Дон Кихот. Часть I

Думаю я, что в деле управления самое главное - начало.

Но чтобы тебе стало ясно, насколько ты глуп и насколько я умен, скажу тебе только, что все графини и принцессы, все благородные и прекрасные дамы, которые описываются в романах и воспеваются в стихах, не существуют в действительности. Поэтому их просто выдумывают, чтобы было о ком написать стихи и что бы все считали их влюбленными или людьми достойными любви.

- Если вы на самом деле дьявол, как же вы не узнали рыцаря Дон Кихота Ламанчского, - ведь он перед вами.

• Клянусь Богом и совестью, - ответил дьявол, - я на него и не посмотрел. У меня так много разных хлопот и дел, что о главном я и позабыл.
• Несомненно, - заметил Санчо, - что этот дьявол – почтенный человек и добрый христианин, иначе бы он не стал клясться Богом и совестью. Теперь я начинаю верить, что и в аду можно найти добрых людей.

Только добродетель приносит благородство, и человек скромного происхождения, но добродетельный, заслуживает большего уважения, чем знатный и порочный.

— Я вижу, что вновь жаждет горестей моих судьбина и что она отрезала все пути, по которым какая-либо отрада могла бы проникнуть в наболевшую эту душу, в моем теле заключенную.

...опыт показывал, что если какое-либо приключение кончается для странствующего рыцаря неудачей, то из этого следует, что оно предуготовано не для него, а для кого-нибудь еще, и ему нет никакого смысла искать его снова.

Мой наряд - мои доспехи, в лютой битве мой покой.

- Весь фокус в том, чтобы помешаться без всякого повода и дать понять моей даме, что если я, здорово живешь, свихнулся, то что же будет, когда меня до этого доведут!

...в несчастье обрести человека, который вам сострадает, - это тоже своего рода утешение.

Впрочем я отлично знаю, что нет таких чар, которые могли бы поколебать или же сломить нашу волю, как полагают иные простаки, ибо воля наша свободна, и ни колдовские травы, ни чародейство над нею не властны.