Рассказы

Сильнейший из "северных" рассказов Джека Лондона, насколько прекрасный в своем гимне жизни, настолько же ужасный в своей реалистичности изображаемых подробностей. Но первый фактор явно перевешивает над вторым, потому что дает надежду на счастливое избавление практически в любой ситуации.

Может быть поэтому смертельно больной Ленин обратился к этому рассказу. Известно, что за два дня до смерти Надежда Крупская читала его Ильичу, и тот очень положительно к нему отнесся. Возможно, он сравнивал главного героя с самим собой, упорно, в одиночестве преодолевающего послеинсультную пустыню болезни, чувствуя леденящий холод смерти, подбирающейся к нему в виде истощенного волка, и надеясь победить своего преследователя.

Пример главного героя демонстрирует истинную значимость жизни - пока ты жив, у тебя есть будущее, есть надежда. Банально звучит "надежда умирает последней", но чем вернее утверждение, тем банальнее оно кажется. Но мировоззренческая банальность превращается в невероятно сложную проблему, когда обрастает плотью реальных событий.

Безымянный герой рассказа оказывается перед необходимостью пересмотра своих жизненных приоритетов, оставшись один на один с дикой природой, полностью отрешившись от наследия цивилизации и морально-этических ориентиров, он становится частью этой природы, только так он может рассчитывать выжить.

Дается герою это нелегко, его еще крепко держат символы цивилизации, тем более, что при нем находится мешочек с золотом. Но здесь - в безлюдном краю - оно не стоит ровно ничего, а вот силы отбирает, его же нужно тащить с собой, истощаясь еще быстрее. И он избавляется от золота, правда, не с первого раза, но это только подчеркивает накал внутренней борьбы и силу выбора - отказаться от когда-то вожделенного, а ныне отягощающего благородного металла.

Зато неимоверно вырастает цена еды - любой еды, дающей силы продержаться еще один день, он не пропускает ничего - грибы, ягоды, лягушки, дождевые черви, пескари, неоперившееся птенцы. Даже останки ягненка, задранного волками... Кажется, что этот человек уже слился с природой - всё, что может быть использовано для выживания - используется. Но судьба готовит еще одно испытание - истощенный герой натыкается на тело своего друга, который бросил его, повредившего ногу, и ушел вперед один, но ему не повезло, его задрали волки.

Герой рассказа преодолел ужасающее желание попробовать человечины, все же человек, а не зверь, в нем победил. Но встреча со зверем ждала впереди - концовка рассказа - дуэль между ослабевшим и изможденным человеком и таким же измученным, больным волком, который идет за ним по пятам, чтобы напасть. Но сил нет уже и у волка, два обессиливших существа сплетаются в последней схватке, тот зверь, у которого оказалось больше сил, победил - человек напился волчьей крови.

Преодоление таких нечеловеческих испытаний не могло быть не вознаграждено - немощного странника подбирает китобойное судно. Но борьба за выживание продолжается и на борту корабля - спасенный набивает сухарями свой матрас, страх перед тотальным голодом оказывается выше здравого смысла. Такое случается с людьми, пережившими муки голода, мне приходилось читать об одном блокаднике, умершим через 40 лет после окончания блокады, все полки на его кухне были забиты сухарями черного хлеба...

Могучий рассказ из северной эпопеи Джека Лондона. У него есть два рассказа, где главные герои носят одно и тоже имя - Киш. Это "Сказание о Кише", рецензию на рассказ я уже писал, и "Киш, сын Киша". Рассказы разные: первый наполнен позитивным смыслом, второй - наоборот.

В "Кише, сыне Киша" Джек Лондон снова поднимает проблему противостояния рас и сохранение морально-идеологической чистоты герметического общества. Вождь тлунгетов Киш влюблен в дочь вождя танана Су-Су. Но отец Су-Су отказывается отдавать дочь за Киша, потому что тот "перестал быть мужчиной". А причиной всему то, что Киш стал приверженцем новой религии, которую принес в тундру миссионер отец Браун (не путать с известным героем Честертона). Браун и его христианство учат не убивать.

