Остановилась я на этой книге неслучайно. Апокалипсическая тема широко представлена в зарубежной западной литературе. Начиная с Герберта Уэллса и заканчивая Стивеном Кингом сюжеты, как правило, схожи, а именно: мрачные. Поэтому было интересно посмотреть на конец света с точки зрения русского писателя. Должна сказать, что книга мне понравилась. Очень. Во всяком случае стало понятно почему мы победили в войне. К тому же там много юмора. Кажется о конце света с юмором еще никто не писал. Начинается все с описания жизни обычной деревеньки, в которой стали происходить необычные вещи, предвещающие наступление конца света. Из могил когда-то похороненных во время войны немецких оккупантов стали вылезать скелеты. Русские, привыкшие ко всему, реагируют вполне себе адекватно и без истерики. Далее небольшой фрагмент (действие происходит в наши дни):
«Наконец в субботний день, аккурат перед Пасхой, из силосной ямы выполз еще один мертвец. Этот казался поздоровее первого и был в генеральской прелой фуражке. Генерал, покачиваясь, прошел на площадь, посмотрел на плещущийся на ветру российский триколор и одобрительно покачал черепом. - Gut! - явственно проскрипел он, мультипликационно дергая нижней челюстью. - Wo ist ihre Gebietskomissar? Собравшаяся толпа потрясение молчала. Даже если кто и понял мертвеца, отвечать ему, где находится гебитс-комиссар, не торопился. Скелет обвел всех впадинами глазниц, щелкнул нижней челюстью и снова спросил: - Wo ist der guten Heneral Wlasoff? - Во, сволота! - с восхищенной злобой сказал Илья Константинович Апраксин, бывший фронтовик и брехун, каких свет не видел. - Власова ему теперь подавай! - Сашу! Сашку Овечкина позовите! - заволновались в толпе. Скелет переступил с одной кости на другую и снова скрипуче спросил: - Wo ist der Weg nach Moskau? - А вот и Сашка! - радостно заголосили в толпе. - Санька, покажи ему, суке, дорогу на Москву! Овечкин с видимой гордостью специалиста шагнул к мертвецу с лопатой в руках. - Я ему щас дорогу к фюреру покажу! - сказал он и поплевал на ладони. Ну-ка, отзыньте, а то, не дай Бог, зацеплю! - Смерть немецко-фашистским оккупантам! - торжественно, как диктор Левитан, вынес свой приговор бывший фронтовик Апраксин. - Круши его, Сашка! Овечкин с кряканьем обрушил заступ на генеральскую фуражку. Фуражка отлетела в сторону, а скелет обратился в груду костей. - Russische Scweine! - пробормотал череп, щелкнул несколько раз нижней челюстью и замер. - Вот так, - гордо выпрямился Апраксин и победно оглядел толпу. - Так мы их в войну били! Помню, комбат встает: "За Родину! За Сталина!" - и мы как кинемся на фрица! Ураааа! Урааааа!».
Понятно, что это были цветочки, ягодки были впереди. Впрочем, мы с вами ведь знаем, что в России конец света не наступит, а продолжится. Дальше небеса официально объявили о сроке Страшного Суда:
«Где-то через полчаса муллу наконец прервали и в эфир прорвался странный, лишенный интонаций и словно неживой голос. Такой голос мог принадлежать роботу из научно-фантастического кинофильма типа «Планета бурь». - Братья и сестры! - совсем по-сталински обращался к радиослушателям неведомый диктор. – Пришло, наконец, время, когда каждый должен ответить перед Господом нашим за грехи свои и пороки свои. Пришло время Страшного Суда. Послезавтра в двенадцать часов дня по Гринвичу всем жителям Земли надлежит предстать пред Господом нашим и покаяться в содеянном. Время это дается вам для того, чтобы припомнили вы все грехи свои и не пытались таить их от Отца Небесного, ибо они ему хорошо известны и записаны на скрижалях Небесной Канцелярии. Перечень грехов своих необходимо подавать в письменном виде на стандартных листах бумаги, желательно отпечатанными через два интервала. Соседи, сомневающиеся в искренности грешника, всегда могут дополнить его перечень своим, который можно подавать и в рукописном виде, но исполненным не иначе как печатными буквами. Однако необходимо помнить, что клевета будет рассматриваться как тяжкий грех, а в отдельных случаях и приравниваться к предательству Иуды. Не выключайте свои радиоприемники и слушайте дальнейшие сообщения. А сейчас хор грешников исполнит для вас симфонию Шостаковича «Вечные страдания». А дальше идет повествование об этих двух днях, кто что делает, о чем думает и как готовится к неизбежному. В отличие от Запада русские встречают день Суда светло и с достоинством. Видимо, привычка. А может менталитет. Утро последнего дня описывается так: «В небе над его головой полыхали зарницы, раскатывались огненные шары, сверкали молнии - зыбко и призрачно в залитых утренним туманом сумерках, все вокруг дрожало от падающего с небес гула. Восток уже алел, высвещая четыре грозные исполинские фигуры, но точно так же горели и все остальные стороны света, словно солнце вставало сразу со всех четырех сторон». Несмотря на это финал книги не грузит. Но даже не в этом дело. Главное не в том, что происходит, а как мы к этому относимся, как проживаем предлагаемые обстоятельства. Можно и в нормальной жизни душевно обнулиться, а можно в свой последний час подняться до самых высоких высот человеческого духа. В общем, русские не сдаются. Финал книги несколько неопределенный, остается какая-то надежда. Поэтому думается: а может все еще и обойдется?
2 понравилось