Повести и рассказы

Как это прекрасно: экзекутор наслаждается комической оперой!
И это, мои друзья, еще не самое смешное. Хотя, я думаю, вы, как и я, уже смеетесь во весь рот и, так же как и я, напугали кота, который отродясь такого смешного смеха не слышал.

Но вдруг...

Ага ага, смешно ведь не только то, что Червяков обрызгал кого-то, смешнее то, что начальник-то чужой, а ему все равно неловко. Сколько в этом философии и сарказма. Цинизма и веселья. Как, мои друзья, как в таком маленьком количестве слов заключено столько смысла?

Я вот знаете что подумала, Чехов, наверное, стал бы отличным стендап комиком начала двадцатого века, если бы рассказывал свои произведения в одиночку со сцены. И все остальные Дэйвы Шапелли и Джимы Джеффрисы просто курили бы в сторонке.

Ну а кто-там в итоге умер - сами узнаете.

«Одним словом, если оглянуться назад, то вся моя жизнь представляется мне красивой, талантливо сделанной композицией. Теперь мне остается только не испортить финала… Но я порчу финал» (А.П.Чехов «Скучная история»).

Судя по переписке Чехова, период работы над повестью относится к годам его наибольшего увлечения Книгой Экклезиаста, которая, как считал Антон Павлович, подала мысль Гёте написать «Фауста». «Скучная история» - наиболее развёрнутый отклик на гётевскую трагедию, под обаянием которой писатель находился долгое время. Подобно Фаусту (как символу вечного поиска человеком смысла жизни), томление духа и ощущение обманутости пройденными путями испытывает известный профессор Николай Степанович. Учёный, пользующийся мировым признанием и окружённый учениками, разочарован в прожитой жизни и переживает экзистенциальный кризис.

А вот что пишет в книге «Жизнь Антона Чехова» Дональд Рейфилд: «Показав разочаровавшегося в жизни профессора-медика, умирающего в окружении ставших ему чужими когда-то дорогих людей, Чехов открыл в своей прозе новый, экзистенциалистский мотив, на целое поколение опередив в этом Льва Толстого». Этот вывод перекликается с мнением Томаса Манна, который сравнивал уход чеховских героев от изживших себя, ложных форм бытия с «тем самым бегством, на которое в последнюю минуту, в глубокой старости решился Лев Толстой». И такое неожиданное сравнение лишний раз свидетельствует о гениальной прозорливости Чехова. Наверное, можно даже считать одним из прототипов чеховского профессора и самого Толстого, пережившего подобный кризис задолго до своего "бегства из рая" и пришедшего к отрицанию всего собственного предшествующего творчества. Но, в отличие от Фауста и Толстого, Николай Степанович сохраняет веру в науку: «Наука – самое важное, самое прекрасное и нужное в жизни человека». Причём профессор, как и гётевский герой, не ищет утешения от своих духовных мук в религии: «Мне отлично известно, что проживу я ещё не больше полугода; казалось бы, теперь меня должны бы больше всего занимать вопросы о загробных потёмках и о тех видениях, которые посетят мой могильный сон. Но почему-то душа моя не хочет знать этих вопросов, хотя ум и сознаёт всю их важность».

Первоначальное, рабочее название произведения - «Моё имя и я» - в моём восприятии перекликается с разными аспектами двойственной человеческой природы – эго и душой, которые в цельной личности сосуществуют мирно и гармонично, но в повести расстроенное равновесие между ними приводит к внутреннему конфликту и разладу. Образно говоря, душа, вдруг сумевшая временно вырваться из жёстких тисков эго на свободу, помогла своему обладателю взглянуть на собственную жизнь под иным углом зрения и ужаснуться.

С первых строк «Скучной истории» становится понятно, что нарушена внутренняя личностная цельность героя, его громкое имя живёт отдельной от своего носителя жизнью, отсутствуют ориентиры для понимания мира и себя в нём, смысл жизни потерян. В центре такого самоотчуждения находится постепенное отдаление профессора от собственных чувств и желаний, а также утрата ощущения себя единым целым. Приёмная дочь Катя, тоже пребывающая в затянувшемся кризисе, очень верно сказала: «Просто у вас открылись глаза; вот и все. Вы увидели то, чего раньше почему-то не хотели замечать». Отношения Николая Степановича с окружающими тягостно однообразны, формальны, лишены спонтанности. В многочисленных его рассуждениях конструктивные, сущностные, плодотворные мысли перемешиваются с деструктивными, симптоматичными, связанными с болезнью (рассуждения о театре, студентах, литературе). Профессор растерян и дезориентирован на пороге смерти. Его сознание раздроблено, а место живых и ярких чувств заняло бесцветное равнодушие, которому в повести дано очень точное определение.

