— Нельзя жить прекрасно без страсти, — прибавила мать.
Фейт открыла сейф и вытащила обитую голубым бархатом шкатулку, полную сережек от Тиффани и Картье.
Страсть не купит обувь твоему ребенку, когда подошвы износились, и не наполнит едой его желудок. Страсть не помешает судебному приставу прицепить машину твоей матери к эвакуатору и увезти прочь от твоего дома, пока другие дети из трейлеров будут смеяться и показывать пальцем — потому что они, по крайней мере, имеют над головой крышу.
Фейт опустила взгляд на сверкающие камни всех размеров и цветов. Страсть не заглушит тошнотворное чувство в животе от сознания того, что один неоплаченный чек — и тебе придется жить на улице за мусорной свалкой у черта на куличках.
— Они не согреют тебя ночью.

— Не верьте тому, что читаете, — сказал Тай. Собеседница повернула к нему голову, и ее зеленые глаза встретились с его. — Очень многие люди совершают эту ошибку.
— Верят в то, что читают?
— Да.
— Я читала, что вы персона нон-грата в Канаде. Это правда?
— Даже очень.
— А еще читала, что вы думаете, что Кубок Стэнли попадет к тому, кто этого больше хочет.
— Где вы это прочитали?
— В «Новостях хоккея».
— Не помню, чтобы говорил такое.
— Я немного перефразировала. — Фейт немного понизила голос и добавила: — Вообще-то вы сказали: его получит тот, у кого самые большие причиндалы.