Оборотни

Тэффи - "королева русского юмора". Жизнь героев рассказов Тэффи наполнена приметами и предрассудками. Но иногда призраки оживают. И тогда появляются настоящие водяные, ведьмы, лешие и прочая нечисть, а действительность превращается в кошмар... В сборник вошли рассказы "Ведьма", "Вурдалак", "Домовой", "Лешачиха", "Домашние", "Банный черт", "Русалка", "Оборотни", "Ведун", "Водяной" и другие.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

61 оценка

5
48%
4
44%
3
7%
2
0%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 68Хотят прочитать 129

Рецензии

AntesdelAmanecer
2 октября 2024
Ирония судьбы или снова Тэффи
Страшная рождественская метель с завыванием ветра и облаками до земли, обещающая впереди торжество богатых ёлок с замерзающими у их порога бедными детишками, перевернула все обязательные атрибуты святочных историй и превратила их в настоящий перевёртыш.
В лютую ночь накануне Рождества жутко присвистывающая буря закружила у окошка Надежды Тэффи и вместе со снегом и льдинками рассыпалась осколками страшного крещенского рассказа на письменном столе писательницы. А Тэффи, собрав ледяные осколки, с присущим ей литературным изяществом, который и не снился прочим рождественским фельетонистам, сотворила пресмешную пародию.
Всё смешалось: зима с летом, день с ночью, утро с вечером, деревня с городом, ёлки с палками, а Коля Коньков из бедного мальчика превратился в детину тридцати пяти лет и совсем не бедного. Приехал он в Петербург из своего имения для получения заряда свежести. Но остаться без крова может любой человек, особенно, когда теряет память, не совсем память и кратковременно, в общем, заблудился он немного в похожих меблированных комнатах.
Сюжет, кстати, отдаленно напоминает культовый новогодний фильм "Ирония судьбы, или С лёгким паром!". Не удивлюсь, если узнаю, что Эльдара Рязанова и Эмиля Брагинского этот рассказ подтолкнул к написанию сценария. Приятно представить, что "Страшный ужас" Надежды Тэффи может иметь отношение к советскому фильму, просмотр которого под нарезание салатиков превратился в ежегодный новогодний ритуал.
А что Коля? Хорошо, что у Коли был друг Палкин. К нему и отправился отчаявшийся Коля. Тот выручил. Правда не совсем он, а кто не так важно. Важно, что это, и правда, смешно.
Читать далее
79 понравилось
0
708
litera_T
18 марта 2026
Аууу...
Интересный сборник со страшными рассказами у Тэффи... И снова я к нему вернулась, немного окунулась в настроение мистики славянской мифологии. А может быть и не такой уж мифологии? Не бывает дыма без огня, а выдумок без правды. А вокруг нас много всяких миров, которые видят лишь некоторые... Так что, лешии, домовые и прочая нежить, как говорит Тэффи, обитает где-то около, между нами и иногда даже проявляет своё присутствие. Вы в это верите? Нет? Ну и не надо, так спокойнее. А видят это, например, животные и некоторые пьяные. Как там говорится - "напился до чёртиков..." Сидит такой пьяный и смахивает с плеч нечистую...
Лешачихой звали дочь вдового графа солидного возраста, который имел длинный ноготь на мизинце, усадьбу с прудиком, где плавал лебедь и ещё одну дочку. Лешачиха была слишком бела, слишком румяна и очень черноброва. Она имела суглобую фигуру и странные повадки, которые пугали детей. Одним словом, рассказ, нарисованный глазами ребёнка, выглядит одновременно мило - наивным, но и жутковатым даже для взрослого человека, на мой взгляд.
Ну хорошо, Ядя болезненно любила отца и была странной отшельницей, которая ненавидела свою вновь прибывшую сестру в силу ревности. И может это не она издавала странные звуки в лесу и не купалась в пруду по пояс в шерсти. И всё это домыслы и народные страшилки. Но ведь кто-то убил деревом сестрёнку, а потом свалил такое же позади отца, когда старый граф задумал жениться на молодой прелестной дочке управляющего.. Кто же это сделал и почему такие странные совпадения? А эта концовка со странными взаимоотношениями Лешачихи и её отца? Я заблудилась между строчками, как между деревьями в дремучем лесу намёков...
"Графу ногу зашибло несильно, но испугался он ужасно. Белый стал, как бумага, весь дрожал и сам идти не мог. Тащил его камердинер на плечах, а там уже люди увидели, помогли.
Лешачиха, говорят, у окна стояла и видела, как его внесли, но навстречу не выбежала и только уже поздно ночью спустилась вниз и, тихо отворив дверь, вошла в комнату отца.
Что там было — никто не знает. Только так до утра они и пробыли вместе.
А утром послал граф с нарочным большое, тяжелое письмо молодой панночке Янине и при письме одну розу. И еще послал коляску в местечко за нотариусом, и долго они с нотариусом что-то писали; потом говорили, как будто он добрую часть имения отписал на управляющеву дочку. А Лешачиха все время в комнате была и от графа не отходила.
А на другое утро подали дорожную карету и бричку для вещей, и вышел старый граф с дочкой, с Лешачихой. И все заметили, что граф был белый как мел и голова у него тряслась. Лешачиха его под руку вела. А у самой у нее за одну ночь лицо ссохлось — только брови да усы.
Сели они оба в карету и уехали.
Кучер потом врал, будто граф все дорогу молчал, а Лешачиха плакала. Ну да этому, конечно, никто не поверил. Разве может Лешачиха плакать? Даже смешно!
Поздней осенью по дороге на вокзал проезжали мы мимо графской усадьбы.
Парк стал прозрачным и холодным. Через голые сучья просвечивал дом с забеленными ослепшими окнами.
На веревке, протянутой между строгих колонн подъезда, висели какие-то шубы.
Островок посреди пруда, облезлый и мокрый, казалось, наполовину затонул.
Я искала глазами лебедя..."

