Монах на краю земли. Сборник

А вы знаете, что Гагарин в космос НЕ летал? Да и вообще запуск спутника и прочая советская космическая программа – суть наглая ложь, растиражированная ЧК, а впоследствии КГБ. Армстронг, кстати, тоже на Луну не приземлялся. Но чего не сделают лживые политики стран, пусть даже находящиеся по разные стороны баррикад во время Холодной войны, чтобы задурить головы собственным народам.
А вы знаете, что при Сталине – сажали? Всех неугодных и всех - ни за что и тройками. Нет, попадались, конечно, урки, которые заставляли всех невинноосужденных тройками чесать себе пятки. Но их почему-то было меньше. Одновременно с невинноосужденными в лагерях сидели менты и ждали: а вдруг невинноосужденный за десять-двадцать лет отсидки вдруг возьмёт и проколется.
А вы знаете, что тем, кто сидел в сталинских лагерях, вообще было хреново жить? По сравнению с ними попавшие в блокаду ленинградцы благородной дурью маялись. И чего они потом на бывших зеков дулись – вообще непонятно.
А вы знаете, что после смерти Сталина функции репрессивного аппарата взяла на себя карательная психиатрия? Естественно, большинство попавших в психушку были полностью вменяемыми, а вместе с психами сидели… правильно, абсолютно вменяемые менты.
А вы знаете, что земля – лепёшка и стоит на трёх китах?
Да нет, вы не думайте, это же всё фантастика.
Нормальная такая фантастика, за которую выдали кучу премий, как то «Интерпресскон», «Бронзовая Улитка», «АБС-Премия», «Сигма-Ф», «Мраморный фавн».
Была бы, конечно, книжка объёмом побольше, так и на Нобелевку бы потянула. И встал бы Синякин в один ряд вместе с Буниным, Пастернаком, Солженицыным и Алексиевич. Хотя, собственно, за такую «фантастику» надо было бы премии давать с одной стороны – так называемым «детишкам ХХ партсъезда», с другой – древним малограмотным географам.

По всем признакам, я должен был плеваться от этого произведения, но нет. Романтическая история перевесила все сталинские лагеря, стукачей и уголовников, психбольницы и Большой дом на Литейном. Ну и Усыскина надо бы полнить не только из-за смешной фамилии. Стратонавты 30-х годов были космонавтами своего времени, почти Гагариными.
Безумное фантастическое допущение Синякина служит в определённом смысле дополнением к биографии Гагарина от Льва Данилкина. Собственно, это именно Данилкин и навёл меня на эту повесть.

Понравилось как написано. В коротком тексте особенно сложных характеров не нарисуешь, но они получились яркими.

Единственную неточность заметил:

Это гибрид "особой тройки" и "большого террора". Сейчас Большой тройкой часто именуют Сталина, Черчилля и Рузвельта. В конце же 30-х годов тройки были все одинаковые. Птицы, можно сказать, тройки :)

Прочитал с удовольствием.

Это повесть про молодых парней, учёных – аэронавтов, которые, рискуя жизнью, летали на стратостатах, чтобы добыть новые знания новой молодой стране… И вот однажды гондолу с людьми унесло на неимоверную высоту, кислород закончился, произошла авария, стратостат упал на землю, люди погибли… Но перед смертью один из летчиков успел кое-что поведать своим товарищам, прибывшим на помощь. Что-то за что потом поломали этим товарищам их молодые жизни, сначала в застенках НКВД, потом в лагерных бараках и психиатрических больницах…

А знания, которые ученые добыли ценой своей жизни, оказались спрятаны за семью печатями и двадцатью двумя замками. И даже следователи, которые оттачивали удары на молодых учёных, сгинули в лагерях…

Этот небольшой, но грустный рассказ как-то незаметно повлияла на мое восприятие мира. Я стала чаще и дольше смотреть в небеса. Ведь что мы, живущие не земле, знаем о небесах? Только то, что нам рассказывают в новостях. А вдруг то, что написано в книге – правда?!

Да нет, это бред!.. У меня высшее образование, я сама в школе детям рассказывала, что Земля круглая, вращается вокруг своей оси и Солнца. В конце концов, я же летала на самолете!

И все таки, иногда…

За это произведение Сергей Николаевич Синякин получил премию имени братьев Стругацких в номинации «Лучшее художественное произведение в области фантастики». И не только её. И по моему мнению - совершенно заслуженно! Ведь повесть заставляет задуматься. И повнимательнее взглянуть в небеса, а вдруг...

Создать нечто оригинальное в фантастике очень непросто. Чаще всего пользуются заезжеными и привычными сюжетами. Сергею Синякину удалось создать нетривиальный и достаточно трагический сюжет. Кроме того повесть великолепно отражает время, подкупает подлинностью, четко очерченными образами.
Итак, советский аэронавт Аркадий Штерн и его друзья, во время полета, видят Землю не такой, какой ее представляет современная наука. Она представляется словно миниатюра из средневековой книги: огромный плоский остров покоится на китах, плещущих хвостами в океане, небесный свод тверд, а звезды маленькие и прилеплены к нему(аэронавт даже прихватил одну с собой). Но в СССР правда оказалась никому не нужна. Вождь всех народов произносит фразу «Прэждеврэмэнно» и доверчивых авиаторов подвергают репрессиям. Штерну практически сломали жизнь. Выйдя из лагеря он мучается, не может найти места в окружающем мире. С изумлением и недоверием воспринимает он запуск первого спутника Земли и полет первого космонавта...
Как же объяснить повесть? Что на самом деле видели аэронавты?
Мне кажется, что использовав знаменитое учение украинского философа Григория Сковороды, мы можем прояснить ситуацию. По его теории существует три мира: Макрокосм (бесконечный мир, видимый нами, как Космос со звездами, планетами), Микрокосм (мир Человека — Земля) и Библейский Символический мир. Последний мир временами открывается землянам, словно свиток. Именно там — Бог, ангелы, библейские герои. Именно туда уходят Воланд и его спутники — герои романа М.Булгакова «Мастер и Маргарита»(по исследованиям Галинской, Булгаков хорошо знал теорию Сковороды и использовал его философию в своей книге). Именно там — Иешуа, Пилат, а Мастер получает долгожданный покой. Частичку этого мира и видел А.Штерн. Можно еще вспомнить и учение о ноосфере Вернадского(это учение использовал в своих книгах И.Ефремов).
И еще, повесть С.Синякина — о тотальной несвободе. Остается, несмотря на рассказанную горькую историю, поздравить автора с несомненной литературной удачей.