
Э... наверно, где-то как-то это можно отнести к запискам... Или, как раньше выражались - максимы. Чтобы какую-то мысль обдумать и записать в изящных выражениях. )) Правда, тут все довольно специфическое и вызывает исключительно тягостные чувства. Потому что человек всю жизнь писал и размышлял исключительно о смерти и прочем сопутствующим. В самом деле, всю книгу читаешь - и все одно и то же, одно и то же, одно и то же... (( трупы, гробы, кладбища, похороны, церкви-иконы-распятия (с прицелом на отпевания покойников), крематории... призывы к богу, которые то жалобы, то проклятия... рассуждения о необходимости самоубийства (однако, не самоубился).
Правда, временами автор обращается к своему детству, но и эти воспоминания-впечатления отчетливо отдают чем-то загробным и потусторонним... Как-то всегда автором подчеркивается, что это все было в прошлой жизни и ушло безвозвратно. И опять - только автор запишет пару строк, что-нибудь о новогодних праздниках, синей елке, звезде за окошком, и тут же по новой пошло-поехало - ах, зачем мама умерла, зачем отец умер, зачем я тоже должен умереть! Нет, я хочу скорей умереть! Нет, хочу вообще не рождаться! и т.д. И вообще мы все умрем, так зачем тогда все, давайте скорее все умрем! и по новой, бесконечно. Я бы сказала, что человек нуждался в серьезной помощи психиатра. (( Явно у него какие-то проблемы по этой части. (( Хотя, конечно, не буду спорить, чувствуется, что есть у него и какой-то талант, и способности красиво и четко выражать мысли... по крайней мере, иногда... Но вот этот чудовищный эгоизм и зацикленность на смерти и покойниках... (((
Мда. Каких только у нас литераторов не было. Ремизов вон с увлечением писал о фекалиях, этот о гниющих трупах... Поискала по интернету какие-нибудь сведения об авторе - ну, мало ли, может, он все-таки что-то еще написал, а эти заметки так, для себя, параллельно... Но нет, похоже, что это его единственный литературный опус. И вообще, мало встречается о нем упоминаний, вот только большая статья на сайте "свобода". Вот я даже нисколько не удивляюсь. ))
"99% человечества умирает без всякой "философской подготовки". И, надо сказать, умирает неплохо." * "Трудно жить человеку, если в тесную прорезь глаз лезут солнце, звезды... Вселенная! Изволь принимать эту громадность в мышье логово черепа!" "Звезды, луна, солнце... Всему дал человек кличку. А попробуй крикни - разве откликнутся?" "Мир позирует за моим окном. Мне стыдно и неловко. Я высунулся в окно и кричу: "Не надо, не надо, я не умею рисовать!" "Хорошо бы посмотреть на жизнь со стороны. Некуда отойти!" "Нет, вы толком мне объясните, что есть мозг, и как же так в костной коробке, в полкиле мяса, плывут облака конца века, и лес стоит дремучий, и кричит паровик, и горят огни дач, и стелется дым папиросы, и живут люди, давно зарытые в ямы?.. Да тут прорва, тут черт ногу сломит!" "Топчусь на месте, ни с места, ни тпру, ни ну! А что поделать, если Господь заместо крыл подшил задницу человеку!" "Человек воюет внизу, на дне. А Господь сидит наверху, у зеленого бережка, и сладко улыбается: "Что-то сегодня рябь на воде!" "Разве так стучат в двери Вечности! Посмотрел бы, Метерлинк, как стучал Лев Толстой. Он стучал руками и ногами, точно пьяный мужик в двери своего дома." "Годы уходят, как отлив. Жизнь мелеет. Уже не заходят большие корабли. И не шумит пристань, как бывало." "Целый день думал о пустяках, и жизнь казалась бесконечной. К ночи подумал о значительном, и жизнь показалась мгновением." "Ни разу не видел в церкви веселого Чудотворца. Все какие-то заплаканные, кислые. Придешь в церковь за утешением, а они глядят на тебя со стены, точно сами утешения просят." "За тысячелетия, с тех пор как возникло слово, закидали Господа-Бога словами, что снежками... Не долетают, верно, тают, верно, в пути." "Совсем я сносился, стерся, пришел в негодность! И только душа, в потемках костей и мяса, жалобно стонет. А уж на дворе весна и кличет мою душу Господь: "Гуль, гуль, гуль!" "Сколько человечьих горл свалили в землю, так и не дооравшись до Бога!" "В мире уже очень поздно. И пора, пора СПАТЬ!" "Эх, навалить бы гору глаз человечьих, чтобы одним разом, одним взглядом... в НЕГО! Неужто выдержит Господь, неужто не засмеется первым?" "Девятнадцать веков убивали люди друг друга, выпускали души, как птиц в Благовещенье!" * "Мама, мама!" - кричу спросонья. И вижу за окном две звезды - рядом - вдруг стали карими." *** "Надо скорей поверить в Бога, некогда больше ждать, скоро так завоняет гробами, что без Бога никак!"






