Читать далее
54 понравилось
17
440
korsi
31 октября 2011
Самовар в роли привидения. Это не банально.
У составителей этого сборника явно есть чувство юмора. Даже само заглавие: «Тэффи — о страшном и мистическом», — звучит как-то несерьёзно, ну примерно как «Лавкрафт — о Москве 20-30-х годов». Тем не менее, сборник получился любопытный.
Обидно, что в книжке не указаны даты, но как удалось выяснить, здесь собраны рассказы разных лет, и это чувствуется по стилю. В основном же — рассказы из эмигрантского сборника «Ведьма» (1936), объединённые одним жанром — воспоминания о детстве — и одной темой — русская фольклорная нечисть, деревенские суеверия и обычаи. Именно в этих рассказах разворачивается настоящий бестиарий: тут и лешачиха, и водяной, и домовые, ну и конечно же, конечно же, оборотни. Легенды и сказы, приправленные местным колоритом, превосходным, «пряным» языком и лукавым юмором — прелестные вещи, хоть и похожие больше на лёгкие зарисовки-этюды. Моим любимым был и остаётся рассказ «Собака» — простодушная и драматичная история о том, что можно быть оборотнем, и не меняя человеческого облика, а можно и в зверином обличье остаться верным себе и своей любви.
Кроме этих, чисто «готических» вещей, в сборнике есть несколько так называемых «рождественских ужасов», которые по большей части оказываются довольно натужными и странноватыми пародиями. Стоит выделить разве что пару рассказов: «Когда рак свистнул» — фантасмагория в булгаковском духе, и вербная сказка «Чёртик в баночке» — вот от него меня настоящий мороз по коже продрал, такая в этом рассказе запечатана ледяная, декадентская безысходность.
Но всё же главные герои Тэффи — не нечисть, а люди: кратко, но метко выписанные шаржевые портреты. Порой смешные, а порой и совсем не шуточные страсти не бушуют открыто, но угадываются под течением основного сюжета: так, например, на фоне бурного развода родителей с щемящей искренностью показана печальная дружба брошенной девочки с игрушечным барашком («Неживой зверь»), или женщина, измученная страхами перед мифическими волками и не замечающая, что бояться надо лютого деревенщины-мужа («Волчья ночь»).
И, поразмыслив обо всём этом, понимаешь: главный ужас — это не лешаки и полтергейсты, а близорукость и суеверие тёмных умов, вражда и безразличие человека к человеку. Но в этом, к сожалению, нет ничего мистического.
Читать далее
51 понравилось
2
940