«Равнодушие – это паралич души, преждевременная смерть», так как способность к эмоциональным переживаниям и спонтанным чувствам утрачена, созвучие разума и чувств, дающее прочную основу для ощущения целостности, нарушено. Эмоциональная обеднённость равнодушной личности проявляется в уменьшении искренности, непосредственности и глубины чувств, идущих от сердцевины нашего бытия – души, человек становится «холоден, как мороженое». При этом вполне могут сохраняться поверхностная внешняя живость и общительность, вынужденные и инстинктивные эмоции, носящие автоматический характер привычных ответных реакций и не имеющие к душе и спонтанности никакого отношения. Человек без чувств уподобляется зомби (когда душа мертва, хотя тело живо), он живёт физиологически, но психологически, эмоционально делается мёртвым. Собрать себя в единое органичное целое, дать своей жизни верное внутреннее направление – вот главная задача нашего героя, обнаружившего в себе равнодушие. После осознания собственного безразличия, ставшего эмоциональным эквивалентом отстранённости от других, Николай Степанович и приходит к мысли об «общей идее»: «во всех мыслях, чувствах и понятиях, какие я составляю обо всём, нет чего-то общего, что связывало бы всё это в одно целое. Каждое чувство и каждая мысль живут во мне особняком, и во всех моих суждениях о науке, театре, литературе, учениках и во всех картинках, которые рисует мое воображение, даже самый искусный аналитик не найдет того, что называется общей идеей, или богом живого человека. А коли нет этого, то, значит, нет и ничего». Но Чехов не объясняет, что он подразумевает под метафорической «общей идеей», «богом живого человека». Он лишь ставит вопросы, предлагая индивидуализировать любой отдельный случай. Ведь спасительных абсолютных и подходящих всем ответов на глобальный вопрос человеческого существования нет и не может быть.

И здесь, на мой взгляд, есть один тонкий нюанс, связанный с возможными различными толкованиями слова "общая", способными внести путаницу. Из приведенной цитаты следует, что идея названа общей не в том смысле, что она общая для разных людей, а в том, что она общая для всех разрозненных кусков раздробленного сознания конкретной личности, для всех её мыслей, чувств, понятий и суждений. И эта личная «общая идея» (как осознанное объединяющее начало) необходима для соединения всевозможных аспектов и частей собственного Я в единое и гармоничное целое, что позволит человеку быть в ладу с самим собой. Ведь целостность (как необходимое условие для счастья) достигается через осуществление своей индивидуальности, а не через сведение себя к какому-то абстрактному всеобщему понятию. Лишь реализовав свою индивидуальность, мы можем превзойти её и перейти к переживанию универсальности и единению с миром. Личная жизненная философия – отличительный признак зрелой, развитой личности, мировоззрение которой не принимается в готовом виде, а складывается за счёт собственного мыслительного процесса. Ведь убеждения, к которым человек пришёл сам, всегда твёрже тех, которые ему навязаны. И ошибочно считать, что кто-то другой может определить за нас смысл нашей жизни. Поэтому профессор на вопрос Кати, что ей делать и как жить дальше, честно отвечает: «По совести, Катя: не знаю». Мы не можем спасти кого-то, сделав за него выбор. Каждый должен сам найти для себя цель своей жизни и способы её достижения. Никто не знает настоящей правды, но стремление к ней присуще человеку. В этом был уверен Чехов. В более позднем рассказе «Дом с мезонином» он напишет: «Призвание всякого человека в духовной деятельности – в постоянном искании правды и смысла жизни».

По Чехову, искомая «общая идея» не является единственно возможной и единой для всех. Ведь каждому необходимо самому отыскать свой смысл, свою личную «общую идею», чтобы восстановить утраченную внутреннюю целостность, а также преодолеть отчуждённость и одиночество. И плодотворно трудиться в таком поиске обязана собственная душа. Счастье же (по Фромму), представляющее собой доказательство успеха в искусстве жить, - «показатель того, что человек нашёл ответ на вопрос человеческого существования в продуктивной реализации своих возможностей, одновременном единстве с миром и сохранении целостности своего Я» (Эрих Фромм "Человек для себя").

Живая жизнь с её разнообразными и непредсказуемыми событиями всегда сложнее готовых мировоззренческих схем. Да и, пожалуй, не существует таких идей и мнений, которые когда-нибудь не были бы опровергнуты и обесценены ироничной усмешкой судьбы. А выбором персонажа с громким именем Чехов придал всеобщее значение поиску героем потерянного смысла жизни, поставив этот поиск в общий ряд духовных исканий человечества.

