Цитаты из книги Alibi

- Умный человек держит свои соображения при себе, верно?

Странно, но когда ваши тайные мысли, в которых мы не хотите признаться даже самому себе, высказывает кто-то другой, то у вас это вызывает мгновенное неприятие.

Бывают случаи, когда следует проявлять некоторую скрытность. Вы, доктор, всё ли говорите своим пациентам?

Мой дорогой друг, - продолжал он с мягким укором, Экрюль Пуаро не станет рисковать своим костюмом, если не может достигнуть цели. Это было бы нелепо и смешно. Я не бываю смешон.

— ...боитесь обмолвиться о своей любви, словно в ней есть что-то позорное? Вы скрывали свою любовь от всех — это, в конце концов, Ваше дело, но...

Как жаль, что в силу своей профессии врач не может иногда высказать то, что он думает на самом деле. Я многое бы отдал, чтоб ответить: «Чепуху несете!».

...как сложно бывает удовлетворить женщину.

Молодость всегда жизнерадостна по своей сути.

...тот, кто подслушивает, никогда не услышит о себе ничего хорошего...

все мы играем как умеем

подачки всегда так горьки

«И я и Каролина придерживаемся того мнения, что полковник никогда не был в Шанхайском клубе, так как вообще не бывал нигде восточнее Индии, да и там во время мировой войны служил в интендантских частях, но полковник — вылитый вояка, а мы в Кингз-Эббот терпимы к маленьким слабостям.»

Болтовня не вовремя приносит зачастую много бед.

Lot of harm done by blurting out things at the wrong time.

Мистер Киплинг рассказал нам, что девизом семейства мангустов было «Беги и разнюхай». Если у Кэролайн когда-нибудь появится свой герб, то я настаиваю, что на нем должен быть помещен именно этот зверек, стоящий на задних лапах. И при этом можно убрать первую часть девиза – Кэролайн может выяснить все, что угодно, вообще не покидая дома.

- Месье инспектор, - сказал он [Пуаро], - берегитесь тупой... тупой - как это? - маленькой улицы, которая никуда не ведёт.

Мы вышли, оставив Каролину с видом собаки, которую не взяли на прогулку; она стояла на ступеньках парадного и пристально смотрела нам вслед.

Рассказать о своих горестях другому человеку — это большое облегчение. — Это могло бы быть облегчением, — сказал я, — если бы человеку позволили делать это добровольно. Но если его секреты и доверие вытаскивают из него силой — это совсем другое.

И у нее нет этих странных булькающих шумов внутри, которые бывают у многих служанок, когда они подают за столом.