Мальчики с бантиками

легко проявить мужество, когда твоя эскадра идет к победе, но двойное мужество нужно, когда эскадра идет навстречу верной гибели...

Терпеть не могу помешанных на лакированной мебели. Как правило, за такими столами сидят бездельники, которые не способны думать о работе. Они озабочены только одной трясогузочной мыслишкой – как бы не капнуть на полиранс, как бы не оцарапать его запонкой. А стол, – упоенно заключил Огурцов, – это не украшение жилища, а прекрасный плацдарм для распределения труда и мыслей...

Прогресс, скользивший когда-то под парусами каравелл, двигается теперь под дизелями на жидком топливе, он раздвигает толщи глубин атомными реакторами. А романтики и бродяги еще вяжут допотопные плоты, еще ставят над ладьями косые кливера и уходят, уходят… Уходят от нас, чтобы испытать сладкую близость прародительской пучины!

Было бы идеально, если бы наше юношество соприкасалось не только с ровесниками, а имело бы друзей, по возрасту годящихся в отцы. Зрелый человек вовремя одёрнет, удержит от ненужных поступков. Своя же развесёлая компания этого не сделает. А то ещё и подтолкнёт на какую-нибудь глупость, припахивающую протоколом...

– А понимали тогда юнги, что Родина вправе потребовать от них больших жертв, может, даже и жизни?
– Хотя и были мальчишками, но отлично сознавали, на что идем. Именно к войне нас и готовили! Вообще-то, – призадумался Огурцов, – на флоте многое не так, как на земле. Существует особое флотское равенство перед смертью, непохожее на солдатское. Команда корабля, как правило, или в с я побеждает, или в с я погибает. Таким образом, на флоте как нигде уместен этот славный призыв: «Смерть или победа!»

Корова! Кто же раком по трапам ползает?

Нам поносы нипочем – мы по носу кирпичом!

...лучше уж совсем без книги, нежели с плохой книгой.

Глупо удерживать человека, если его позовет море.
Эти призывы морей особенно хорошо слышны в юности.

Человек и Море…
Это особая тема, и она все чаще волнует Человечество, соперничая с темой проникновения Человека в загадки Космоса.