«Жизнь человека не может "быть прожита" путём повторения паттерна, общего для всех представителей его вида: он должен жить сам. Человек – единственное животное, способное испытывать скуку и неудовлетворённость, чувствовать себя изгнанным из рая. Человек – единственное животное, для которого собственное существование представляет проблему, которую он должен разрешать и от которой не может избавиться…
Утратив рай, единство с природой, человек стал вечным странником (Одиссеем, Эдипом, Авраамом, Фаустом); он должен идти вперёд в непрекращающихся попытках сделать неизвестное известным, находить ответы, позволяющие заполнить пробелы в его знании. Он должен давать себе отчёт в своём существовании, в его смысле» (Эрих Фромм "Человек для себя").

Мне ОЧЕНЬ понравилось!
Чехов всегда вызывает восхищение своим стилем, а также тонким психологизмом и возможностью затронуть тонкие и неуловимые струны души. В уста своих персонажей он вкладывает глубочайший смысл. В этот раз в конце истории его герой размышлял на тему смысла жизни на примере своей, бездарной, чуть внезапно и глупо не утраченной. Очень классно написано! И, как всегда, мысли и рассуждения автора близки и актуальны именно сегодня. В частности, понравились его размышления на тему поисков правды, - как корабль в море, - 2 шага преред, 1 назад. Но все же вперед по-немногу побеждает, и мало помалу, но правда вырисовывается. В особенности для тех, кто ее ищет.

Чехов, я тебя люблю вот именно за это.
За то, что один этот абзац можно читать очень долго, при этом явственно представляя описываемые кадры. Мне это представляется почему-то стилизованным под вестерн: много желтого цвета и света, колокольчик у входной двери звенит от ветра, городовой согнувшись потеет от бочки крыжовника за спиной. А Очумелов, как сутенер, идет в жару в шинели.

И тут случается информационный взрыв. Хрюкин выбегает из-за угла, запыхавшись и держа перед собой окровавленный палец. Все пошло не так. Спокойствие улетучилось. Стало попрохладнее. Желтый цвет перетек в синий.

Чья же собака укусила Хрюкина? Генеральская (погода меняется) или бродячая (надеть шинель или нет?).
Классный атмосферный рассказ. И не сразу допрешь, почему Хамелеон.

Сейчас очень популярна тема, что мужики измельчали. Какие, простите?
Вот читаешь литературу XIX и начала XX и всё встает на свои места.
Вот эти трепетные колокольчики и ромашки — мужчины???
Идёт он в публичный дом (кстати, какого... его туда понесло?), а потом у него дикая депрессия. Оооо...
Оказывается, женщин продают, насилуют и вообще... А он-то шел туда с чистыми помыслами, просто хотел стать мужчиной в половом смысле и даже не подозревал о всяких мерзостях. Оооо...
Чехов написал очень хорошо. И тема актуальная.
За рассказ — "пять", но сейчас читать уже как-то ...
Очень уж мы циничные. Сочувствовать подобным фиалкам уже не получается.
А серьезно, неужели были и такие?!
Вот это мужчины! Обзавидоваться можно!

Я чуть-чуть поближе познакомилась с Чеховым, и я в полном восторге от его сарказма. Еще, еще, еще... дайте мне еще еще восхитительных сарказмов. Вот умеют некоторые люди применять его правильно, Чехов - один из них. И такие люди очень коррелируют с моим мировоззрением. Нет такой ситуации, над которой нельзя бы было посмеяться. Нет, романтик во мне тоже есть, но в последнее время он явно проигрывает внутреннему цинику.

Чехов рассказал в фирменном стиле анекдота совершенно современную ситуацию. Прохожего укусила за палец собака, тот пожаловался мимо проходящему городовому. Городовой, конечно же, начал выяснять чья же собака, со словами - вот шавка, пристрелить бы ее, но как только узнал, что собака генерала, тут же повернул нос по противоположному ветру. И так несколько раз его флюгером вертело. По Чехову смешно. Аж до бешенства. А ведь сейчас оооочень много таких лизоблюдов. Эх, ничегошеньки не меняется.

Небольшая история о любви и социуме с атмосферой "Белых ночей", "Аси" и "Вишнёвого сада" и спорами в духе "Отцов и детей". Сочетание несколько непривычное, но выходит очень хорошо.

Начинается же история с того, как художник знакомится с приятной семьей, живущей тихо и спокойно в приятной глазу глубинке. Точнее, тихо и спокойно живут родители и младшая их дочка, которая очень легко влюбляется в художника и его речи о том, что все должны жить ради себя, а не ради работы, жить среди обезлюдевшей красоты. Старшая же дочка постоянно спорит с художником, миром и обстоятельствами и стремится делать пользу людям...

Из интересного здесь не только сочетание тем и атмосфера (а она здесь очень классная; особо её хорошо передали в радиопостановке), но и то, как показаны конфликты и герои. Плюс история динамичная, насыщенная, так что читается очень легко и приятно.

Кстати, я видела где-то комментарий, что эта история вдохновила Набокова на написание "Лолиты". Не знаю, насколько это правда, скорее существование этих историй было ответом на вопросы времени и общества, но было бы забавно.

