тонкочувствующая тут особа - это он сам). А на самом деле в галерее висит портрет бледного молодого человека. И это тот самый призрак! И он предок невесты Джона! И незамужним девушкам не полагается знать, чем там пронивился предок, но он был очень плохим и умер в Италии. А приятель предка-злыдня не выдержал вершимых ими злодеяний и ушёл в монастырь (я надеюсь, что это хоть как-то сроляет). 

И Джон выздоравливает и женится на невесте. А она страдает, потому что тот не обращает на неё внимание. А мать этой самой молодй жены и сестра Джона (её зовут Софи) переживают. И считают, что Джоном овладела некая злая сила. И хотя Джон стал бледным, они всё никак не могут понять, что это за злая сила (я думаю, что викторианские старшие братья отнимали у сестёр эту книжку и били ею тех по голове, приоваривая: "Будешь читать такую чушь, никогда не поумнеешь!"). Нормальных объяснений, что Джону надоела жена и что в постели во время медового месяца она могла себя показать не слишком интересной особой, в поести не присутствуют, так как они были бы слишком здравыми, а здравый смысл вредит чувству ужаса. Однако, то, что в Джона вселился предок его жены и теперь остаётся гадать, насколько их совместны ребёнок жертва духовного инцеста - мне представляется чем-то на редкость извращённо-интересным.

Сейчас я на моменте, где Джон предложил-таки своей жене Констанс аккомпониировать ему, пока он играет проклятую галльярду на своей скрипке Страдивари. Но так как жена постоянно ошибалась, он сказал ей, чтобы она уступила место Софи. Констанс пока что в истерике (и будет рыдать всю ночь), а Джон молча вышёл из комнаты. Я его понимаю. И мне жаль вселившегося в него духа, что тому так не повезло с супружеством. Но я понимаю и автора: если его мать закатывала отцу истерики "Да, я сыграла неправильно, но если ты хочешь играть со своей сестрой, то я буду рыдать, рыдать!", мужской шовинизм таки разовьётся)) Равно как человек по реалу будет считать, что когда уже после отъезда Джона снова в Италию, после скоропостижной смерти Констанс от резкого нужнопосюжетизма, а также возвращения уволенного камердинера, сестра не будет распрашивать этого камердинера о том, как живёт её брат. Причём делать этого не будет из гордости! Я могу взять любую книгу, хоть викторианскую, хть псевдовикторианскую - любая женщина расспросит слугу с той или иной долей высокомерия.

Да!!!! Я грандиозна. Я сделала ставку, что автор происходит из небогатой семьи. В яблочко! Он из семьи сельского священника. Он представляет аристократию своего века по книгам столетней давности! 

Хах, а вот и религиозная нетерпимость, я ждааала!) Софи едет к умирающему брату в Италии и "фу, какая мерзость", у них тут праздник в честь "Мадонны в гроте", такие праздники почти языческие, не пристали истинным верующим!!! Ах ты моя маленькая ханжа!

Интересно, это со мной что-то не то или с автором, раз муж демонстративно не интересуется женой, едет в Италию на виллу какого-то эпикурейца и живёт с юношей-помощником Рафаэлле?

ОМГ! Джон наконец умер, а теперь пишет письмо друг Джона Гаскелл. И оказывается, что там вместе со скрипкой Джон нашёл ещё и дневники того самого негодяя (предка будущей жены) Адриана Темпла. То есть мы зря тратили время и читали Очень Обстоятельное описание, так как оно неправда. 

Длинное-длинное описание жизни Адриана Темпла... В общем, тот был развратен, увлекался оккультными науками и... неоплатонизмом. А это плохо, английские христиане не одобряют. Да, конец девятнадцатого века, кризис религиозного сознания. Сын священника пишет готический роман, да-с. 

Фух, дочитано. Что там происходило, осталось неизвестными, но Гаскелл предполагает, что Джон вызвал посредством скрипки видение ада, от чего стал бледным. И вообще неоплатоники - это почти как сатанисты, всё.

Подведём итог. Много эпизодов. Все они хреново поданы, сопряжены с истерикой, зато их много. Сама разгадка - глуповата. Готика - это протодетектив. Ты всё время пытаешься узнать, что же за пугающие события происходили. А ещё - как тебе спастись. Жанра ужасов это тоже касается. Тут это совршенно без разницы. Ну да, есть какой-то дальний предок, который ведёт себя довольно смирно, если первыми к нему не лезть. Логика официально покинула автора. При рождении. Фанатичный атеизм и фанатичная религиозность - это две стороны одной плоской фигни и дело мы имеем со вторым случаем. Тонны морализаторства, при этом свести вместе концы с концами автору не дано (чем бы он там в молодости ни занимался), потому грешивший Адриан, вызывавший ад, посредством хорошего знания античной литературы, жил себе спокойно, пока не прибили из ревности, да его ещё из ада отпускают музыку послушать. Являет ли он собой пример того, что грешить не стоит? Вряд ли!

