Цитаты из книги Иногда промелькнет

Каждая эпоха, даже самая короткая, имеет свой питательный слой, состоящий из баек, прибауток, популярных песенок и стишков и незыблемых обязательных ритуалов. Насколько непонятными, враждебными кажутся они следующей эпохе! Но какой чёткий, неповторимый и волнующий колорит времени они создают!

Ничего, оказывается, не исчезает, лишь уходит на время в туман и вновь вдруг всплывает, по непонятным законам.

...действительно, если захочешь, всюду можно пробиться, главное - твердо решать, где пробиваться!

стр. 147 Слухи шелестели, как раки в корзине...

Некоторое равнодушие к сложным делам других, упоение собственными ощущениями преобладало во мне всегда - преобладает, увы, и сейчас.

Я согласен с ней, что жизнь сурова. Она - зеркало, которое глянет на тебя с тем же выражением, с которым ты заглядываешь в него!

Жизнь сама по себе состоит из бессмысленных молекул - и сложится так, как ты ее сложишь!.. Ура!

Почему бабушки часто любят внуков сильнее, чем собственных детей, а те, в ответ - их сильнее, чем собственных родителей? Да потому что любовь родителей к детям не может быть свободной и безоглядной - надо, хочешь или не хочешь, загонять детей в какую-то узду - те с ненавистью сопротивляются... и только у бабушек любовь свободная, безграничная!

Странная штука жизнь: начало и коней ее непонятны - впрочем, и середина тоже.

смиренье паче гордости

Всю свою жизнь я со стороны смотрел на кумиров моды, кумиров успеха. Но никогда не чувствовал даже тени зависти - на обочине мне уютней и свободней.

Таков ход всякой беды - сначала она мелькнет вскользь - как нелепость, невероятная чушь, потом, возбудившись, все скопом набрасываются на нее, бессильно терзают, и пережив этот самый трудный момент, она потом распространяется уже тихо и грозно.

Одно только я могу сказать: почти ничего в жизни не бывает однозначным или одноцветным.

...Да, жизнь загадочна и страна, но - слегка подчиняема словам. Мостик из слов, сцепленных над хаосом, - единственное наше спасение. Все говорят - и спасаются этим.

стр. 108 ...подобные пышные мероприятия, честно говоря, изумляют меня... Зачем? Это же всё подыгрывает смерти, показывает её могущество... это же демонстрация в её честь, вроде демонстрации в честь Певого мая! Вряд ли меня ждут подобные похороны - но я бы и не хотел, яростно не хотел! (...) Участия в ритуалах всегда бесили меня, а тут единственный ритуал, с которого ты не можешь даже сбежать, вот ты - лежишь, все разглядывают тебя и говорят, что хотят... невыносимо!

Шансы всегда есть - не надо только мыслить логически: если все разложить по полкам, тебе точно не останется ничего.

Только те и возбуждают интерес, кто пытается совершить невозможное, неположенное ему... а кто с важным видом плывет в собственном дерьме, даже и не пытаясь перебраться в чужое... обречен на самодовольную безжизненность.

Недоступность мира, ограниченность жизни, преобладание таинственного над известным - вот что волновало меня тогда, и, думаю, сохранив это чувство, пронеся его через десятилетия, в которых все вроде бы понятно и известно, - пронеся чувство таинственности и недоступности, я сохранил интерес к жизни, спасающий до сих пор.

Вот так я живу и пишу. Когда долго пишешь свое - жизнь начинает подражать твоим рассказам. И большего счастья для писателя нет.

Не знаю, как складываются жизни... но дано каждому разное - умнее этой банально истины ничего сказать не могу.