—Что он за человек? - снова спросил Крэк.

—Он мистик-любитель, — с наивной готовностью отозвался Браун.— Их сейчас сколько угодно. Знаете, из тех, что сидят в парижском кафе или в кабаре и морочат вам голову, будто сорвали покрывало Изиды или открыли тайну Стонхэнджа!Для такого случая у них всегда найдется какое-нибудь мистическое объяснение.

…Америка умеет рекламировать.

Эти люди имели свои пороки и трагедии; иногда они пытали своих ближних и сжигали их на кострах. Но представление о человеке без Бога и надежды в душе, бредущем к смерти просто потому, что всем безразлично, жив он или мёртв, - это не средневековое представление. Это продукт нашей экономической науки и технического прогресса.

Я знаю, что в журналистике принято заканчивать историю с самого начала и называть это заголовком.

Американцы питают большое уважение к труду - примерно так же, как европейцы уважают войну.

Мне кажется, самое трудное – убедить человека, что ноль плюс ноль плюс ноль равняется нулю. Люди верят в самые невероятные вещи, если они повторяются.

– Раз уж вы меня спросили, – сказал он, – я скажу вам, что мне кажется в нем забавным. Может быть, я не прав, но мне показалось, что вас трижды пытались склонить на разговор о бальзамированном теле, найденном в Сассексе, а вы очень любезно переводили его сначала на алгебру, потом на фашистов, потом на английский ландшафт.

Истинный Бог был рожден во плоти и жил среди нас. И я говорю вам: где бы вы ни увидели людей, коими правит тайна, в этой тайне заключено зло. Если дьявол внушает, что нечто слишком ужасно для глаза, - взгляните. Если он говорит, что нечто слишком страшно для слуха, - выслушайте... И если вам померещится, что некая истина невыносима, - вынесите ее.

Человек он был ученый, сведущий юрист, государственный муж с очень широкими взглядами, притом - тихий человек, с лицом тонким и умным. Вот такие -то люди и продают душу черту.

Именно эта улыбка и открыла отцу Брауну, как он несчастлив.

Ученый ничего не хочет доказать. Он ищет.
– Но еще не нашел, – сказал отец Браун.

Не думайте, что если он сидел здесь запросто с нами, то он уже перестал быть настоящим лордом в самом худшем смысле этого слова. Он позовет слугу, находящегося от него за милю, и велит ему позвонить в звонок, висящий в двух шагах от него самого, для того только, чтобы другой слуга, находящийся за три мили, принес ему спички, до которых ему надо сделать три шага. Ему необходим один ливрейный лакей, чтобы нести его трость, и другой, чтобы подавать ему в опере бинокль...

... в каждой культуре есть свои исключения, лишь подтверждающие национальное правило.

Выбирайте что угодно - ваш мятежный самосуд или нашу скучную законность, но, ради Господа Всемогущего, пусть уж будет одно для всех беззаконие или одно для всех правосудие.

...журналистское мастерство во многом состоит из умения сказать "лорд Джонс умер" людям, которые не имели о нем никакого понятия, пока он был жив.

Не будьте слишком строги к аристократам, если их слабости оказываются не лучше наших.

– Я ждал, что он это сделает. Надо бы раньше.

– Господи! – возопил врач. – Да, его обидели, но ударить отца, священника…

– Он не ударял ни отца, ни священника, – сказал отец Браун.

От этих его рассказов спиритам становилось не по себе – для того он, в сущности, и рассказывал; но придраться было не к чему – ведь ни один спирит не отрицает существования шарлатанов. Правда, из неторопливых повествований профессора можно было заключить, что все спириты – шарлатаны.

– Что это значит? Этому человеку нечего было прятать. У него точно такие же уши, как и у всех.

– Да, – сказал отец Браун, – вот это ему и приходилось прятать.