Новое платье империи. История Российской модной индустрии, 1700-1917

Группа дворян младшего поколения очень скоро перестала питать иллюзий относительно инициатив и реформ Александра II. Понимая неэффективность частного протеста, они собирались вместе и публично выражали недовольство законом, управлявшим жизнью их родителей. Эти нигилисты использовали одежду как способ самовыражения. Они отказывались от элегантных, сшитых на заказ костюмов и мундиров своих отцов и выбирали нарочито неряшливый стиль западноевропейской богемы. Другие принимали участие в аграрно-социалистическом популистском движении и отождествляли себя с крестьянами, которых надеялись привести к лучшей жизни. В результате высокообразованные молодые люди появлялись на улицах городов в расшитых крестьянских рубахах и широких штанах, заправленных в сапоги на крестьянский манер. Их родители были в ужасе. Когда же в начале 1870-х годов они отправились в российскую глубинку пропагандировать революционные идеи, в ужас пришли и крестьяне. Деревенские жители обращались за помощью к полиции, в результате чего их «освободителей» арестовывали за подстрекательство к бунту.

Для Бакста «эмоциональное наполнение» составляло основной предмет художественных поисков. Оставаясь верным образами прошлого, художник умудрился превзойти их при помощи линий и цвета. Он развил собственную теорию цвета, используемую им для передачи «эмоционального наполнения» балета:

«Я часто замечал, что в каждом цвете существую оттенки, выражающие иногда искренность и целомудрие, иногда чувственность и даже зверство, иногда гордость, иногда отчаяние. Это может быть почувствовано и передано публике действием эффектов, которые производят различные оттенки... Имеются красные тона торжественные и красные, которые убивают. Есть синий, который может быть цветом св. Магдалины, и синий Мессалины. Художник, знающий, как извлечь из этого пользу…. может ожидать от зрителя именно тех душевных порывов, которые он хотел в нем вызвать».

Гений Бакста заключался в том, что он точно знал, какие цвета использовать, и умел комбинировать их так, как никто раньше не делал на сцене. Во времена, когда в театре и в моде доминировали приглушенные цвета, Бакст демонстрировал своей публике яркие оранжевые, пурпурные, красные, синие и зеленые оттенки.