Дерби в Кентукки упадочно и порочно

- Молока мне...в грязном стакане! Парень, нет лучше места для воспоминаний о Хантере Томпсоне чем бар в полумраке и затишье разгара дня. Никакой социальной стратификации, в виду полного и абсолютного отсутствия почвы для расслоения и самой страты) В этой жизни главное собеседник, историй то мне не занимать. О Хантере то я с огромным удовольствием, большой бунтарь был. Времена располагали. Куда его только не заносило, в то же наше Кентукки на дерби. Совершенно бесполезное занятие - явиться накануне, с потертой сумкой на плече, без аккредитации и с английским иллюстратором для бэбиситерства. Святые мученики, которых так любят изображать на полиптихах с житиями, мучениями и канонизациями, гнусно усмехнутся в предвкушении.

Так что я там о дерби вспомнил? Никто Хантеру тот репортаж и не заказывал, чистая импровизация. Тут такая фактура, до самих лошадок он так и не добрался, прикинь, кто скакал, на чем скакал, а уж о победителе ни словечка. Ну, как та история с президентом и двумя интервью, потерялись в процессе. На трибунах веселье в самом угаре, десятидолларовые купюры летают как будто из моды вышли, алкоголь рекой... Свой парень. Лично участвовал, лично распробовал. Закинуться кислотой и провести весь день, шарясь вокруг ипподрома, истерически смеясь над местными? Чтобы потом проснуться с разрозненными мятыми листками в кармане, головной болью и уверенностью в полном провале? Главное без устали лакай мятный джулеп, чтобы копы не замели. Зеркало подскажет кто герой этой истории. Только он мог упасть в шахту лифта, а приземлиться в бассейн с русалками. Говорят, и в плевке можно увидеть отражение солнца...

А уж очерки для журнала писал, мы все рыдали и цитировали. Максимально свободно и с минимумом фактов для опоры. Море сарказма, нецензурной брани и авторского сленга - такой и был наш Хантер. Субъективность как оружие, вовлечь и сделать сопричастным читателя. Он был главным современным анархистом, величайшим бунтовщиком, при жизни одним из «великих», достойным эффигии из самого прочного камня.

"На дерби в Кентукки все склонны к измене..." - фальшиво напевал стоящий на шухере художник Ральф Стедман, в то время как Хантер Сулейман Томпсон-бей пытался упереть аккредитационные журналистские карточки. Путешествие сквозь дебри дерби в лютом алкогольном угаре складывалось в лучших традициях человеконенавистничества и мизантропии. Посмотрите на этих зрителей, эту деревенщину, эту толпу пьяных скотов! Чтобы уцелеть в этом аду, нужно стать как они, нужно нажраться в хлам и полностью потерять человеческий облик! Дерби в Кентукки упадочно и порочно, потому что оно делает нас упадочными и порочными... А что в конце? Да ничего, только автор и заблеванное зеркало.