В общем же, советую любителям историй о любви и сложных вопросах

Мои отношения с Чеховым складываются очень непросто: я прекрасно понимаю, что написано потрясающе емко и глубоко; что язык каждого произведения удивительно точен и выверен настолько, ничего невозможно ни убавить, ни прибавить; но вот люди, которых он описывает, вызывают у меня стойкое неприятие и непонимание.

Вот и здесь - ни одного хоть мало-мальски приятного персонажа. Умирает мать семейства и отец сразу же спивается. Ну почему женщина в подобных обстоятельствах делает все возможное и невозможное, чтобы вырастить и воспитать детей, а отец - сначала спивается, а потом не находит ничего лучшего, чем «продать» свою 18ти летнюю дочь 52-летнему чиновнику?! Чиновник этот - Модест Алексеич, «не молодой и не красивый, но с деньгами» оказывается к напыщенным и самодовольным «человеком с правилами», да к тому же скрягой (весьма предсказуемо, надо сказать). В семейной жизни Анна разочаровалась быстро

Но, обнаружив, что имеет успех в обществе, вскоре она уже и не вспоминает ни о своем страхе перед мужем, ни о жалости к папеньке и братьям.

Можно, конечно, пожалеть главную героиню и оправдать ее поведение жизненными обстоятельствами; но уж слишком многое показывает, что такая перемена произошла не в одночасье и не на пустом месте. Ещё в начале рассказа автор говорит, что она «так же, как мать, умела щурить глаза, картавить, принимать красивые позы, приходить, когда нужно, в восторг, глядеть печально и загадочно». Так удивительно ли, что она этими умениями воспользовалась при первой же возможности?

"Дом с мезонином", к сожалению, не вызвал тех эмоций, что довелось испытать от чтения его же "Контрабас и флейта" и "Скрипка Ротшильда". Несколько разочарована, хоть язык всё также хорош и красив, тут Чехову не откажешь. Но то ли сюжет оказался не притягательным, ещё одна любовная история в списке сотен таких же, где кто-то из родни мешает счастью молодых, в данном случае сестра и видимо потому, что они придерживались совершенно разных взглядов на жизнь, то ли ещё что, не знаю.
Грустно, конечно, но не пробирает, такие же чувства, мне кажется, и у главного героя, по крайней мере, спектр его эмоций прочувствовать не получилось, как-то поверхностно и мимо, и только в последних строках автор по ним прошёлся. Возможно, поэтому история не зацепила. Также не понравилась религиозная тематика, не люблю я читать нечто подобное, не тянет. И не получилось автору до меня достучаться. И что следовало вынести из данной истории также не улавливаю, такое ощущение, что просто смириться, что иногда жизнь складывается не так, как тебе хочется и ты не всегда получаешь, что хочешь, что порой политические, социальные и иные разногласия с семьёй мешают построить отношения с членом этой семьи. И что же, следует молчать и соглашаться со всем, дабы выглядеть правильным представителем общества, без своего мнения, потому что отличайся оно от большинства, то будет явно ошибочно, и получить руку и сердце девушки? В этом ирония и горечь? Возможно, но как-то тема не раскрыта, поэтому и остаётся гадать, что хотел донести до нас автор? В чём же суть написанного? То, что сталкиваются два противоположных мира и один подминает под себя другой, это понятно, но что следует сделать? Какие действия предпринять? Этого нет, вот и получается грустная история, которая при этом не побуждает ни на какие действия, а оттого теряет свою прелесть, просто замыкаясь в себе и ничего не рождая.

Повесть хорошая, читала ее в очередной раз в большим вдохновением. Это история о людях, о духовном перевороте, познании и принятии себя.

Антон Павлович, как мастер слова, прекрасно воспевает безнадежность и разбитые мечты, одновременно превозносит порядочность, понятия чести и достоинства, духовность и душевность. Каждый из героев соединяет в себе как положительные, так и отрицательные черты, меняя однозначное к себе отношение, тем самым увлекая читателя в события происходящие в произведении, превращая его, если не в участника, то в зрителя точно, настолько ярко и эмоционально звучат строки в этом произведении. Даже пейзажные зарисовки, отмеченные всего лишь парой строк, раскрывают целую выразительную живописную картину.

Интересно было присутствовать в маленьком городке на берегу Чёрного моря и наблюдать за участниками событий, которые живут своей жизнью и поглощены своими проблемами и интересами. Именно зацикленность на себе, собственный эгоизм и отстранённость от других, не дают героям возможность понять человека рядом, одновременно позволяя снять с себя ответственность и переложить вину на других.

Но дуэль расставляет все по своим местами. И каждый ее участник выигрывает этот бой с самим собой и собственным Я, претерпевая нравственное преображение.