Стихотворения

Бродский вообще симпатичен. Весь, как мне кажется, не только своими стихами, которые больше похожи по форме на прозу, но которые всё-таки стихи, но и сам по себе, как человек. Симпатичен и харизматичен, в том числе и в этой книге. Хочется возвращаться и перечитывать. А это не так уж часто случается, но хорошо, что всё-таки случается.
Вот, например, вот такое вот "обычное", кажется, начало:
"Августовские любовники,
августовские любовники проходят с цветами,
невидимые зовы парадных их влекут,
августовские любовники в красных рубашках с полуоткрытыми ртами
мелькают на перекрестках, исчезают в переулках,
по площади бегут..."
и вот такое вот не очень обычное окончание:
"...Новый вечер шумит, что никто не вернется, над новой жизнью,
что никто не пройдет под балконом твоим к тебе,
и не станет к тебе, и не станет, не станет ближе
чем к самим себе, чем к своим цветам, чем к самим себе."

«Понимаю, что можно любить сильней…»

В сборнике стихов мне всего больше понравилась Нобелевская лекция:

С самими стихами вышло похуже. Я вне всяких сомнений восхищена мастерством Бродского, тем, как он обращается с языком… Но вместе с тем он больше уму, чем сердцу; слишком умствующий для меня, и потому холодноватый. Под градом тяжелой артиллерии его изумительных метафор хотелось, признаюсь, скорее «впасть к концу, как в ересь, в неслыханную простоту» (Пастернак) – хотелось от книжки отказаться, бросить, не дочитать. Ну не резонировали струнки внутри меня на бродские строчки. Я действительно понимаю, что его «можно любить сильней», но людям иной, видимо, нежели у меня, душевной формации; не хуже – а просто иной. Ну ничего не захотелось мне оставить себе из целого сборника, за исключеньем пары-тройки коротких отрывков, например:

Ооооочень люблю этого поэта. До того как я стала читать стихотворения Бродского, мне нравились Лермонтов, Левитанский. Но после его стихотворений все остальные кажутся слишком академическими и "правильными". Я не встречала у других такой силы - и такой красоты. Есть поэты, стихотворения которых прекрасны по форме; есть поэты, чьи стихотворения мудрые, умные. Но такой потрясающей мощи и сочетания безумной красоты (именно безумной) и глубины содержания (как будто заглядываешь в свое подсознание) нет ни у кого.