Отзывы о книге Омон Ра

А книга то совсем не о полетах в космос... Читаешь и понимаешь... в очередной раз понимаешь, то, что уже знал и видел. И не где то видел, а видишь это каждый день, на протяжении всей своей жизни живя в России. Каждый день читаешь в новостях, видишь все своими глазами выходя на улицу. Это книга о "героях". Только вот что вложено в это слово в контексте этой книги? Здесь мы видим не настоящих героев, а "героев" нужных государству. Людей, за чей счет, кто то наживаться и поднимает свою самооценку. Как бы это ни звучало печально, но мы живем почти в таком же мире, что описан в книге. У нас людей воевавших в Чечне и Афганистане награждают медалями и после этого забывают о них как об использованном материале. У нас о ветеранах Великой Отечественной Войны вспоминают только 9 мая. У нас проводят проекты в поддержку роста демографии населения и после этого многодетные мамы живут со своими детьми в общежитиях. Вот они наши герои, о которых забывают сразу после того как они выполнили свою работу. А главное что? Главное что их работа "героя" выполнена. Я пытался написать рецензию к этой книге после ее прочтения, но у меня выходило что то непонятно-космическое и я каждый раз понимал, что это не то. И вот спустя пол месяца, прочитанное полностью переварилось в моем сознании и я выдал то, что получилось. Возможно кто то не согласится со мной... но я написал именно то, что я почувствовал после осмысления данного произведения...

"Ржавый бункер — моя свобода. Сладкий пряник засох давно. Сапогом моего народа, Старшина тормозит говно" Егор Летов

Приходит мужик в ЗАГС:

• Я хочу сменить фамилию.
• А какая у вас фамилия сейчас?
• Кацман.
• Так. А какую фамилию хотите взять?
• КАЦМАНАВТ.

  Конечно, это гротеск. Конечно, это сюр. У меня только один вопрос.

  А зачем? Даже не "что он хотел сказать". Просто - для чего вот так вот?

  Дело даже не в том, что Пелевин как то подмял всё советское. Хотя нет, в этом тоже. За Маресьева обидно. Вот ей Богу. И в целом за державу, как говорил Верещагин, тоже. Какая бы она ни была, эта наша прежняя держава, не над всеми вещами, с ней связанными, можно ёрничать. Ну хорошо, поёрничал Пелевин, молодец. А зачем? У меня осталось неприятное ощущение. Как будто знаете, на улице кто-то женщину обхамил, а ты мимо шёл. И не заступился. Не потому не заступился, что ты такой плохой, а затупил просто. То есть вот не дошло до тебя сразу, что тебе бы кого-то обматерить надо, а то и по морде дать. А когда дошло, вроде и поздно уже. И хулиган убежал, и женщина ушла, да и ты сам тоже в другую сторону протопал. И сам себя коришь - ну ёлки, вот должен же был заступиться, мудак хренов. Вроде ни в чём не виноват, а совесть кусает. Вот и тут - за державу обидно, за Маресьева, Матросова, и всё лучшее, что в ней было - а не заступишься. Уже не за кого и не на кого.

  А может я просто не понял ни хрена? Так... Что-то знакомое припоминается...

  "Если б я, если б я был австрийцем,

Может быть я тоже ни хрена не понял? Но боюсь, что уже привыкаю. И чтобы окончательно не привыкнуть, отодвигаю другие пелевинские книжки подальше. Авось, руки больше не дойдут.

Большинство исследователей рассматривает Виктора Пелевина, как писателя в контексте постмодернизма, хотя этот современный прозаик не совсем укладывается в жёсткие рамки одного направления. Мы читаем одну и ту же книгу – но воспринимаем её по разному. Вот и тут – для кого-то «Омон Ра» оказался просто стебом над советской космонавтикой. А интерпретировать этот роман можно по-разному. На мой взгляд, одной из задач, которую ставил перед собой Пелевин при написании этого произведения, была попытка обличить тоталитарную систему, существовавшую в Советском Союзе. Космос, являющийся центральным образом в романе — это коммунизм. Наш мир, отражённый Пелевиным, увы, наше скверное житьё-бытьё вовсе не имеет какого-то высокого тайного смысла. Мы нелепо мучаемся отнюдь не во имя, а умираем просто так. Меня зацепил в романе один момент - какая-то атмосфера – чувство что ли. Ощущение бессмысленного подвига. То есть подвиг есть, но только внутри самого героя. Внешне же его подвиг просто смешон. Он на самом деле никуда не летит – всё декорации. Но, наверное, в нашем мире и так везде одни декорации… Поэтому - чего уж тут. * P.S. Книга любезно посоветована breya в рамках новогоднего флэшмоба 2010.

