Генри Форд выпускал «Модели Т» целых десять лет без единого изменения, потом появился «Дженерал Моторс» и создал нечто превосходное, тогда Генри всех уволил, переоборудовался и выпустил «Модель А» и производил ее без каких бы то ни было изменений еще пять лет, а затем возник «Плимут» с чем-то сногсшибательным, и «Форду» наконец-таки пришлось принять понятия конкуренции и моды.
Генри Форд выпускал «Модели Т» целых десять лет без единого изменения, потом появился «Дженерал Моторс» и создал нечто превосходное, тогда Генри всех уволил, переоборудовался и выпустил «Модель А» и производил ее без каких бы то ни было изменений еще пять лет, а затем возник «Плимут» с чем-то сногсшибательным, и «Форду» наконец-таки пришлось принять понятия конкуренции и моды.

Сегодня мы обсуждали название для нашей корпорации.
<...>
Весь день мы записывали свои предложения на усыпанной кодами стенной доске. Это тут очень распространнное дело: доски, исписанные предложениями названий. Вот некоторые из нащих имен:
<...>
":*)" Это написала мама, сказав:

• Их называют "смайлики", я читала о них в "Ю-Эс-Эй Тудэй". Они похожи на счастливые физиономии.

• Мы ненавидим эти штуки! - Все, кроме Бага, который, как оказалось, любит их. А потом Сьюзан призналась, что ей нравятся некотрые из них. А потом Тодд. А потом Карла. Видимо, смайлики - как сериал "Спасатели": все утверждают, что не смотрят его, хотя на самом деле смотрят.

— Наверное, это как-то несерьезно — пытаться хранить резервные файлы своих личных воспоминаний.
Она возразила:
— Вовсе нет… ведь мы используем так много машин, неудивительно, что нам нужно хранить свою память в них, наряду со своим телом. Единственная вещь, которая отличает человеческих индивидов от всех других творений на Земле, — это способность экстернализировать субъективную память: вначале с помощью засечек на деревьях, затем через наскальные рисунки, потом в написанные слова, а теперь — в базы данных почти внеземного объема запоминания и поисковой силы.
Карла сказала, что по мере того как наша память самоумножается, похоже, логарифмически, нам кажется, что ход истории ускоряется, «разгоняется» до странным образом искаженного ритма и будет продолжать течь все быстрее и быстрее.
— Очень скоро все человеческое знание будет сплющено в маленькие комочки размером с карандашные стирашки, которые можно будет, как горошины, запускать в звезды.
Я спросил:
— А что потом, когда вся память нашего биологического вида станет такой же дешевой и легкодоступной, как галька на пляже?
Она ответила, что это не пугающий вопрос.
— Это вопрос, полный благоговейного трепета и уважения. И так как люди остаются людьми, они скорее всего, как мне представляется, используют новые гальки памяти, чтобы проложить новые тропинки.

Майкл заметил, что люди — это единственный вид животных, у которых есть поколения.
— У медведей, например, точно нет поколений. Мама медведиха и папа медведь не ожидают, что их отпрыски будут питаться другим сортом ягод или впадать в спячку по другому расписанию. Вера в то, что завтрашний день — это совершенно другое место, отличное от сегодняшнего, определенно является уникальным признаком нашего биологического вида.
Теория Майкла состоит в том, что поколения создает и формирует технология. Когда технология достигнет критической точки — как, например, сейчас, — поколения станут неуместными. Каждый из нас как личность становится самостоятельной дискетой со своей личной «версией». Намного логичнее.

Затем Сьюзан сказала: БОЛЬШОЙ проблемой сегодняшнего дня является то, что образы, которые мы видим на телевидении и в журналах, внешне выглядящие сюрреально, "на самом деле не сюрреалистичны, так как они совершенно случайны и отнюдь не порождены подсознанием".

Это навело меня на мысль: что, если у самих образов есть их собственное подсознание? Что, если Машины сегодня еще в таком же состоянии, как человеческие младенцы, у которых мозг есть, но нет умений выражать себя кроме как в плаче (сбое соответственно)? Как выглядело бы подсознание машины? Как она проглатывает ту информацию, которой мы ее кормим? Если бы машины могли говорить, что бы они нам сказали?