Desolation Road

Как-то ночью в два ноль два она перекатилась ни Микала Марголиса и прошептала ему в ухо:

• Дорогой, знаешь, что нам нужно? - Микал Марголис затаил дыхание в предчувствие обручальных колец, детей, мелких латексно-кожаных извращений.
• Стол для снукера.

Предназначение - штука неисповедимая и за хвост ее не поймаешь.

Illuminated from on high, the Babooshka fell to her knees and prayed that the Angel of the Five Vials of Destructions (plague of darkness, plague of hunger and thirst, plague of childlessness, plague of sarcasm, plague of all-devouring mutant goats) might pass from her presence.

Вселенные приходят и уходят, а любовь остается

...не без труда облачаясь в длинную серую куртку-пустынку, он придумал восемьсот шесть причин никуда не ходить. Восемьсот шесть "против", одно "за". Просто нельзя не пойти.

Облака растворились без следа, на наглом синем небе сияло солнце.

— Ты – человек, ставший машиной. Я – машина, ставшая человеком. В душе ты – плоть, вот почему ты все еще носишь наружность человека, ну а я превзошел этот антропоморфический шовинизм. Я – машина в форме машины.

— Эта часть моей жизни закончена, мама.
— Пока ты жив, ни одна часть твоей жизни не закончена. Такова суть жизни.

В полуотскоке Раджандра Дас понял, что миновал стадию, когда был слишком напуган, чтобы бояться, и перешел в великолепное состояние истерической комедии. В разгар бури времени банда террористов защищает термоядерный токамак, питающий неконтролируемую машину времени, и заставляет тебя скакать по всему сталелитейному цеху – что может быть смешнее?

Стена времени взорвалась вовне. Пловцы в невесомости вывалились из воздуха; киты, ангелы и гитаристы исчезли, кипящий дождь унесло пылающим ветром. После времеизвержения все часы остановились и с тех пор уже не ходили, несмотря на попытки их переупрямить, предпринятые последующими поколениями за много километров от дня бури времени.

Нет будущего – нет проблемы.

Одним из таких обманутых окружающих был брат Мортон Кинсана, одержимый странными наклонностями дантист, чей собственнический инстинкт в отношении сестры никого не мог одурачить. Все знали, что он втайне ее желает, и он знал, что он втайне ее желает, и она знала, что он втайне ее желает, а когда столько людей в курсе, говорить о тайном желании не приходится.

– Да ладно, ты правда хочешь думать, что тебя посещают галлюцинации?

– Я правда не хотел бы думать, что меня посещают живые недоеденные овощи.

Я человек простой, мне нравятся простые вещи, такие, как солнце, дождь и деревья. Я не очень-то хочу войти в историю, я видел, что история сделала с Па и тетей Таасмин. Я не очень-то хочу быть состоятельным и значительным, как Каан с его общепитом, я просто хочу быть счастливым, и если это значит, что я никогда никем особенным не буду, так и хорошо.

– С этой частью жизни покончено.