Мост на берег, где никого нет

"Переводчик с неизвестного" - так назовем Кассела Берга, используя его же слова. Имя и творчество писателя покрыты тайной... Возможно, я слоупок и криворук, но: я не смог нагуглить ничего об авторе и его произведениях ни в рунете, ни в мировом интернете, ни по-русски, ни по-немецки. Более того, никакого переводчика с немецкого К.Н. Лактионова мне также не встретилось. Вообще же, Kassel - город в Германии, а Berg переводится как "гора" - это все, что я могу сказать об этом словосочетании. Поэтому, у меня есть серьезные подозрения, что никакого автора Кассела Берга не существует, что книга - вообще не перевод, а есть некий русскоязычный автор и приятель издательства "Ника-центр", пожелавший напечататься вот таким таинственным образом. Мост на берег, где никого нет: молодой человек пишет диссертацию по роману некоего сюрреалиста Л.Поллака, загадочно погибшего, и в процессе написания с ним начинают твориться неприятные и малообъяснимые вещи. С его подругой-художницей тоже. Вместе они начинают разматывать клубок событий и знаков, что приводит к неожиданным результатам. Очень много про муки творчества, способы передачи образов, мыслеформы, Кафка, Тибет, эзотерика, сверхъестественное, талант и безумие. Вот о романе Поллака:

Они стали читать. Каждый по отдельности, потому что этот текст очень плохо читался вслух. И для каждого из них это был шок. Ты знаешь, что Борис потом скажет: ни сюжета, ни характеров, никакой драмы... Ни рычагов, ни пружин. Ничто не соответствует никаким ожиданиям и тем не менее происходит - происходит здесь, и сейчас, и с тобой. При всей непонятности текста чего не отнимешь, так это присутствия - собственного опережающего присутствия, когда именно обнаруживаешь себя то в одной зоне текста, то в другой, при чем тот, обнаруженный, оказывается, давным-давно ждет тебя.

Стиль у автора чрезвычайно утомительный: бредешь сквозь текст как в тумане, периодически спотыкаясь на отдельных фразах. Нет ничего хуже, когда открываешь книгу с заложенной страницы и напрягаешься, вспоминая, что было до этого.

Вот о чем будет идти речь - мост на ту сторону. В любой форме этот образ - всегда конструкция; а та сторона - всегда призрак. Выходов нет, есть только входы.

Глухой поселок Аахен: все об том же. В поселок приезжает женщина в поисках похищенных мужа и дочери, она должна просматривать кассету в определенное время, на которой снята она сама. Она ведет дневник своего отца в ответ на его записи. Она психически больная? Ее отец умер? А мать? А муж у нее точно есть? В повести полно комического и физиологии:

Мышцы его глаз явно испытывают эрекцию - глаза выкатываются до белков и не моргают...

Что-то на этой неделе с глазами беда.

- Она так хотела тебя, - с мягкой грустью улыбается он, - что в последний раз, когда мы подлетали к Пальме, море показалось ей огромной яйцеклеткой. Она засмеялась:"Реки, как потоки спермы! Смотри, в тех местах, где они впадают в море, такие же слои перламутра..."

Операция. Транс-цен-ден-тально!(с) Тут я даже не знаю, что сказать. Ну, предположим, это был символический образ процесса перевода текста с языка на язык. Но я ни в чем не уверен.