К обличительно-ироничному стилю Пелевинского повествования я привыкла и оно мне даже нравится, но почему-то «Омон Ра» показался мне уж чересчур жёстким.

Главный герой — Омон Кривомазов (Занятная отсылка к Достоевскому). Столь необычное имя дал ему отец, который служил в полиции. И надо сказать, что он был провидцем. Отряды милиции особого назначения, вместе со своей аббревиатурой — ОМОН — появились в 1988 году. А основное действие в романе — начало 1970-х. Батя, прям, пророк от силовиков.

Ра — позывной, который взял себе Омон. И это аллюзия к древнеегипетскому богу солнца, хотя древнее божество пишется с заглавной «А». Как связаны бог солнца и космонавт становится понятно ближе к концу произведения. И дело тут не только в небе и стремлении главгероя к звёздам.

Детские годы Омона читаются легко. Мальчик с очень понятной и светлой мечтой стать космонавтом. Широко раскрытыми глазами он смотрит на этот мир, полон надежд и веры в светлое будущее. Но даже в этот период он сталкивается с жестокостью и преодолением, потому что ничто не может даваться легко. А почему? Почему мальчики получили наказание за пытливый ум и стремление узнать, как всё устроено? Потому что это «не по уставу» и не по «правилам», которые установлены. Кем? Да какая разница. Никто не должен задавать вопросов и оспаривать правила. А то что, может ещё и критически мыслить начнут, вопросы задавать? А там и до критики не далеко.

Взрослый мир жестоко обходится с детскими мечтами. Эта мысль сильнее раскрывается, когда Омон вместе со своим другом Митькой попадают в лётное училище. Благодаря фантазии Пелевина, курсантам, сразу после зачисления, ампутируют ноги. После этого их заставляют танцевать «Калинку». Очередное — почему? Максимально нелепо. Но тут никому не нужна правдивость или логика. Пелевин доводит всё до абсурда. И подвиги тут совершаются ради подвига, а не здравого смысла. Даже имя совершившего подвиг будет забыто.

С этого момента всё произведение переходит в сплошную метафору. Метафору на советский строй, где все мало-мальски значимые чиновники говорят штампованными фразами, пропитанными идеологией, в которую сами же не верят. Есть и отсылка к творчеству Карлоса Кастанеды. Любопытная аналогия между орлом, который забирает сознание и государством, которое забирает жизненные силы своих граждан. И договоры подписываются на охоте, на теле подстреленного сына егеря в костюме медведя. Когда сам егерь тоже в костюме медведя смотрит как его сын умирает, но не может пошевелиться, помочь, чтобы не выдать очередной обман. Очередную бутафорию.

Главным вурдалаком-иллюзионистом в романе становится … всемогущий КГБ. Пелевин обыгрывает страх советского человека перед этой организацией, которой подвластны все. КГБ конструирует советскую реальность. Вся космическая программа оказывается фикцией. Надо же, как Пелевин развернул конспирологическую теорию, которую придумали про американскую высадку на Луну. Нет никаких суперсовременных, по тем меркам, беспилотных летательных аппаратов, нет никаких полётов в космос, а вот что есть — так это смерть. Только она реальна.

Как и бог солнца Амон-Ра, книжный Омон оказывается под землей, где ему предстоит сразиться с силами тьмы.

Псевдореализм Пелевина местами нравится, местами читать неприятно, так как писателя понесло в какие-то дебри. Финал у романа открытый и додумать его можно в обе стороны. Вот такой он, постмодернизм, из 1990-х.

Очень большой процент мальчиков в школе хотел стать космонавтом, по крайней мере в моём детстве было именно так. Чаще всего никто из этих мальчиков космонавтом не становился.

Всем в школе давались примеры самопожертвования в войнах или каких-то больших делах на благо Родины. Многие готовы были отдать свою жизнь за побегу своей страны.

Наш главный герой такой. Его зовут Омон. Вот так его назвали. Он хотел стать космонавтом и готов был пожертвовать собой.

В книге нам даётся альтернативная история, в которой СССР отправляет на Луну исследовательский автоматический модуль. Но так как инженерная мысль не смогла обеспечить автоматическими срабатываемыми модулями ракету и луноход, то этими автоматами станут люди. Очень интересная идея.

В книге мы встретим использование разумных людей не только в космической программе, но и других жизненных ситуациях, например, при охоте старших управленцев страны.

Книга очень небольшая, но содержательная. Тут нет лишних описаний окружающей обстановки и природы, из-за которой книга бы выросла раза в два, как у некоторых авторов это происходит. Вроде бы событий то чуть, а книга большая. У Пелевина не так, по крайней мере тут. Первая книгу, которую я прочитал у этого автора, мне не понравилась. Это была S.N.U.F.F.