Единственный вопрос по прочтении: так всё же зачем так много описывали этого итальнского юного камердинера Рафаэля?  

Уилки Коллинз - Отель с привидениями

Боже ж ты мой, всё-таки я обожаю Уилки! В нём такая скрытая холодная издёвка к показному неприятию англичанами иностранцев, жителей империи к варварам)))) 

Уилки предсказуемей российского ТВ. У нас, как обычно, глуповатая голубоглазая блондинка, которая и поимеет все плюшка, и брюнетка с трагической судьбой, с которой ассоциирует себя сам Уилки. Гей-персонажей, то есть я хотела сказать - мужчин, строящих тесную и эмоциональную друзбу, в этот раз нет вздыхаю. 

Уилки и Дикенс относятся к авторам, которых я спойлерю от и до, чтобы запомнить их произведения.

К доктору Уайбрау обращается некая графиня Нарона. Она говорит, что хочет выйти замуж за лорда Монтбарри (все имена доктор узнаёт позже, дама пытается нагнать тайны), но у того уже была помолвка со своей кузиной Агнес, однако невеста отреагировала покойно на разрыв помолвки и постила изменника. Однако, вчера графиня была на ланче, где была эта Агнес и почувствовала, что та - её злой ангел, начало конца и пр., пр., пр. В общем, беднягу придавило предчувствиями. Доктор не находит у графини никаких заболеваний, однако, когда та уходит, посылает за ней слугу, чтобы тот выяснил её имя, не может прикоснуться к её деньгам, а потом наводит сведения в клубе, где узнаёт только то, что у лорда Монтбарри до фига братьев и сестёр, а также, что он застраховал свою жизнь в пользу будущей жены. Ещё у графини есть брат барон Ривар, который, скорее всего, ей вовсе не брат.

Вот тут давайте остановимся. Я не очень понимаю Уилки. Я читала не так много его книг, но обычно он использовал выспренних "мистеров бамбалчуков" в качестве подачки приличному обществу - "на, подавитесь", но как-то соблюдал внешние логические законы. Тут их нет. И у меня странное ощущение - а не пытался ли Уилки рассказать тут вторую история, взамен внешней? Лорду Монтбарри сорок восемь лет. Его кузине - под тридцать, то есть у них почти двадцать лет разницы. За кузиной ухлёстывает младший брат Монтбарри Генри, которого Агнес будет френдзонить почти до конца романа. Ещё раз - она кузина, Монтбарри не случайно с этой бабой познакомился, он её с детства знал. Она не выходит замуж лет десять (а вряд ли у неё не было предложений, её там описывают аки сельскую красотку). Держит на коротком поводке кузена, которому не грозит стать лордом и говорит, что отдала сердце старшему брату. Не самому большому красавцу, скупому и отъявленному солдафону. И я не могу избавиться от чувства, что Уилки стебётся. Зачем вообще нужны эти эпизоды с доктором, который более в повествовании не появится? А для Уилки это очень странно, он выжимает каждого персонажа по полной.

Мне кажется, что доктор нужен для этого эпизода в клубе. Все собравшиеся "джентльмены" с радостью поносят Нарону, причём всё это преддваряется словами от автора, что раньше ради сплетен шли к сплетницам, теперь - в клуб. И их ненависть к графине обусловлена тем, что графиня выглядит как типичная злодейка из сентиментального романа. В то же время Агнес просто за счёт своей типичной ангийской внешности не вызывает подозрения, хотя она довольно очевидно охотится за самым богатым из кузенов.

Сам Монтбарри тоже вызывает вопросы. Сперва не женился лет сто, а потом принялся менять невест. Видимо, понял, что натворил, сделав предложение, и решил всё переиграть.

Далее Агнес разрешает своей бывшей воспитанннице Эмили, которая замужем за курьером (читай: гидом) Феррари, приписать, что да, он женат на воспитаннице Агнесс и тот получает должность. В Венеции Феррари исчезнет (звучит, как дело об угоне), Монтбарри умрёт, комиссия проведёт расследование и выяснит, что тот умер от бронхита, что подтверждают врачи. А Агнес устроится к своему очередному кузену (там их уймы) как гувернантка, чем отберёт место у женщины, которой работа действительно нужна. 

Уже на тот момент, как жена Феррари получает тысячу фунтов с припиской "это вам компенсация за мужа", а потом выясняется, что чек послал Монтбарри, я поняла, что просто подменили Монтбарри на Феррари, самого Монтбарри убили. 

Но, в целом, бреда от этого меньше не стало. Так Феррари, когда ушёл в Венеции от семьи, якобы оставил свои вещи. Зачем вообще было делать вид, что курьер пропал при неких странных обстоятельствах? Как потом выяснится, курьер был посвящён в план, реально заболел, потому они и разыграли весь спектакль.

