Пиппа проходит

Часы медлительны, торжественны и сини,
Где помощь стойкую и благо мир найдет, —
Минуты солнечные, мчащиеся ныне,
Когда земля в игре свершает свой полет, —
Да будут все моими!

Да, как ты, Уго, заметил, погода мягка и совсем не похоже на зиму, но я сицилианец, ты знаешь, и дрожу во время ваших здешних июлей: конечно, однажды летом в Мессине, когда мы, священники, шли в Вознесенье процессией через большую
площадь, ты мог бы видеть, как внезапно самые толстые наши восковые свечи вдруг переламывались пополам, каждая как падающая звезда, и таяли густым воском.

Меня еще полюбишь ты!.. Я жду,
Когда любви прозябнет хмель:
Июнь взрастил цветы в твоем саду,
Но сеял семена апрель.
Я сею сердце полное — ну, что ж,
Одно зерно поборет тьму,
Его цветка ты, верно, не сорвешь,
Быть может, склонишься к нему!
Ты поглядишь на место средь кустов,
Где похоронены цветы.
Твой взгляд? — Он стоит тысячи трудов.
Что смерть? — Меня полюбишь ты!

Бог рад, что человек так любит мир.
Я вести о земле снесу всем мертвым
И о закатах, о великих звездах,
Видавших первыми, как отливает
Пурпурная волна, что гонит солнце, —
О лунах с их горящим острым краем,
О льне застывшем, что стоит и жадно
Лазури ждет, днях мартовских, когда
Двойная радуга связала бурю;
И майских, желтых от луны, ночах —
Они ушли, но я в душе храню их!

Управляющий. Чего мне ждать? Вы накажете меня.

Монсеньор. Должен наказать тебя, Маффео. Я не имею права пропустить такой случай. Мне надо искупить целые века преступлений, и у меня всего месяц или два жизни, чтобы сделать это!

Мы встретимся, быть может, — мир широк…

Сегодня ж мне позволено идти
Разыгрывать моих фантазий гаммы;
Ведь могут чудеса произойти,
И названа я буду именами
Счастливейших, что можно здесь найти!

Нам неизвестный остров в дальнем море!
Как бог, идущий в мире, там стоит
Гора, мгновенье сумраком одета,
Где братства кедров нежно примут нас —
И ты всегда со мною, взор во взоре —
В моих объятьях, как сейчас — сейчас!
О, неизвестный остров в дальнем море!
Нам неизвестный остров в дальнем море!

Да, форму отыскать в матерьи грубой —
Искусство, душу вызвать же из формы
Ничто? Вот новая моя душа!

Лежали мы в лесу, ты помнишь?
Вверху бежала ищущая буря,
И временами яркий белый свет
Горел сквозь крышу сосен — тут и там,
Как будто бы посланец Божий в чащу
Вонзал свое оружье наугад,
Сочувствуя виновным; и разлился
Тогда над нами гром, как море —