Comet in Moominland

– И все они твои? – спросил Снифф.
– Пока я живу здесь, – весело ответил Снусмумрик, – все, на что я смотрю, мое. И я этому радуюсь. Вся Земля моя, если хочешь знать.

Я никогда особенно не доверял компасам. Они только сбивают природную способность ориентироваться.

Лучше всего просто намекать другим, что у тебя есть кто-то, кто тебя ужасно любит.

- Что тогда? - переспросил профессор. - Об этом я пока не думал. Я занят тем, что происходит сейчас.

Даже в самом опасном приключении всегда есть шанс спастись.

Всё, что я вижу, всё, что мне нравится, - моё. Хоть целый мир.

Философу всё равно, жить или умереть, вот только не знаю, что со мной станется после такого переохлаждения...

Оказывается, от счастья даже забываешь про еду!

До чего странным становишься, когда сильно хочешь чего-нибудь.

- Быть может, мы все превратимся в отбивные, быть может, нет. В конце концов, это несущественно, поскольку всё тлен и суета. А теперь я хочу поспать.

— Счастливого плавания! — крикнула Муми-мама. — К воскресенью возвращайтесь домой, я приготовлю райские розочки на сладкое! Если похолодает, не забудьте про шерстяные штаны! Таблетки от живота слева во внутреннем кармашке…

Но плот уже скрылся за поворотом реки, которая мчала путешественников навстречу неизвестности.

боюсь, он так долго жил один, что теперь говорит ровно то, что думает.

Снифф заполз внутрь, лёг животом на солнечное пятно и решил: «Останусь тут на всю жизнь. Развешу полочки по стенам, выкопаю ямку в песке, чтобы спать, и буду зажигать по вечерам свечу. Интересно, что на это скажет Муми-тролль?»

— Большая тайна? — спросил Снифф. — Надо ли мне давать клятву: "Пусть бездна поглотит меня"?
Муми-тролль кивнул.
— Пусть бездна поглотит меня, — протараторил Снифф. — Пусть грифы склюют мои высохшие кости, пусть мне никогда больше не попробовать мороженого, если не сохраню эту тайну.

Опасная (тропа), правда? Разрешаю тебе пойти первым

Каждый свернулся на свой лад, как привык спать, и стал ждать сна и тепла.
А тучи до самого утра мчались по небу, ветер хлестал мокрый сад, и дождь лил, лил и лил…

Ах да, комета... Ондатр рассчитал, что она упадет вечером прямо в наш огород. Так что я не стала пропалывать его.