Эта, которая была на самом деле первая у автора, содержит потрясающей глубину мысль - люди ничего не стоят, но могут сделать многое за идею, при этом даже пожертвовав собой. Такие идеи раньше были, но сейчас, как мне кажется, идеи такой нет у нас. У всех перед глазами только деньги и вещи. Как бы побольше заработать, чтобы побольше потратить. Это последствия нашего поражения в Холодной войне и повсеместная пропаганда потребительства. Хорошо ли это? Вряд ли. Сейчас люди заняты зарабатыванием денег, никто не верит в идею и общую цель.

Как говорит Вассерман, - Люди самый дефицитный производственный ресурс. Сейчас у нас наоборот люди заменяются роботами на предприятиях. В общем, тут есть над чем поразмыслить.

Рекомендую эту книгу к прочтению. Сама идея в сердце книги просто потрясает. Кто-то будет разозлён, кто-то испуган, кто-то может задумается и над нашей действительностью.

Красиво. Второй раз переслушиваю. Столько мыслей эта книга вызывает. Сейчас особенно актуальных. Жаль, что Виктор Олегович скрывается - так и непонятно, удалось ли ему хакнуть систему. Чем больше книг читаешь, тем больше понимаешь Пелевина.

«Сейчас мне кажется, — думал он, — что хуже того, что со мной происходит, и быть ничего не может. А ведь пройдет пара этапов, и вот по этому именно дню и наступит сожаление. И покажется, что держал что-то в руках, сам не понимая что, — держал, держал да и выкинул. Господи, как же погано должно стать потом, чтобы можно было жалеть о том, что происходит сейчас… И ведь самое интересное: с одной стороны, жить все бессмысленней и хуже, а с другой — абсолютно ничего в жизни не меняется.»

Саша Лапин - работник Госснаба на излёте 1980-х. Дышащий на ладан Советский Союз не способен контролировать своих работников, которые, пользуясь случаем и служебным положением, с утра до вечера играют в полученные по бартеру с загнивающего Запада видеоигры: Pipes, Prince of Persia, Populous, Q-Bert, Targhan, Starglider, Abrams Battle Tank, Star Wars, F-15 Strike Eagle, Tower Toppler. И игры эти понемногу проникают в реальную жизнь играющих.

Как обычно, очень понравилось, и как обычно, в точку. И, как обычно, не понимаю, как так получилось, что Пелевин - единственный писатель в мире, пишущий в стиле постсоцреалистического сюрреализма: читаемо, изящно и конструктивистски в философском смысле. Хотя если так подумать, неудивительно это, учитывая какое-то невероятное количество осмысленных им философских трудов.

Постскриптум. Прочитав, что в здании Госплана, по которому Лапин бегал с дискетами игр для больших начальников, теперь находится Госдума, а отделано оно штукатуркой, изготовленной из каменной крошки, которую получали путём измельчения мраморных облицовок сносимых в 1930-х годах московских церквей и памятников архитектуры, подумала, что никакой, даже самый талантливый, писатель не способен достичь в своём воображении степени абсурда, которой в реальности с лёгкостью достигают люди, дорвавшиеся до власти.

"Омон Ра" не похожа на другие книги Пелевина, что я читала. Мифологическая составляющая здесь несомненно есть, но она сведена до минимума. На передовую же выходит фантастическая часть истории. Хотя кто-то наверняка сможет посчитать ее вполне правдоподобной...

Омон Кривомазов, обычный советский ребенок (в последствии, подросток и юноша) мечтает о полета в космос. Эта идея становится основой его жизни и определяет дальнейшую судьбу. В СССР покорение космоса было одной из первостепенных задач, и Омону повезло (ну, или не очень) принять в этом непосредственное участие.

Но мечты мечтами, а реальность порой оказывается слишком жестокой. И в любой момент может оказаться, что вся наша жизнь - один большой обман. "Омон Ра" была для меня именно об этом этом. Сквозь все повествование тонкой нитью проглядывается ирония автора. Его видение великих открытий Советского Союза далеко от принятых норм. Его персонажи, как заведено у классиков, носят говорящие фамилии. Они аллегоричны и гиперболезироны, однако это довольно собирательные образы, хорошо узнаваемые многими из нас.

Сюжет интересный, финал меня поразил. За всей этой историей мне увиделась некая горечь, перемешанную с разочарованием. Не берусь судить, насколько много в книге выдумки и сколько правды. Скажу лишь, что произведение сильное, интересное, легко читается и наводит на определенные размышления - о мечтах и поступках, о верности себе и государству, о лжи и о чести.

Ненавистная моя родина... ...Мать и мачеха, благослови.

