Некоторые дома были покрашены в зеленый и розовый цвета мангового дерева, символа фавелы Мангейра. Честно говоря, лично мне кое-какие из них показались вполне милыми и даже уютными. Но это сугубо личное мнение, видимо, только мое — позднее Карина и Густаво пришли в неописуемый ужас при одной мысли о том, что фавелу можно счесть местом, пригодным для обитания.
— Да ведь из некоторых фавел открываются самые красивые виды на Рио-де-Жанейро! — заявила я, пожав плечам. — Из фавелы Виджигал вообще открывается круговой обзор Атлантического океана.
— Но это же трущобы, — возмущенно замотала головой Карина.
— Трущобы на берегу океана с видом на море. Завтра тут может возникнуть элитный байру.
— Никогда. Это невозможно.
— Почему?
— Просто потому что.
— Что, по-твоему, лучше — жить в вонючей высотке на задворках Копакабаны или в собственном доме у моря с лучшим в мире видом из окна?
— Там слишком опасно.
— Но если бы не было опасности?
— Тебе не понять Бразилию.
— Да, не понять.
Все потому, что у меня нет такого обостренного чутья на нищету, как у них. Это моя привилегия и роскошь, потому что я мотаюсь по миру и эти страны мне не родные.