Цитаты из книги Пирамида. Амазония

Латинский - такой странный язык. Одно-единственное слово может изменить весь смысл.

- Вон тот человек убил нашего коллегу, а затем одурманил и похитил нас. Сколько заповедей, не считая международных законов, он нарушил?
- Мирские дела нас не волнуют. Отец Карлос - воин армии Господней и стоит превыше любых международных законов. Что касается души отца Карлоса, не беспокойтесь: он исповедовался и его грехи отпущены.

Инки обожали кровавые обряды, многие из которых включали в себя обезглавливание и принесение людей в жертву.

- В то время как мне достаточно одной веры, подозреваю, что вам понадобится больше конкретных фактов. Мне кажется, что, как и апостолу Фоме, вам захочется вложить персты в раны Христовы, прежде чем поверить в то чудо, которое вам предстоит узреть.

Инки считали пупок средоточием силы и верили, что когда-то он соединял физическое тело человека с богами мироздания.

Мозг вырабатывает значительное излучение, вполне измеримое. Ещё в семидесятых годах эксперименты в России и в ЦРУ показали, что определённые личности способны манипулировать предметами или влиять на фотоплёнку одной лишь силой разума.

Вера должна выдержать испытание наукой.

Простить себя за то, что остался жив, труднее, чем столкнуться со смертью. И справляться с этим приходится в одиночку.

Мертвые не завидуют живым.

Когда идешь в джунгли, знания и подготовка могут решить, жить тебе или умереть.

Все обладают свободной волей. Именно она губит или спасает нас.

Не стоит жить так, словно ты умер

Поверь во что-нибудь искренне, и другие поверят.

Зная, что за красотой притаилась смерть, он уже не испытывал к золоту прежнего вожделения.

Там, где не помогали слова, помогало простое человеческое прикосновение.

... не так-то просто разобраться в себе самом, да еще суметь это выразить.

Интересно, что хуже - выносить пытки или наконец расколоться?

Сэм выпрямился.

– Норман, тебе нужно было стать не журналистом, а поэтом.

Его приятель вздохнул и предложил:

– Просто попробуй слушать сердцем.

Сэм нарочно подчеркнул свой техасский акцент, зная, что это режет слух коренному бостонцу Норману:

– Что я сейчас слышу, так это свой желудок. Но он как раз ничего не говорит, а только намекает, что пора обедать.