Гримус. Сатанинские стихи

Ух, ну вот и все. Это был долгий путь, это было нелегкое чтение, да и бог знает, что это вообще было.

Шумиха вокруг романа успешно прошла мимо меня (сыграли роль время рождения и абсолютное отсутствие интереса к подобным темам у родных и близких), и узнала я о его существовании, можно сказать, случайно. Я большой поклонник специфического оформления некоторых книг издательства «АСТ», и автобиографический роман Рушди «Джозеф Антон» сам прыгнул мне в руки, ибо отличался как раз таким оформлением. В нем автор подробно описывает свои невеселые приключения после выхода «Сатанинских стихов» - преследования его и его семьи, бесконечные угрозы, теракты, постоянный страх и завидное упрямство. Рушди в ответ на фетву иранского лидера как бы сам на себе поставил штампик с надписями «Невиновен. Что хочу, то пишу. Буду бороться за роман, и точка». После ознакомления с этой историей как-то само собой разумеющимся казалось прочитать книгу, вызвавшую всю эту бурю, и вот, наконец, я это сделала.

Что же это за книга? Попробуйте вбросить в один сосуд две культуры, британскую и индийскую, мусульманство во всем своем объеме (при таком раскладе, согласитесь, без Корана не обойтись), реальный мир и древний, ангела и дьявола, бытовые склоки на фоне прямо-таки магических событий, и все это под бодренькую музыку современности, – так вот, смешайте все это, встряхните как следует, и получите нечто похожее на знаменитый роман Рушди, в котором два актера, Джибраил Фаришта и Саладин Чамча, после авиакатастрофы, где они остаются единственными выжившими пассажирами, обретают явные признаки чудесного перевоплощения. Когда начинаешь слышать голоса в голове – еще куда ни шло, ну, возможно, шизофрения или что-то вроде того. Нимб – тоже не беда, возможно, показалось. А вот когда у тебя прорезаются рожки, а ступни заменяются копытами – э, нет, от этого уже просто так не отвернешься. Хотя можно попытаться. Люди нынче на все способны: и посмеяться над дьяволом, и, стоя в пробке и будучи в раздражении, проигнорировать глас ангельский. А то и проехаться по самому ангелу.

Такая вот история. Местами забавная, но в забавности своей до боли серьезная и избитая (что, в общем, совсем ее не портит) – столкновение культур и времен, вера и неверие, добро и зло, у Рушди оказывающиеся (и это правильно) весьма расплывчатыми понятиями, наконец, возвышенная религиозность, ужасающее мракобесие и робко выглядывающий из-под этого атеизм. Все это смешано, размешано, наброшено кое-как на страницы и – любо-дорого смотреть – стянуто одной тонкой, нигде не рвущейся ниточкой.

Но чтение это непростое. В частности, это как раз та история, к которой, если вы не знакомы с мусульманской культурой, должен прилагаться словарь и черт знает сколько примечаний, разъясняющих то и это. Конечно, как и, в принципе, любую книгу, ее можно понять и без этого, но ведь тогда останется незамеченным огромное количество тонкостей, колкостей и намеков, подброшенных, так сказать, в исконно рушдивском стиле, а это преступно. Поэтому перед чтением этого романа нужно морально подготовиться – это не то произведение, которое русский человек может почитать вечерком после работы на диванчике под одеялом, в блаженном полусне. Но, пожалуй, затраты времени и сил в данном случае вполне оправданы.

А в заключение этой рецензии – маленькое замечание-намек. В «Джозефе Антоне» Рушди описывал момент, как однажды, уже после отмены фетвы, к нему подошел человек, кажется, некогда участвовавший в протестах против «Сатанинских стихов» и сказал, что, мол, я вот только прочел вашу книгу и не понял, из-за чего был весь сыр-бор.

Тут надо вспомнить тот самый штампик, которым Салман Рушди себя отметил. Ну, нет, дорогие мои. Даже неискушенному оку понятно, что без этого самого сыра-бора было не обойтись.

Ну да что сделано, то сделано.

Этот роман я хотела прочитать, наверное, больше 10 лет, я пыталась много раз начать и на первой главе бросала, отношения с романом совершенно не складывались. Потому что открыв первую главу, помимо самого текста, на тебя обрушивается несметное количество комментариев, на странице их может доходить до 7—8 штук, какой уж тут роман, после пары страниц такого текста, ты просто окончательно запутываешься и понимаешь нет, пожалуй я вернусь к нему позже. Предприняв очередную попытку, продраться сквозь первые главы книги (в этот раз я их пересчитала - 11 штук, 11 ШТУК комментариев), сквозь огромное количество ненужных уточнений, я сделала единственный правильный вывод, порядком от них устав, просто их не читать, тем более на понимание текста это никак не повлияло. Просто не всегда эти комментарии были необходимы, пятка Диониса (утрирую), от имени Дионис, спасибо кэп, без тебя бы никто не догадался. Несмотря на это, я с большим уважением отношусь к смелости переводчиков, я и себе хотела лоб зеленкой намазать пока читала, чего уж тут, но обошлось без крайних мер. Так что от всей души я благодарю себя лично, что я эту книгу осилила и не бросила в очередной раз.

