Книга жалоб

Года два назад я уже приступал к чтению этой книги, но вскоре отложил, узнав, что это только первая часть не то дилогии, не то вообще — трилогии, а продолжения нигде найти мне не удалось. В конце июня, понадеявшись, что в сети уже появилось продолжение «Жалобной книги», я вновь принялся за её чтение. Поискав продолжение день-два, я убедился, что в этом смысле никаких улучшений ситуации не произошло. Но за эти два дня я уже успел «вчитаться» в «Жалобную книгу», и не захотел отпускать её от себя, не дочитав. Читал, и, параллельно, искал продолжение. Спасибо одной доброй душе, второй том «Жалобной книги», мне найти удалось. Третий — пока нет.

Итак, чем же поразила меня эта книга? Язык. Ребята, прекрасный язык. Понимаю, что в любом переводном произведении, кланяясь богатству языка автора, я, одновременно, отдаю должное и прекрасному переводу. Сюжет книги — достаточно прост и незамысловат. Один зрелый мужчина, белградец, бесконечно влюблённый в ушедшую от него женщину, дабы окончательно не свихнуться, устраивается работать директором книжного магазина. На дворе — середина восьмидесятых годов прошлого века. На момент, когда Педжа Лукач, главный герой романа, становится его директором, магазин, что называется, на ладан дышит. Всю нерстраченную любовь Педжа вкладывает в то, чтобы сделать этот убыточный магазин процветающим. Местом притяжения для огромного числа земляков Лукача. Да не абы каких земляков, но — книгочеев и интеллектуалов. Не всё так просто. Находятся люди (осколки разбитого социалистического строя), которые возмущены свободолюбивой атмосферой этого магазина и начинают вредить Лукачу. В общем, всё довольно просто и предсказуемо. Но язык! Хотя бы ради него стоит прочесть книгу. Несколько слов об эпиграфе, предваряющем этот мой отзыв. Лукач — человек пьющий. И пьющий весьма и весьма. Поэтому, как мне кажется, не очень-то и правдоподобным, чтобы обладатель подобной, не самой здоровой в мире привычки, смог сделать процветающим столь убыточное предприятие. Но… из книжки слова не выкинешь.

Момо Капор - сербский писатель и художник, также работал с документальными фильмами и телепередачами. Умер в 2010 году. Очень мало текстов можно найти в интернете, так что прочла все, что смогла достать в русском переводе.

Книга жалоб - добавляю к собственному списку книг о книгах. Вообще сюжет сводиться к событиям вокруг книжной лавки (именно слово "лавка" использует главный герой - мне тоже оно очень нравиться в сочетании с "книжная"), которая выросла до уровня носителя культуры, центра интеллектуалов. Продавец Педжа Лукач является неприметным скромным человечком, влюбленным в книги, он понимает и очень глубоко переживает их роль как развивающего стержня человека.

Однако книжный магазин — это не только место, где можно купить книгу. Это нечто гораздо большее, выражаясь возвышенным языком, — маленький храм словесности среди векового мрака, что-то вроде святилища для тех, кого ещё не совсем поглотила страсть к приобретательству, обжорству и дешевым увеселениям.

Но наивные и искренние намерения развивать любовь к чтению среди жителей столицы не обходит вниманием политическую систему. А комплекс перманентного чувства вини, которая a priori существует в генах героя, только стимулирует процессы против него. В следующих мыслях таится достаточно красноречивый анализ причинно-следственности, который многим, воспитанным по советским образца, может показаться понятным и знакомым:

Чувство вины — моя вторая натура. Это моя профессия, моё призвание. Мне никогда не удавалось быть счастливым хотя бы полчаса, не чувствуя себя при этом виноватым. Я с малых лет усвоил, что человек создан для страдания, а не для счастья, которое мы всегда считаем неожиданным и незаслуженным подарком судьбы, доставшимся нам по чистому недоразумению. Это, вероятно, потому, что я всю жизнь непрестанно был перед кем-то виноват [...] Кроме того, я вечно виноват перед государством и политиками, не пропускавшими ни одной возможности в очередной раз подчеркнуть, что мы тратили больше, чем зарабатывали, что мы плохо работали, что у нас ослабла бдительность, и при этом смотревшими с телевизионных экранов прямо мне в глаза, как будто я один во всем виноват. Теперь я само собой виноват в том, что в одиночку вернул к жизни этот магазин, который сейчас работает лучше, чем когда-либо!

Продавец книг подает лаконичную и точную характеристику власти, что состоит не с аморфного и обобщенного привидения, а с жалких индивидов, которым случайно в жизни повезло сделать скачок, что освободил их с их убогого прошлого. Но у них нет основы чтобы быть настоящими интеллигентами:

Выходцы из деревенских и провинциальных многодетных семей, испытывающие генетический страх перед голодом и нуждой, они, после того как наконец досыта наелись и приоделись, «обставили» свои квартиры в новых районах, смотрят на жизнь как на непрерывное восхождение по крутому косогору власти: от сельских школ, общежитий, снятых углов в чужих квартирах к ответственным постам, заслуженным преданностью и серьезностью.

И тут какой-то книготорговец

нарушил их систему ценностей, и они почувствовали себя в опасности. Из-за меня у них появился «комплекс Золушки».

Даже лирическая линия в романе тоже выражает и даже подчеркивает социальный безнадежный статус героя. Но все-таки как изящно сказано!:

Это «я люблю тебя», должно быть, всё ещё парит где-то в высокой голубизне — осколок уходящей любви, насквозь промёрзший при температуре в минус пятьдесят пять градусов.

Герой стал выгодной пешкой среди масс, козлом отпущения.

Не смотря на все это, никуда не денется понимание того, что книги всегда были показателем культурного и духовного уровня государства. Книга - платформа как для уничтожения элиты и свободной мысли, но одновременно и способ пропаганды выгодных и нужных стратегий среди народа. Даже те, кто не читает, может с еще большим пиететом относятся к книгам, подсознательно чувствуя их силу и некую таинственную энергию, которая действует непонятным образом для их ограниченных мозгов.