Эта небольшая монография, прежде всего, о явлениях телепатии, но, можно сказать, что в ней подмешаны и явления иного рода, которые телепатией можно назвать лишь с натяжкой. Это так называемые явления духов и присутствуют они в данной работе, видимо, из желания автора приписать их к явлениям материального порядка. Это ведь книга, написанная советским автором, так что в ней очевиден известный уклон в сторону материализма. На эту работу опирался А. Мень, относивший феномен телепатии и явления умерших к духовной сфере. От него я и вышла на эту книгу, в которой представлен противоположный взгляд. У меня же сложилось впечатление, что ближе к истине было бы некое компромиссное решение: видимо, подобные явления стоит отнести к сфере трансфизической; тем не менее, они могут быть изучены, и ничто не мешает науке этим заниматься без идеологического уклона, который лишь тормозит исследования. Это хорошо видно на примере представленной монографии. Сперва, во введении Л. Васильев отплёвывается от "буржуазного" представления о феномене телепатии как о явлении духовном. В таком смысле этот феномен даже не рассматривается. Не рассматривается и точка, объяснений никаких нет. Затем автор переходит к предмету исследования. Вернее, к тому, что послужило отправной точкой для этого исследования: то есть многочисленные необъяснимые и загадочные явления, которые толкают людей на скользкую дорожку мистики. Поэтому, чтобы привести людей в чувство, необходимо доказать, что ничего загадочного в таких явлениях нет. В ходе сбора информации Л. Васильев даже получил письмо от женщины, которая лично пережила телепатический опыт и теперь очень волнуется, ведь она честная комсомолка, а с советскими людьми такой чертовщины происходить не должно. Так вот помимо полученных Л. Васильевым писем имеются также свидетельства других учёных, занимавшихся аналогичными исследованиями. Например, часть информации автор заимствует у любимого мною Камиля Фламмариона, который собирал сведения о трансфизических явлениях всю жизнь и опубликовал их в книге "Тайны смерти". Замечательно, что, нахваливая К. Фламмариона, Л. Васильев как бы не замечает, как тот относится к этим явлениям. В данном случае, похоже, не важны "буржуазность" и всякие спиритуалистические заблуждения автора, иначе информацию просто неоткуда будет брать. Ну а других, неугодных исследователей, Л. Васильев игнорирует либо жёстко критикует. Из собрания К. Фламмариона автор берёт в том числе и случаи явления умерших людей своим родственникам. Он зачем-то обосновывает истинность таких явлений; соглашается, что они достаточно убедительны, чтобы принять их к рассмотрению, но потом просто о них забывает. Видимо, потому что экспериментальным путём воссоздать такой опыт нельзя. Обычно в таких случаях советские исследователи прибегают к методу "просто игнорируй". Но тут что-то пошло не так. В любом случае, далее Л. Васильев приступает к сбору экспериментальной информации и сам ставит опыты. Это очень долгая и нудная часть, полная однообразных (но более-менее удачных; по крайней мере, выходящих за рамки теории вероятности) экспериментов. Она кишит большими числами и формулами. Я это плохо воспринимаю, но меня повеселило то, что даже среди учёных-материалистов тут начались склоки. Одна экспериментальная группа не верит другой, обвиняет её в жульничестве, требует более строгих условий опыта. Даже когда эти условия доходят до того, что индуктор (тот, кто передаёт телепатический сигнал) и перципиент (тот, кто его принимает) находятся в двух железных будках, учёные всё равно друг другу не верят. Это странно и смешно, когда люди, у которых одна общая цель (доказать материальную природу явлений телепатии) и посылки (убеждённость в материальности этой природы) друг другу настолько упорно не верят. Я даже не знаю, как это объяснить. В самом деле, у "наивных, заблуждающихся спиритуалистов" всё гораздо проще! В конце автор приступает к попыткам объяснить всё, о чём узнал читатель на страницах этой книги. Он рассматривает разные научные теории, отвергает их, критикует, ни одна не оказывается достаточно удовлетворительной. Заканчивается всё ни на чём. Кроме того, что всё необъяснимое на самом деле объяснимо и материально.
61 понравилось
