
Электронная
9.99 ₽8 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
И второй рассказ, прочитанный мною, из Леонид Андреев - Ангелочек (сборник) совсем не умилительно-ласковый, как само название. Он поражает своей реалистичностью и, как в рассказе, давшем название сборнику, здесь звучит тема маленького человека. Оказывается, эта история носит автобиографический характер. Андреевы проживали в Орле на Пушкарной улице, а в маленьком барчуке Милите Николаевиче автор изображает самого себя.
Существовал и дом штукатура Треплова ("по профессии более алкоголика, чем штукатура"), называемый в народе "кадетский корпус". Дом этот был своего рода притон для опустившихся людей, которыми верховодила супруга Треплова Акулина. Алеше-дурачку, нищему, попрошайке, хозяйка давала угол за печкой, а за это он должен был приносить ей все, что подавали сердобольные граждане. Все собранное после отбиралось и пропивалось с "друзьями". Алеша жил впроголодь, а одежда его сплошные лохмотья, через которые проглядывали синяки и ссадины.
Дурачка в районе все знали, к нему привыкли и его жалкий вид ни у кого не вызывал сочувствия. Знали и с какой целью он побирается. Однажды маленький барин столкнулся с дурачком. Его состояние, внешний вид, вызвали в мальчике сочувствие, а когда узнал о судьбе Алеши, то разработал целый план, как помочь несчастному. Милита идет наперекор родителям, защищая попрошайку и вновь, как в "Ангелочке", забрезживший лучик света обрывается в финале. Как легко, порой, отсечь у ребенка желание творить добро.
Таких Алеш много, возможно ли помочь всем? Рассказ заставляет задуматься над моральными проблемами.

С того дня я влюбился в Алешу. Нельзя дать другого названия тому чувству страстной нежности, какая охватывала меня при представлении его лица, улыбки. В классе на уроках, дома на постели я все думал о нем, и мое детское сердце, еще не уставшее любить и страдать, сжималось от горячей жалости. Приходилось мне еще несколько раз видеть Алешу, стоящим и безмолвно, терпеливо дожидающим у чьи-нибудь дверей. Скованный строгим приказом, я только издали провожал Алешу любовным взглядом. С Василием я о нем уже не говорил, так как вместо прежних шуток Василий резко заметил мне, что таких Алеш много и про всех не наплачешься.

Жилище Акулины носило название "кадетского корпуса". Что хотели сказать этим пушкари, давшие это прозвище, для меня положительная тайна. Быть может, покосившаяся набок крыша, весьма отдаленно напоминавшая надетую набекрень фуражку, что, как известно, составляет отличие военного звания, дала повод к этому названию, -- но кто разберется в тайниках народного духа?


















Другие издания


