Вы, конечно, шутите, мистер Фейнман!

Это была блестящая идея. Ты не несешь ответственности за то, чего ждут от тебя другие люди. Если от тебя ждут слишком многого, то это их ошибка, а не твоя вина.

Однажды он велел мне остаться после уроков. «Фейнман, — сказал он, — Вы слишком много болтаете и шумите. Я знаю, почему. Вам скучно. Поэтому я дам вам книгу. Вы сядете на заднюю парту, в углу, и будете изучать эту книгу. Когда Вы будете знать все, что в ней написано, Вы можете снова разговаривать».

Мне свойственно такое отношение, что произойти может все, что угодно, а не то, что, как вы уверены, должно произойти.

Массачусетский технологический был хорошим институтом, но Слэтер был прав, рекомендуя мне перейти в другое место для дипломной работы. Теперь и я часто советую своим студентам поступить так же. Узнайте, как устроен остальной мир. Разнообразие — стоящая вещь.

Люди часто думают, что я обманщик, но я обычно честен, в определенном смысле, причем так, что часто мне никто не верит

Вам чаю с молоком или с лимоном, мистер Фейнман? — это миссис Эйзенхарт разливает чай.
— И с тем, и с другим, — отвечаю я, все еще выглядывая место для себя.
И вдруг слышу:
— Хе-хе-хе-хе-хе. Вы, разумеется, шутите, мистер Фейнман.
Шучу? Почему шучу? Что уж такого смешного я сказал? Впрочем, я сразу же понимаю — что. Таков был мой первый опыт по части чаепитий.

Мы должны по-настоящему всмотреться в неработающие теории и в ту науку, которая наукой не является.

Не рассказывайте ему ровно ничего, -велел босс. -Если он решит, что разбирается в нашей работе, то начнёт распоряжаться, приказы отдавать, и вся работа попросту встанет.

Зато я сразу понял о биологии одну вещь: в ней легче лёгкого найти очень интересный вопрос, на который никто не сможет ответить.

В общем, как и в любой истории о философах, всё дело закончилось полнейшим раздором.