Ёжик в тумане

Книжка, про которую хочется немного помурлыкать, немного тихонечко пофыркать фыр-фыр-фыр, как фыркают ёжики, и немного помолчать самым уютным и тёплым молчанием на свете. Пушистым и мягоньким, как лапки медвежонков.

Говорить словами про эту книгу совсем не хочется. Она слишком волшебная.

Приоткрываешь её, а оттуда слышится шелест леса, плеск воды из большой и медленной речки. Оттуда пахнет осенью и душистыми прошлогодними яблоками, там светят зеленоглазые звезды, самые ласковые и добрые на свете. Там живёт вечно-юный ветерок, большой друг сосновых шишек. Там водятся смешные шумливые зайцы, которые совсем не умеют сумерничать и летают древние суровые вОроны, которые не пьют чай, даже с малиновым вареньем.

Эта книга до самого-самого своего краешка наполнена абсолютной добротой. И когда читаешь её, то доброта выплёскивается со страниц на ладошки, согревает сердце, лечит все ранки и царапки, оставленные глупым и дурацким, ледяным и неправильным взрослым миром.
Ведь если б он был правильным и хорошим, то все мы в нём каждый вечер собирались бы вместе, обнимались от всей души, радовались бы друг другу, смеялись, рассказывали как у кого день прошёл. А потом долго-долго сидели бы рядом на брёвнышках и, прихлёбывая вкусный-вкусный чай, считали бы звёзды.

Смотрю сейчас в окно, а там ночь и звёзды... никем уже слишком давно не считанные.

Не с первого раза приняла вторжение Норштейна в запредельно-прекрасную сказку Козлова. Но приняла. Иногда кажется, что вижу слишком много, тогда как аннотация призывает видеть весёлые приключения смешного и чересчур пугливого и любопытного ёжика... Но такова человеческая натура - искать себя вне себя.

Тем временем филины угукали в Колодец, а Ёжик льнул к Костру, тайно мечтая раствориться в нём, потому что опять он не нашёл того, к чему шёл. Филины заливали страшную пропасть вином. Звёзд никто не видел. Был туман. Угукали всё громче, соревнуясь с оглушительной пустотой.

Туман неизбежен. В нём вяло течёт жизнь. Сквозь туман ёжикам жизненно необходимо идти к кострам и медвежатам, чтобы считать звёзды. В тумане неожиданно теряется и так же внезапно находится надежда. Глупая, наивная. Тоже слепая.

А Медвежонок у костра из можжевеловых веточек как и смерть где-то вне жизни. Вне тумана. Если покопаться глубоко, получается найти в себе всё, что ищешь вне себя. Ненадолго. Спрятаться от тумана. Но скоро он заберёт и это, швырнув взамен слепую подругу.

А может, и не заберёт. Слепая подруга не дремлет и уже накачивает тошнотворным оптимизмом. Всё отлично. Всё кем-то тщательно продумано. И не утомила его эта однообразная толкотня?

И да, Ёжик в этой сказке (притче?) отнюдь не чересчур пугливый. Если он пугливый, то я - Пётр первый. Слышь, автор аннотации.

Здорово, что в первый весенний день я прочла впервые в своей жизни эту осенне-зимнюю книжку про милых животных. Выбрала себе ее для прочтения в игре, а в электронном виде нашла два варианта книг с таким названием - в одной был рассказ про ежика в тумане с прекрасными иллюстрациями, в другой - несколько рассказов об этих славных ребятах в лесу - такой вот вариант. Прочла обе книги. Очень понравилось, ведь герои ведут себя как дети. Книга для взрослых и детей о настоящем: о дружбе, о природе, об умении разговаривать с неживым.

Мультику Норштейна - максимальное количество баллов, но если представить себе сказку Козлова без иллюстраций, то чего-то в ней, на мой взгляд, для взрослого читателя не хватает... Возможно, объема? Но все равно замечательная, конечно. Помните, в "Маленьком принце" странный человек тупо и бессмысленно считал звезды,пытаясь их присвоить... А для ежика с медвежонком считать звезды - это повод побыть вместе, повод глядеть в небо... А туман... После него еще уютней сидеть с другом рядом, делать круглые глаза и рассказывать о своих страхах и приключениях!

Альбом «Ежик в тумане» больше о работе Юрия Норштейна и Франчески Ярбусовой. Имя Сергея Козлова на обложке даже лишнее. Коротенькая сказка о созерцании одного из состояний мира в сценарии Норштейна стала культовым путешествием в загробный мир с архетипами юнгианского уровня.

Но переработанный в текст сказки сценарий в этом издании выглядит слабым, даже неловким. Он предельно просто разъясняет зловещую и ироничную атмосферу, которую удалось создать авторам фильма. Или ничего не объясняет, а просто описывает, делая непонятной символику и звучание, восхищающие на экране.

Поэтому это издание, конечно, в первую очередь для фанатов. Для тех, кто хочет в минуты душевного подъема взять книгу и воскресить в памяти тот пугающий мир с призрачной, готичной фактурой Франчески Ярбусовой. Все персонажи и большинство ключевых сцен удачно переданы в страничных иллюстрациях. Благодаря качественно полиграфии, контрасты (как например, рыжий спаниель), смотрятся еще вкуснее. Да и крупные детали позволяют без спешки насладиться манерой художника, сплетающего фоны и фигуры будто из того самого тумана.

Упоительный декадентский колорит этой истории – поистине шедевр графики. И потрясающе живые персонажи, нервические, остраненные и интимно трогательные. Как и раньше, пугающий Филин, который показывается то как неотвратимая смерть, то предстает с удивленно-нелепым взглядом, то мило, по-детски ухающим в колодец. И Ежик, переживший нисхождение в бездну, не нашедший ответов на свои онтологические вопросы, не способный до конца оценить уют и комфорт. Голос Марии Виноградовой сам собой звучит, когда смотришь на героя, его вытянутую мордочку и овальные глаза.

Завораживающее сочетание приемов и традиций разных культур, идущих из древности, делает визуальную стилистику «Ежика в тумане» самостоятельным мифом. Подсознание вылавливает то манеру древнерусских иконописцев, то композиции китайской классики. Но это уже не о книге, а фильме. Сознание само достраивает…