Наиболее странно себя вёл сам Монтбарри. Он с молодой женой уехал в гребеня, ни с кем не общался и был достаточно скупым человеком с мерзким характером, от большого ума обвинившим новоиспечённую супругу в том, что её брат на самом деле её любовник. Но мы помним, что у Уилки демонические брюнетки - это драматические фигуры с трагической судьбой. 

Всё произошедшее сложно объяснить, потому что оно очень странно из-за похой продуманности, а не из-за привидений.

Привидения-таки будут. Из паласа, где умер Монтбарри, сделают отель. Туда будут по очереди наезжать родственники и всем будет становиться плохо именно в комнате, где умер Монтбарри. Норона встретится с одним из сотен братьев Монтбарри и скажет, что её брат умер, ей нужны деньги и она напишет этому родственнику Монтбарри (тот директор театра) пьесу. И что она не может противостоять и едет туда, где будет Агнес, это рок.

Агнес проснётся посреди ночи (всё в том же номере), увидит, что Нарона спит в кресле, и тут перед Агнес возникнет голова трупа. Голова оживёт, Агнес потеряет сознание. Нарона будет считать, что пишет пьесу, на самом деле напишет признание. Ещё она говорит, где находится тайник. Генри (отфрендзоненный брат Монтбарри) идёт туда, находит голову трупа, это голова Монтбарри. Нарону умирает, так как уже поехала крышкой. Директор театра сжигает её признание. Никто не признаёт, что голова была именно головой Монтбарри (замолчим преступление), а Агнес выходит таки замуж за Генри и он не говорит ей, что было в тайнике, так как Уилки ненавидит блондинистых дур. 

Меня преследует ощущение, что эта повесть вовсе не о том, про что она себя декларирует. Поведение парней в клубе вполне объяснимо, так как они реагирую на внешнюю схожесть. Загадочная красотка-графиня с континента и её брат - это явно авантюристы-любовники, потому что ровно такие персонажи в любом сенсационном романе. Так почему Монтбарри никак не реагирует? От них уходит горничная и стаётся из всех слуг только курьер. Но Монтбарри не нанимает новых слуг. Особо не прогуливается, чтобы его запомнили, ни с кем не общается. Брат графини барон Ривар занимается алхимическими опытами, что максимум объясняет то, что он расстворил тело Монтбарри, хотя зачем-то оставил голову.

У меня чёткое ощущение, что в голове Уилки была совсем иная сюжетная линия, с тем, как Монтбарри заманивает брата и сестру, которые выглядят слишком авантюристами, а потому их смерть не будет никто расследовать. Но ему мешает то, что те решились убить первыми, воспользовавшись болезнью курьера и его согласием на лицедейство. Если бы им не повезло, первым успел бы Монтбарри. Интересно, что хотя Монтбарри играл в летающую голову с родственниками, которые оставались ночевать в той спальне, родственники не стали официально перезахоранивать останки. И ещё одно странное обстоятельство: голова Монтбарри в тайнике, этажом выше, а призрак является в спальне, где, по идее, умер курьер Феррари. 

Есть ли у меня доказательства, что да, история на самом деле была иной? Слабые, но есть. Директор театра прежде, чем схечь "пьесы", повторяет, что Нарона ехала крышкой. А ко всему считала, что писала именно придуманное произведение. Судя по всему, Монтбарри был убит именно в спальне (а не в подвале, как следует из записок Нароны), а вот при каких обстоятельствах - остаётся только гадать. Это первое (может, и единственное) произведение Уилки, где я считаю, что он скрыл от читателя не только тайны персонажей (этим он занимался постоянно), а именно сам сюжет. То есть для блондинистых дурочек сюжет - это дурацкое убийство, для него самого (так как догадаться не реал) - это злые намерения самого Монтбарри, что и вызвало убийство со стороны Ривара и Нароны. 

Третью повсть я читать не стала. По размеру она - как две первых вместе взятых, но при этом вообще о приключениях и без готических замков.

Отмечу элемент одержимости. В первой повести персонаж одержим скрипкой, во второй - идеями о преопределённости и роке (очень частая тема у Уилки). К концу Уилки сделал красивый образ схождения с ума, у него финальные образы всегда лучше первоначальных. 

В обоих случаях - истории преступлений. В обоих случаях - разгадка просто падает в руки, герои не предпринимают никаких действий. 

Что ж, выбор сделан, буду дальше читать Уилки, мне он дико интересен. Он намного слабее Диккенса, но в нём есть некая извращённа неправильность, страсть к теневой стороне, которую он пытается замаскировать положительными героями-ханжами. Фолкнер же идиот без всяких там. Возьму у него лучшее - образ портрета, освещённого молнией. Хотя, будем честны, не он этот образ изобрёл.