Цитаты из книги Кнопка и Антон. Проделки близнецов

Но от перемирия к миру путь еще долог. Даже у детей.

Мать - это лекарство, которого ни в какой аптеке не купишь!

Но работающие женщины вообще слишком мало знают о своих детях.

- Лизелотта, ты сделала из послушного маленького существа домашнюю хозяйку, а не ребенка.

Мать — это лекарство, которого, ни в какой аптеке не купишь!

Настоящие, замужние женщины… они слишком уж считаются со своими мужьями! А на самом деле важно только одно — счастье детей!

Мой ребенок, — заявила фрау Кернер, — должен быть ребенком, а не маленьким слепком взрослого человека.

Я желаю каждому из вас иметь настоящего хорошего друга. И еще желаю всем вам не упустить случая доказать ему свою дружбу, но втайне от него самого. Спешите сами узнать, какое это счастье – делать счастливыми других!

И мать простила ее. Исповедь была долгой и многословной, а отпущение всех грехов кратким и безмолвным — взгляд, поцелуй, а большего и не требовалось.

Решимости может хватить, чтобы прыгнуть с высокой башни, но чтобы приготовить лапшу с мясом, недостаточно только силы воли.

Материнский долг – сколько бы ни было с ребенком забот – состоит, прежде всего, в том, чтобы ребенок как можно дольше не покидал радостную страну детства!

...На свете есть очень много разведенных родителей, и очень много детей, которые от этого страдают! Однако, есть очень много и других детей, которые, наоборот, страдают от того, что их родители не разводятся!

«Большинство людей выбрасывают свое детство как старую шляпу. Забывают, как устаревший номер телефона. Раньше они были детьми, потом стали взрослыми, но кто они такие теперь? Только взрослый, сохранивший в себе ребенка, может считаться человеком». Эрих Кестнер

— Столько счастья сразу! — Она прижимается к нему. — Безусловно больше, чем мы заслуживаем, — говорит он вполне серьезно. — Но не больше, чем мы сможем перенести!

— Вот они, эти взрослые, — сказала она своему другу. — Мы должны все уметь, считать, петь, вовремя ложиться спать и кувыркаться, а они сами во всем этом ни в зуб ногой!

– Слишком много волнений, – пожаловалась она. – Господа, вы не соблаговолите увести отсюда этого грабителя? Он страшно действует мне на нервы. – Вы мне тоже! – пробурчал Роберт-Дьявол.

Если человек не хочет врать, то никакая сила на свете не сможет его к этому принудить.

Никогда бы не поверила, что такое возможно! Что упущенное счастье можно вернуть.

Шмитц так ущипнул Праманна, что тот свалился с парты. Господин Бремзер спросил, что случилось. А Праманн сказал, что у него, кажется, завелась блоха или даже две. А тут Шмитц как вскочит, как заорет, что он не желает сидеть с человеком, у которого блохи. Ему, мол, родители не позволяют.

Жизнь – штука серьезная и трудная. И если люди, у которых все хорошо, не хотят по доброй воле помочь тем, кому худо, это может плохо кончиться.