Роман автобиографический (для подтверждения достаточно сравнить описываемые события с биографией автора), но Валентин Пикуль решил подать его не как мемуары, воспоминания или дневник, а как чужую историю, для чего придумал сложную схему изложения. Начинается повествование с интервью: автор встречается с бывшим юнгой Савкой Огурцовым, который и является главным рассказчиком. Это он "как бы" диктует условия, даёт названия частям книги, а заключительную главу решает написать самостоятельно. В результате такой задумки, каждая часть (а их в книге пять) предваряется разговором с Огурцовым и завершается эпилогом в его же исполнении. Эти прологи и эпилоги вырывают читателя из центральной истории, позволяя заглянуть в будущее некоторых героев и самого автора.
Основное повествование Пикуль отдает Школе юнг, подробно описывая жизнь и устройство, будни и праздники. Да, праздники тоже случались, кроме основных занятий, будущие юнги занимались в самодеятельности, закалялись в холодной озерной воде, много работали вручную, радовались введению погонов, проходили практику на парусниках, сдавали экзамены на знание предметов и знание жизни... Не было у мальчишек только каникул. Потому что шла война. Положение на фронте писатель дополняет исторической хроникой ТАСС.
Начиналось всё с Соломбалы, куда Савка с матерью добирались из голодного Ленинграда на встречу с отцом. Увы, мама до встречи не дожила... Именно там, в Соломбале, Савка узнал о наборе в первую Школу юнг. Он так любил море и корабли, что решил всеми правдами и неправдами поступить в неё.
Когда всех учащихся переправили на Соловки, то оказалось, что Школы юнг не существует: "Имеется лишь вот эта бывшая тюрьма, приютившая юнг за своими решетками. В лесу домик санчасти. Бывшая гостиница для богомольцев, где разместилось начальство. И все. Школы же и жилья – н е т…"
Новая жизнь учащихся начиналась со стройки. Жилые землянки, учебный комбинат, флотскую базу – всё приходилось делать своими руками. В труде не раз подтверждалась русская поговорка: глаза боятся, а руки делают.
Позже будущих юнг разделят по специальностям: боцманы, радисты, рулевые. Юнга Огурцов через всю жизнь пронесёт любовь к гиростатам. О них в книге будет много интересного. Пикуль заверяет, что технические и специальные термины он умышленно упростил, но их в книге достаточно. Морской дух почувствует каждый читатель. Почувствует и красоту Соловецких островов с их древней историей.
А в глуши острова величаво покоятся десятки озер – красоты удивительной! И веками висит над лесом тишина, освященная древностью. Лишь бьется о берег море, гудят вершинами рыжестволые сосны да чайка, пролетая над озером, крикнет – и отзовется крик птицы над островом печально и одиноко…
Основная история Школы юнг занимает всего два года. Начинается она летом 1942 года, когда Савке только исполнилось четырнадцать, а заканчивается службой шестнадцатилетнего героя на одном из эсминцев Северного флота.
На память об этой юности остались две ленты – одна с именем эсминца, а другая – юнговская… Со смешным бантиком!
Нашлось в этой короткой юности место труду и учёбе, ошибкам и подвигам, дружбе и привязанностям.
Взросление героя пришлось на трудные военные времена, но и в них находилось место для радости, побед и праздников. Одну из рассказанных историй решила сохранить на память.
Но вот однажды московский скульптор вылепил для Севастополя памятник матросам-черноморцам, павшим за революцию. Вылепил как надо: бескозырки набекрень, клеши – юбками, бушлаты нараспашку, а на лоб каждого свисает громадный чуб. Ладно! Построили гарнизон, играл оркестр, говорили нам разные речи, а мы кричали «ура». Сдернули с памятника покрывало. Комендант посмотрел – нарушена форма одежды – и сказал командующему флотом так: «Или я – или они!»
– И убрали памятник? – охали юнги. – Или самому коменданту по шапке надавали?
– Все осталось на месте. Но командующий флотом вызвал из Москвы скульптора. Дико ругаясь, тот отпилил матросам чубы, стамеской обкоротил им клеши, а бушлаты застегнул на все пуговицы. Памятник сразу стал хуже, зато комендант успокоился… Так устав победил творческое вдохновение!
Аудиокнигу прослушала в исполнении Владимира Сушкова. У актёра классический стиль исполнения, который я стала ценить в последнее время (излишняя эмоциональность и голосовые модуляции часто мешают воспринимать текст). Голос Сушкова отлично вписался в образ главного героя, но чтение мне казалось замедленным, поэтому немного ускоряла. Качество записи желает лучшего. Некоторая глухость звука в начальных главах перешла в помехи и прерывистость к концу. Но менять чтеца не стала.
Длительность: 11:51:20
98 понравилось