Для меня это была первая книга автора, так что я не особо представляла с чем мне придётся столкнуться, аннотация на просторах сети, кроме как жанра магический реализм и уточнения, что книга об эмигрантах, ничего про сюжет не рассказывает. Может оно и к лучшему, потому что язык и слог Рушди красивый, но сложный, как индийские росписи хной, похожий на кружева со множеством завитков и закруглённых узоров, не влюбиться в который просто невозможно. Я люблю такие сложные истории, где реальная жизнь переплетается с мистикой, где третьи силы подталкивают людей к тем или иным поступкам, все это на фоне на красочных декораций, нарисованных автором. Тебе протягивают руку, ты ее берешь и следуешь за рассказчиком, переживая вместе с героями их жизни, опускаешься на дно, страдаешь, плачешь и радуешься. Когда мысли автора находят отклик в твоих собственных мыслях, ты априори испытываешь симпатию к автору, пуская его в свое сердце и делая его своим другом.

Сюжет вроде бы не очень сложный, во время авиаперелета в Лондон, самолёт подрывают террористы, и два главных героя, единственные выжившие, во время своего падения претерпевают странные изменения, приземлившись один вообразил себя архангелом, второй самим дьяволом. И вот здесь начинаются сложности, потому что с момента приземления история развернётся на такие просторы, что не всегда будешь успевать переключаться с одной локации на другую. Понятно уже, что сам роман не просто так завязан на религии, хотя автор вполне мог использовать любую другую, помимо ислама, не столь категорично относящуюся к вымыслам и упоминаниям в художественной литературе объектов культа. Но именно во время изучения истории ислама и появился сюжет «Сатанинских стихов». Своего рода вызов всем религиям одновременно, как несогласие с религиозными заблуждениями, слепому поклонению религиозным канонам, в том числе терроризму, такому бессмысленному и кровожадному.

В попытке прочувствовать божественную природу вечных противников Бога и дьявола, герои балансируют на грани жизни и смерти, погружаясь в пучину бессознательного, не всегда понимая, где явь, а где сон, возвращаясь то в прошлое, то в настоящее, разрушая жизни близких людей и себя, в том числе, утягивая с собой на дно. И сатанинские стихи, как очередной призыв к погружению в прошлое, а может к настоящему, как песня будут звучать и сопровождать героев на протяжении всего романа, погружая в транс и читателей тоже. Правда иногда автор так увлекался бессознательным, что забывал про читателя и переходил на разговор с самим собой, оставляя тебя за рамками истории и ты чувствовал себя третьим лишним. Будто подслушиваешь что-то, не предназначенное для тебя, но такое интересное и манящее.

Роман действительно похож на кружево, в красивый узор которого вплетаются автором, самоубийственная и жертвенная любовь, красивая картинка мира кино, с одной стороны, как Болливуда, так и Лондона, а с другой обратная сторона с внутренней кухней и закулисными интригами, потеря своей целостности, как личности, в отрыве от корней и ассимиляцией в новой стране, одиночество, неприятие людей, отличающихся и выбивающихся из общей массы своей индивидуальностью, истории прошлого и настоящего, смерть и возрождение. Потрясающая по структуре и масштабу трагикомедия, чтобы люди услышали, не важно, что происходит в твоей жизни, неважно кем ты себя считаешь, пусть даже тебя приговорят к смерти, самое важное это сохранить в себе человеческие качества и зачатки здравого смысла, потому что люди могут извратить и превратить в орудие уничтожения и преследования, даже благие поступки, следуя за какой-то одной им ведомой идеей.

Уи-уи, мамочки, какой восторг! Я прямо попала на седьмое небо читателя-любителя магреализма. Какая прелесть, какая прелесть! Здесь все очаровательно, и сюжет, и язык, и посыл, и фоточка Салмана Рушди на последней страничке. Но обо всем по порядку.

Сразу скажу, что я давняя поклонница творчества господина Рушди и с нетерпением ожидала нашего нового свидания. И вот оно состоялось, и какое! Ух!.. Самое главное здесь, что "Гримус" - дебютное произведение, а гений мастера уже налицо. И так как эта книга - своеобразные сюжетные качели от обычной бытовухи до дарк-фэнтези и обратно, то я даже затрудняюсь сказать, в чем Рушди лучше. Ему всё удается!