Это хрестоматийный Пелевин, которого все, кто есть кто-то давно прочли. Конечно и я как все, хотя и не тридцать лет назад, когда книга вышла, а двадцать, когда он сделался модным автором и о нем заговорили вообще все. И я спросила у своего книжника - мы тогда покупали книги у лоточников, книжные магазины никуда не делись, но работали бестолково, и ассортимент там обновлялся медленно, а у книжников можно было не только покупать, но брать модные новинки напрокат, как в библиотеке, только за деньги. Недолгий период, когда все менялось феерически быстро, вот-вот я стану распечатывать для себя книги на лазерном принтере, после научусь читать с монитора, с телефона, обзаведусь электронной читалкой, и забуду о бумажных книгах, но самое начало нулевых было временем книжных развалов. Я спросила: - Сереж, а Пелевин как тебе? Что он вообще пишет? - Такое, бред наркомана, - был ответ. - Ну давай какую-нибудь книжку на пробу".

Не помню сейчас, что взяла, кажется "Желтую стрелу". Прочитала и пришла в смятение я тогда еще не умела понимать постмодернизма, это было не похоже ни на что, читаное прежде, совсем не наркоманские бредни и очень хорошее - встроенный определитель качества литературы мое имманентное свойство. После перечитала у него все, до чего могла дотянуться, не прониклась Generation "П", но оценила "Жизнь насекомых" и насмерть влюбилась в "Затворника и Шестипалого". Активно не понравился мне тогда только "Омон Ра" Просто не люблю вивисекции ни в каком виде. Да и чернуха девяностых в начале нулевых уже превысила возможность восприятия, хотелось оптимистичного, верилось в лучшее, Россия поднималась с колен и вот это вот все. Тогда как нельзя более некстати была...

История русского египтянина Омона Кривомазова, которого папаша, отставной мент и алкоголик назвал так, чая для сына милицейской карьеры - с таким именем далеко пойдешь! Не имея представления ни об орфиках с их метемпсихозом, ни даже о теории инкарнаций, он сильно удивился бы, скажи ему кто, что омонимически приманенный именем Амон войдет в душу кривомазовского мальца стремлением к Высокому небу. Однако вышло так, мальчишка подрос и стал мечтать о космосе. И сильно удивился бы, скажи ему кто, что это не тяга к полету как таковому, но в большей степени тоска по гармоническому упорядоченному мироустройству, которое первоначальное значение этого слова, в противоположность хаосу реальности, данной в ощущениях. Семантика порой играет с нами жестокие шутки.

Пересказывать роман объемом меньше двух сотен страниц было бы глупостью, к тому же жестокой по отношению к тем, кто возьмет эту книгу и прочтет, а лучше - послушает, я в этот раз слушала в исполнении Михаила Горевого. Со времени первого раза много воды утекло, изменилось время, изменилась я, и теперь это была совсем другая книга, умная, тонкая, всклянь налитая горькой нежностью к нам, бывшим советским детям. И ненавистью к тем, кто переплавлял их веру в дерюгу, кирзачи и телогрейки подземного космоса.

Я сейчас в чатике однокурсниц педа прочла восторженное описание одной из нас своего дня рождения, проведенного под девизом "Назад в СССР", с музыкой и едой из 70-х, с гостями, которые оделись по моде того времени, с пионерскими галстуками и мороженым в хрустящих вафельных стаканчиках, и какая у нас была прекрасная страна. И я подумала: как странно, у всех нас был свой СССР, чуть отличный от того, что у других, однако мой ближе к пелевинскому.

А ваш?

Тот случай, когда нет сил молчать о прочитанном, но и сказать нечего. Нечего не потому, что книга не понравилась или книга ни о чем, наоборот! Это взрыв мозга, это фейерверк образов и мыслей. Это несколько граней, находящих одна на другую. Это безысходность и абсурд. Это постмодернизм.

К знакомству с Пелевиным я шла очень долго. Когда я училась в универе, Пелевин был очень модным писателем среди моих знакомых и на волне юношеского максимализма я решила обойти его стороной) Но с годами он все чаще и чаще попадался мне на глаза и я поняла, что ситуацию нужно исправлять.

И, воспользовавшись советом, я начала с его повести "Принц Госплана". Саша - принц Госплана. Он бежит, подтягивается, проскальзывает через ловушки, наращивает жизненную силу с помощью кувшинов, переходит с уровня на уровень и имеет цель спасти принцессу. Саша работает в Госплане, носит бумаги на подпись, тихо ненавидит начальника, старается не пересекаться с коллегами по цеху и имеет цель... спасти принцессу. Мир виртуальный и мир "настоящий" сплетаются в тесный абсурдный клубок, где на выходе из метро тебя может разрубить напополам, где американцы поставляют оружие стражникам лабиринта в чалмах и с ятаганами, где всегда можно сохраниться и начать гонку в колесе по новой, и где принцесса может оказаться тем, чем окажется. Абсурдно. Прекрасно. Феерично. Тоскливо. Буду читать еще.