весь со мной «от пейс до гениталий» и пусть совдепия шумит в ушах как плебс на карнавале — боец не спит он левой прядь перебирает а левой — в изумрудный пах где сонный теплится израиль в моих губах
горел ли петербург? горел горела ли москва? горела из штабеля промерзших тел старик вытягивает тело больная жучка умерла но было ей узнать отрадно что злая шерсть ее пошла на нить суровой ариадны