Главный герой, индеец из племени Аксона по имени Летящий Орел, выпивает эликсир бессмертия. Впереди его ждут 777 лет странствий и приключений, и неискушенному читателю может подуматься, что об этих-то странствиях и приключениях и будет роман. Но Рушди, конечно же, не так прост! 777 лет пролетят как сон, а для читателя воплотятся в нескольких абзацах. Прожить бесконечно долгую жизнь нелегко, но гораздо сложнее от нее избавиться. Именно к избавлению от бессмертия будет стремиться герой всю книгу, ну а мы будем сопереживать его терзаниям, мучениям и неудачам. Зацените, кстати, иронию: остаться в живых=потерпеть неудачу, добиться своего=умереть. Каков Рушди, а? Обожаю его за это!

Я уже упоминала сюжетные качели: от самого реального реализма до самой магической магии. На самом деле, перед нами просто потрясающий микс: семейная сага, роман воспитания, авантюрно-плутовской роман, страшная сказка, околонаучная фантастика - всего и не упомнишь! Глаза разбегаются и при виде персонажей и локаций. Они как будто позаимствованы, но не из других произведений, меньше всего я бы хотела обвинить Рушди в плагиате, ни боже мой, а из архетипов этих произведений. Архетипичный салун, архетипичный бордель, архетипичный карлик-ученый, архетипичнаая аристократическая семейка (к слову, русская!), архетипичнейший колдун на вершине горы. У любого другого писателя все они могли застыть в картоне, но только не у Рушди. Здесь все эти извлеченные из сундука маскарадные костюмы и театральные декорации внезапно обретают плоть и кровь. И будьте уверены, кровь прольется.

Находясь в полнейшем восторге, можно сказать, заходясь от восторга, не могу определиться, нравится мне больше Рушди-реалист или Рушди-сказочник. "Гримус" - дебют, но я, знакомая с "Землей под ее ногами" и "Детьми полуночи", уже знаю, что обе ипостаси мастера будут развиваться и эволюционировать. Самый реалистичный эпизод здесь - пребывание Летящего Орла на содержании у престарелой богачки. Повеяло Фицджеральдом. Самый фантастический - мыслящие камни с планеты Терра, способные силой мысли перемещаться во времени и пространстве. Повеяло Фрэнком Гербертом. Я повторюсь: никакого плагиата, но просто сравните творчество Фицджеральда и Герберта. Сложно найти двух более непохожих авторов, а здесь это всё объединено, да как органично, как гармонично! Рушди - один из лучших, если не лучший, в области магреализма. То, с чем мы сталкиваемся каждый день, и то, чего мы даже не можем вообразить, здесь с легкостью становятся единым целым.

Но не сюжет, не язык, не стилистика и не композиция делают книгу. В "Гримусе" всего этого навалом, но есть здесь кое-что еще. Здесь есть жизнь, здесь есть душа. Здесь полно умных мыслей, которые хочется додумывать вслед за автором. Я для себя вычленила несколько. Первая: все люди неблагодарны. Неважно, что ты для них сделаешь, приютишь ли после кораблекрушения, построишь ли удивительный город или вовсе наделишь вечной жизнью, люди все равно будут недовольны и будут ныть. И чем больше будет твое благодеяние, тем больше они будут недовольны. Потому что мало дать им эту вечную жизнь, надо научить их, что с этой жизнью делать. Я вас умоляю, обычных людей едва хватает на средние семьдесят лет, а тут вечность.

Вторая: будь скромен в своих желаниях. Ведь может так случиться, что желаемое ты получишь, а потом не будешь знать, как от него отбрехаться. Вообще, к любому решению надо подходить ответственно. Ведь смотрим мы налево или направо, прежде чем перейти через дорогу, а тут люди хлестали эликсир бессмертия, словно пиво на вечеринке. А потом удивлялись: и что мне с этим делать? И, конечно, были недовольны. Смотри мысль первую.

Кстати, я тут должна была изображать восторженную феечку. Ага, я действительно в восторге, но где-то в процессе анализа прозы Рушди феечка сдохла. Щас мы ее реанимируем.

Ах, у меня в зобу дыханье сперло, когда я дочитала до конца! Все загадки разгаданы, из всех ружей постреляли, все точки поставлены. Безусловный хэппи-энд, случившийся в последней строчке, буквально. Я преклоняюсь перед писательской смелостью: завершить книгу именно в последнем предложении. Никаких тебе эпилогов и послесловий, кульминация, развязка и финита. (Вставай, блин, феечка, хватит прикидываться дохлой!) Планшет я опустила с отпавшей челюстью. Изумительно, просто изумительно!

Практически вся в собственной восторженной слюне и розовой моче единорога, я признаюсь Салману Рушди в искренней и пламенной любви (в вечной на всякий пожарный не буду). Он просто нереально крут.