Отца Су-Су науськивает шаман Мадван, который понимает, что проигрывает бой за души тлунгетов, а, если позволить эту свадьбу, то и души танана могут отойти чужому богу и Великий Ворон останется без своих воинов. Такого быть не должно, поэтому Кишу предлагают в качестве доказательства своей благонадежности зарезать мальчика-раба, он отказывается, поэтому и ему отказывают в сватовстве. А сама Су-Су говорит, что у него еще остается шанс, если он принесет ей головы троих убитых им людей.

Су-Су предполагала, что Киш ради неё расправится с белыми, но... Но душа Киша долго мучилась, однако предать людей, научивших его новому взгляду на мир, он не смог. А вот выполнить условия Су-Су он выполнил, она же не сказала, чьи это должны быть головы - белых миссионера и торговцев или краснокожих отца и братьев самой Су-Су. Он его даже перевыполнил - вместо трех голов принёс четыре.

Отец Браун проиграл битву за душу Киша, тот отправился прямиком в ад, но индеец, рискнувший нарушить запрет религии ради страсти, предпочел убивать своих соплеменников-язычников, а не детей Христа - западная цивилизация одержала еще одну маленькую победу на большом пути покорения коренных американских народов.

Хронологически в блистательной плеяде "Северных рассказов" Джека Лондона "Белое безмолвие" самый первый рассказ из цикла. Он открывает первый сборник американского писателя, который называется "Сын волка"; в нем есть и одноименный рассказ, но он традиционно размещается на втором месте.

В рассказе четыре главных героя: два американца - Мейсон и Кид, жена первого - индианка Руфь, и Белое Безмолвие. Я недаром написал последнего "героя" с прописных букв, потому что холодный и бесстрастный Север представлен в произведении именно в качестве личности. Это, давящее на психику бесконечное пространство сверкающего снега и льда, мертвой заиндевевшей природы, природы, враждебной жизни в принципе.

Именно потому Джек Лондон и поставил этот рассказ на первое место в сборнике, что он знакомил читателей с этим молчаливым героем всех последующих его рассказов, он знакомил читателей с величественным и безжалостным Севером. Мне кажется, что и сборник логичнее было назвать "Белое безмолвие", это название было бы для него более концептуально, но, возможно, для первой книги начинающего автора такое название показалось издателям несколько метафоричным, а им хотелось побольше конкретики, поэтому для заголовка и был выбран "Сын волка".

Но, вернемся к рассказу. Троица преодолевает долгий путь в "двадцать снов", так по-индейски меряет расстояние Руфь. Муж - Мейсон - хочет показать ей свой мир с большими вигвамами величиной в двадцать сосен, правда для этого нужно переплыть на большой лодке солёную воду, а до того преодолеть на собачьей упряжке "Белое безмолвие".

Но Белое Безмолвие не хочет отпускать людей и делает всё для этого; у них на исходе еда, собаки выбиваются из сил и их тоже нечем кормить. И вот, в этой ледяной пустыне одно из редких деревьев, которое росло, может быть, несколько сотен лет надумало закончить свою жизнь и упасть именно на Мейсона, когда тот остановился, чтобы поправить ремешок на мокасине. Север безошибочно выбрал момент для удара - в заголовок моей рецензии вынесена цитата из этого рассказа.

Мейсон не умер сразу, но оказался так покалечен, что дальше идти уже не мог. Перед путниками встала дилемма: или оставаться с раненым, а еды-то нет, или уходить. А Руфь - беременна. Итак, три жизни против одной, или Север заберет все четыре.

Мейсон настаивает, чтобы друг и жена уходили, они не готовы бросить его умирать одного; решено дождаться его смерти, но проходит день, другой... Если не уйти сейчас, то завтра будет уже поздно, пищи не хватит на оставшийся путь, а Мейсон всё еще жив. Кид согнул две молодые сосны и привязал к ним друга, чтобы после смерти его не съели росомахи и волки. Победить Белое Безмолвие можно только одним способом - убить друга. Убить друга, чтобы спасти его жену и его ребенка...